Эпизод 70. Задира

— Какая нравится больше, Соута-кун?

Наги показала мне белоснежное пуховое пальто и коричневый кардиган.

Пальто было с капюшоном, отороченным белым мехом.

— Если тебе больше нравится кардиган, я надену с ним эту вязаную шапку.

И Наги показала чёрную вязаную шапку.

Она перевела взгляд с одежды на меня, ожидая ответа.

Её глаза говорили: «Реши за меня».

Хотелось сказать честно: «Тебе идёт всё», но вряд ли она ждёт такого ответа.

— Примерь кардиган и шапку, хорошо?

— Да! А, подержи пальто, пожалуйста.

— Ага. Понял.

Я кивнул, взял пальто, и Наги скрылась в примерочной.

Вернув пальто на вешалку, я стал ждать у примерочной.

Народу было много, это был отдел женской одежды. Я чувствовал себя немного неловко, но мне это даже нравилось.

Вдруг ко мне подошла продавщица.

— Ваша девушка очень красивая.

— Девушка точнее, невеста. Спасибо.

Можно было и не поправлять, но вырвалось само собой.

Услышав мои слова, продавщица подошла вплотную.

— Невеста? У неё такие красивые волосы и кожа... И говорит по-японски свободно, она иностранка? Где вы познакомились?

— Н-нет, она выросла в Японии.

Напористая продавщица.

Кстати, Эйджи как-то говорил:

«Женщины в любом возрасте обожают любовные истории...»

Он рассказывал, что на новогодней встрече упомянул Нишисаву, и началось светопреставление.

— А что именно вам, как будущему мужу, понравилось в вашей жене?

— М-мужу...

Ну, когда-нибудь я им стану.

Я понимаю, что это лесть ради продажи, но слышать такое... щекотно.

Пока я колебался, продавщица с сияющим лицом продолжила:

— Я подберу одежду, которая понравится вам! Расскажите, пожалуйста!

Давление было невероятным. Я невольно отступил.

'...Немного можно. Наги пока не выходит. Расскажу то, что можно'.

— Ну, много всего. Сначала это была любовь с первого взгляда.

Мы уже немного говорили об этом.

Я профан в моде, Наги тоже не очень уверена. Поэтому мы хотели купить несколько вещей по совету продавца.

Выбрать что-то вдвоём тоже хотелось, но можно послушать советы, а потом решить.

И, наверное, она видела нас раньше. Поэтому и выпытывает мои вкусы.

В конце концов, это её работа. Немного расскажу, и всё.

Так я думал в тот момент.

— Лазурные, как море, глаза и белоснежные волосы. И кожа очень красивая, я не мог отвести взгляд.

— Угу-угу. Что ещё?!

— Э-это, понимаете. ...Когда мы начали общаться, оказалось, что она не только красивая. В ней много милого.

— Понятно-понятно?! Это называется «гэп моэ» (очарование контраста)!

Я думал, этого будет достаточно.

— Ещё! Что ещё?!

Но продавщица, тяжело дыша от возбуждения, придвинулась ещё ближе и требовала продолжения.

◆◇◆

— И она никогда не перестаёт стараться. В это я тоже влюбился.

— Замечательно! Ваша жена просто чудо!

...Всё.

Я слышу всё, Соута-кун. Всё-всё.

Мои щёки горят вовсе не от отопления.

Мне очень приятно, что Соута-кун хвалит меня.

Приятно, но...

Стыд переполняет меня не меньше.

Я догадываюсь, почему Соута-кун это рассказывает. Мы договорились попросить продавца подобрать одежду.

Соута-кун помнит об этом и рассказывает.

Чтобы не раскрывать лишнего обо мне, он говорит о своих впечатлениях.

Но...

— Ты не понимаешь, Соута-кун.

Прошептала я про себя, чтобы никто не услышал.

Продавщица просто хочет послушать историю под предлогом работы. Я знаю это, меня в школе часто расспрашивали.

Девочки приходили чаще мальчиков. Мальчиков отгоняла Хаяма-сан ещё до того, как я успевала что-то сказать.

Но даже так, девочки любят любовные истории.

