Эпизод 36. Первый...

Эпизод 36. Первый...

Я усомнился в том, что услышал. Я даже этого не мог сделать.

Потому что в голове было абсолютно пусто, я не мог ни о чем думать.

Когда мысли наконец начали шевелиться, прошло, наверное, несколько десятков секунд... нет, возможно, несколько минут.

— Что ты сейчас сказала?

Мой голос был ужасно хриплым. Наверное, меня было очень трудно расслышать.

Однако Наги, не подав виду, спокойно произнесла слова:

— Сегодня я больше не смогу видеться с Соутой-куном. Вот что я сказала.

Мне сказали это прямо в лицо. И снова в голове стало пусто.

Разные мысли всплывали и исчезали.

'Нет, я не могу собраться с мыслями'.

— Могу я узнать. Причину?

Я с трудом выдавил из себя эти слова. Наги кивнула и взяла мои холодные руки в свои.

— Я... обручаюсь с одним человеком. Нет, точнее, еще не обручилась, но...

К горлу подступила тошнота. Едва сдерживая её, я пытался запечатлеть услышанное в своем помутившемся сознании.

— Продолжай.

— Партнёр — сын президента одной компании. Кажется, ему исполнилось двадцать в этом году. Видимо, он увидел меня на прошлом выступлении. И влюбился с первого взгляда.

Старше. И сын президента. Даже моя заторможенная голова смогла понять, что к чему.

— Я не говорила, но мой отец — предприниматель. Если конкретнее, его бизнес связан с кимоно. И он развивает международное направление. А партнер — одна из ведущих компаний по производству кимоно в стране.

— Вот оно что.

Всё встало на свои места. То, что Наги так хорошо разбиралась в японских танцах, чайной церемонии и икебане... возможно, причина была в этом.

— Да. Если за неделю удастся договориться о помолвке. И если мы заключим помолвку, то компания моего отца может быть поглощена ими на выгодных условиях. Грубо говоря, мне поставили такое условие.

— А что думает Наги?

— Я сказала, что хочу этого.

Наверное, у меня было ужасное лицо. Когда я посмотрел на Наги... она улыбалась, но эта улыбка была какой-то болезненной.

— Я. Я не смогла измениться.

Тихо прошептала она. И осторожно коснулась моей щеки рукой.

— Прости, что втянула тебя. На самом деле, я давно знала, что когда-нибудь такое предложение поступит. И ради этого я использовала Соуту-куна.

— Что... ты...?

— Помнишь, о чем я говорила Соуте-куну в самом начале?

От слов Наги я невольно вспомнил тот момент.

И понял.

Когда Наги говорила, что хочет преодолеть андрофобию.

«Время когда-нибудь вылечит. Может, это и правда. Но из-за этого "когда-нибудь" я могу упустить какой-то шанс. В человеческих отношениях или в учебе. А может, и при поступлении».

В это входило и такое?

— Да. Когда-нибудь, когда придет такое предложение о браке, моя боязнь мужчин стала бы помехой. ...Поэтому я использовала Соуту-куна. Так должно было быть.

По щеке Наги скатилась одна слеза.

— Но я влюбилась.

Ее голос был таким тихим. Но я смог его расслышать.

— Поэтому я захотела измениться. Чтобы, если отец скажет мне, я смогла бы отказаться. Для этого. Я советовалась с Хаямой-сан и продавцами.

Слезы катились по щекам Наги одна за другой.

— Нужно было просто полюбить Соуту-куна сильнее. ...Чтобы я не видела никого, кроме Соуты-куна. Для этого. Я хотела, чтобы Соута-кун полюбил меня. Тогда, я думала, я смогу полюбить Соуту-куна еще сильнее. Поэтому я спрашивала, как сделать так, чтобы Соута-кун меня полюбил.

Слезы текли по щекам Наги непрерывным потоком. Я машинально стер их пальцем.

— Я люблю эту доброту Соуты-куна. ...Я так старалась, чтобы Соута-кун меня полюбил. Узнавала Соуту-куна всё лучше, влюблялась всё сильнее.

Рука Наги сжала мою другую руку.

— Но ничего не вышло. ...Я получила самый худший результат из всех, что могла представить.

— Наги, почему ты... не смогла отказаться?

— Потому что я очень люблю отца и мать.

Наги ответила без промедления. И улыбнулась.

Это была искаженная улыбка.

— Я в огромном... неоплатном долгу перед отцом и матерью. Поэтому я выбрала. ...Я положила на весы семью и Соуту-куна.

Сердце пронзила невыносимая боль.

Потому что я увидел её глаза.

— ...Есть ли шанс, что я могу вмешаться?

— Нет. ...Что бы мне ни говорили, я не изменю решения. Не смогу изменить.