Может, он и догадывается, но не понимает до конца.

Соута-кун не привык к девочкам.

'И это меня радует!'

— Ч-что же делать.

Я упустила момент, чтобы выйти.

Если так пойдёт дальше, придётся ждать, пока Соута-кун не выговорится. Он будет говорить, пока не закончатся слова. Наверное.

Я не выдержу. Покраснеет не только лицо, но и всё тело.

В этот момент.

— Эй! Опять ты пристаёшь к клиентам?

— Кья! Н-нет. Я выясняла предпочтения клиента! Менеджер!

Менеджер.

Это слово всё объяснило.

— Какой толк от продавца, который смущает клиентов? Эх. Ты уже выяснила предпочтения? Быстро подбери подходящую одежду!

— Да!

Послышался быстрый стук каблуков и вздох женщины.

— Простите. Эта девочка, как увидит пару или супругов, сразу начинает расспрашивать. ...Но вкус у неё хороший, поверьте.

— Д-да.

Наступила тишина.

Я услышала, как Соута-кун сглотнул.

— ...Т-ты всё слышала? Наги.

Я открыла шторку. Прямо передо мной стоял Соута-кун.

Он хотел поклониться, но я остановила его взглядом.

Я знаю. Соута-кун не виноват.

Не виноват, но...

— Соута-кун — злюка.

Чтобы передать своё смущение, я, не скрывая пылающего лица, сказала это.

◆◇◆

Мысли остановились.

«Соута-кун — злюка».

Ее глаза были слегка влажными. Щеки пунцовыми, а губы подрагивали.

Она смущалась так, как я никогда раньше не видел.

Я знал, что не должен испытывать таких чувств, но...

Подумал, что это мило.

— Злюка, Соута-кун.

— Н-нет, это, понимаешь.

Я хотел ответить, но щёки предательски расплывались в улыбке... Голова не работала, слова не шли.

— Ну вот, опять ты...

Единственным спасением было то, что в её лице не было гнева.

Наги поманила меня. Я подошёл на шаг, она ткнула меня в плечо, прося наклонить ухо.

Я послушно подставил ухо. Наги сложила ладони рупором и прижала к моему уху.

— Когда вернёмся...

Дрожь пробежала по спине.

Голос Наги очень красивый. Чистый и звонкий, как колокольчик.

Приятный, его хочется слушать вечно. Но...

— Готовься. Перед сном — моя очередь.

Голос с придыханием проник в ухо и пощекотал мозг.

Сладкая дрожь удовольствия пробежала по спине, и волоски на теле встали дыбом.

— Н-Наги. Т-такое...

— ...!

Услышав мой с трудом выдавленный ответ, Наги посмотрела на меня.

И тихо хихикнула.

Ее дыхание коснулось уха, заставив меня вздрогнуть.

— Соута-кун. У тебя чувствительные ушки?

Рука Наги нежно погладила тыльную сторону моей ладони. Там всё ещё были мурашки от удовольствия.

— Хи-хи. Узнала кое-что интересное.

Наги наконец отстранилась.

У меня было очень, очень плохое предчувствие. Выдержу ли я ночь?

Может, попросить родителей куда-нибудь уйти?

— Молодость...

При словах менеджера Наги вздрогнула. И тихонько кашлянула.

— ...П-прошу прощения. Соута-кун.

Наги снова посмотрела на меня. И покружилась.

— Идёт?

— ...Ага.

Темно-коричневый кардиган подчёркивал спокойствие Наги, а чёрная вязаная шапка придавала ей немного детский вид.

— Мне кажется, Наги всё к лицу.

— Хи-хи. Спасибо.

Это не лесть. Чистая правда.

В спокойных тонах подчёркивается взрослость Наги. Она выглядит ещё красивее.

С другой стороны, ей пошло бы и милое тёплое платье. И кэжуал... тоже пошёл бы.

— А, кстати, о деньгах не беспокойся. Папа сказал купить всё, что захочу. И дал карту.

— Ого. Редкость.

— Раньше я особо ничего не хотела. Конечно, я не собираюсь транжирить.

Я тоже не думаю, что Наги будет транжирить.