В её глазах читалась решимость. Она говорила мне, что никто и ничто не заставит её передумать.

Я понял: если я что-то скажу, это только ранит Наги.

— Это всё моя вина. Я всё заканчиваю на полпути. ...На самом деле, я знала, что должна была сказать Соуте-куну раньше.

Её лазурные глаза потускнели, она опустила голову.

— Мне было страшно говорить Соуте-куну. Когда я видела тебя, сердце успокаивалось. Я забывала обо всём плохом. ...«Скажу завтра», — повторяла я. И так дошло до сегодняшнего дня.

Рука Наги отпустила мою. Теплая рука. Одновременно моя рука бессильно упала.

— Ненавидь меня. Соута-кун.

Мило улыбнувшись, сказала Наги.

— Ненавидь меня сильно-сильно. Скажи: «Знать не хочу такую женщину». И забудь. Нет, прости. Я знаю, что добрый Соута-кун не сможет так сделать.

Наги покачала головой... и встала.

Поездка на колесе обозрения подходила к концу.

— И напоследок, еще одно слово. Я хочу кое-что сказать, так что пойдем со мной.

Сказав это, Наги вышла из кабинки. Я последовал за ней.

Разговора не было.

В подходящем месте, где было мало людей, Наги снова заговорила.

— Соута-кун, пожалуйста, обязательно стань счастливым. У Соуты-куна обязательно появится кто-то намного лучше меня.

'Прекрати'.

— И стань счастливым с этим человеком. Создай семью, гораздо более счастливую, чем я. Пожалуйста.

'Не хочу'.

— На... ги.

Я посмотрел на Наги. ...Она плакала, роняя крупные слезы.

— ...На самом деле я не хочу. Не хочу, чтобы рядом с Соутой-куном был кто-то, кроме меня.

— Я... тоже. Не хочу.

Чтобы рядом с Наги был кто-то, кроме меня.

Не хочу. Ни за что.

Ни за что.

— Прости. Я слабая. ...Прости.

Сказав это, Наги сделала шаг ко мне.

Лицо Наги приблизилось. Ужасно красивое... и искаженное от боли лицо.

Роняя слезы, она пристально посмотрела мне в глаза.

— Это последнее воспоминание.

Что-то мягкое и теплое коснулось моих губ.

Это длилось мгновение.

Наги отстранилась. И резко повернулась ко мне спиной.

— Этот первый раз. Только это я обязательно хотела отдать Соуте-куну.

— Подожди, Наги.

Я невольно протянул руку. Но...

— Прощай. Я от всего сердца желаю, чтобы к Соуте-куну пришло счастье.

Моя рука не дотянулась.

Первый поцелуй был ужасно горьким.

◆◆◆

Голова раскалывается.

Я встал с кровати в поисках лекарства. Стоп. Как я вообще добрался домой?

Да ладно, неважно. Всё это. Не имеет значения.

Я выключил телефон, который не переставал звонить. Выпил обезболивающее, но сил вернуться в кровать не осталось.

Я рухнул на диван.

Что было бы лучше? Не знаю.

Ничего не знаю. Не хочу знать. ...Хочу просто уснуть так. И исчезнуть.

Не сопротивляясь подступающей сонливости, я закрыл глаза.

— Дзынь-дон.

Звук дверного звонка вернул меня в реальность. Но сил идти открывать не было.

Я ничего не заказывал. ...Притворюсь, что меня нет дома.

— Дзынь-дон.

...

— Дзынь-дон.

...

— Дзынь-дон.

...

— Дзынь-дон.

— Дзынь-дон.

— Дзынь-дон, дзынь-дон, дзынь-дон, дзынь-дон.

Из-за непрекращающегося звонка я вздохнул и медленно встал.

Кто, чёрт возьми, пришел в такую ночь?

◆◇◆

— С возвращени... О, юная госпожа. Что случилось?

Как только я вернулась домой, домработница... Судзака-сан сразу заметила.

Но это и неудивительно. ...Мое лицо было мокрым от слез.

Пытаясь пальцами остановить непрекращающийся поток слез... я сказала Судзаке-сан:

— Много чего... случилось. И еще, Судзака-сан. Придите ко мне в комнату позже. ...Я хочу поговорить с вами.

— ...Поняла. Я скоро приду.

Я еще не говорила Судзаке-сан о том. И отцу сказала, чтобы он ей не говорил.

Потому что, если бы я сказала, она бы точно рассказала отцу о Соуте-куне.

Сказав это Судзаке-сан, я вернулась в свою комнату. Положила сумку.

И, как ни стыдно, просто упала на кровать.

Я закрыла глаза. И стала вспоминать.

— Я всегда любила тебя. Соута-кун.

Всё, что было с тех пор, как я встретила Соуту-куна.