Уголки губ Наги слегка приподнялись, и она продолжила.

— «Работа детей— развлекаться. Папа не пожалеет денег ради тебя», — сказал он.

Может, это мелочь, но. Соичиро-сан перед Наги называет себя «папа».

И слова в его стиле.

— Он тебе доверяет.

Очевидно, но я сказал это вслух.

Соичиро-сан знает, что Наги прилежно учится. Что она не будет тратить деньги попусту. Он дал карту, потому что знает о её чувстве ответственности.

Он присматривал за Наги. Пусть и неуклюже.

Я был рад это узнать.

— Да!

Наги улыбнулась и кивнула.

Потом Наги примерила ещё много одежды... затем мы пошли в мужской отдел, и я тоже кое-что примерил.

Не заметили, как наступил вечер.

Договорившись с Наги сходить завтра ещё куда-нибудь, мы пошли домой.

◆◇◆

— Ну как?

— Я заставил их пообещать, что они «никогда больше не приблизятся». Ни ко мне, ни к Наги.

После ванны отец позвал меня.

«Тебе звонят», — сказал он.

Звонил... Като. Уже одно это удивило.

«Позволь мне извиниться за всё», — сказал он дрожащим голосом.

И извинился за всё, что было.

Это было самое эмоциональное извинение, которое я когда-либо слышал.

Правда, кроме вины, в голосе слышался и страх.

Кажется, они решили, что звонить втроём будет слишком, поэтому звонил Като от имени всех. Он предложил, чтобы остальные тоже позвонили, если я хочу, но я вежливо отказался.

Скорее всего. Соичиро-сан что-то сделал. Других вариантов нет.

— И ещё, я снова поговорил с родителями. Ты слышала?

— Да. Слышала.

Я рассказал родителям и о Като с компанией. Скрывать больше не было смысла.

И отец...

Дико извинялся. Просто дико. Так громко, что Наги в комнате слышала.

— Ну, мы поговорили. И всё уладили.

«Я и сам знаю, что был неважным отцом. Я буду слушать тебя, Соута, и думать вместе с тобой. Ради тебя, Соута... и ради Наги-чан я исправлюсь. Чтобы быть настоящим отцом. Не по крови или документам. А чтобы вы считали меня отцом».

Так он сказал. Мама, конечно, тоже извинялась.

— Я знал, что так будет, поэтому и не говорил. ...Но теперь скрывать нечего.

— Хи-хи. Теперь ты сможешь ещё больше сблизиться с семьёй.

— Ага.

Я улыбнулся словам Наги.

Соичиро-сан тоже мне помог. Нужно будет поблагодарить его.

Наги похлопала по месту рядом с собой на кровати. Я сел.

— Ты устал, Соута-кун.

— Наги и остальные мне очень помогли сегодня. Спасибо.

— Да! Не за что!

Наги улыбнулась и накрыла мою руку своей.

— Соута-кун.

Ее лазурные глаза смотрели на меня. Глаза, синие, как море. Казалось, в них можно утонуть.

Но я не сопротивлялся. И не хотел.

Потому что знал: тонуть в них очень приятно.

Ее глаза слегка прикрылись. Наги мило улыбнулась.

— Ты помнишь, что было днём?

— Днём?

— Да!

В голове всплыло лицо той продавщицы.

Болтливой продавщицы.

— Э-э. А если скажу, что забыл?

— Я напомню. Ночь длинная. Времени много.

Ее улыбка не допускала возражений. Придётся сдаться.

— Но перед этим.

Сказав это, Наги убрала руку с моей.

И похлопала себя по бёдрам.

— Давай почистим ушки.

В её руке была ухочистка.

— ...Э? Откуда?

— Хи-хи. Я купила её раньше и взяла с собой. Хотела почистить уши Соуте-куну.

Наги говорила с гордостью. От неожиданности я помотал головой.

Наги, улыбаясь, снова похлопала по коленям.

— Иди сюда, Соута-кун. Или ты предпочитаешь, чтобы я применила силу?

С её мягких губ сорвался смешок.

Я понял, что мне не победить.

И я положил голову на колени Наги.

— Это будет долгая. Долгая битва с рассудком.