Эпизод 06. Девичник

Динь-дон. Колокольчик на двери издал лёгкий, приятный звук. Такой красивый, что захотелось открыть дверь снова.

Под этот звук я вошла в кафе.

И увидела девушку с каштановыми волосами, машущую мне рукой.

— Нагирин, Нагирин, сюда, сюда!

— Д-да!

Я поклонилась человеку, похожему на хозяина кафе, и пошла к столу, где сидела Нишисава-сан и... Хаяма-сан.

Хаяма. Хаяма Хикару-сан — милая, жизнерадостная девочка с чёрными волосами, собранными в конский хвост.

— Простите, я опоздала.

— Ничего-ничего. Ты же занята на уроках, да?

— Мы сами напросились.

Их добрые слова успокоили меня.

Подошёл официант, я заказала холодное какао и поставила сумку.

Причина, по которой меня позвали сегодня. Девичник.

— Эм. А что делают на девичниках?

Я слышала это слово. Но не знала подробностей.

— О, первый раз на девичнике?

— Ну, я тоже в первый раз.

Они жевали картошку фри. Нишисава-сан пододвинула тарелку ко мне.

— Ешь, Нагирин, ешь.

— А, спасибо.

Я взяла одну штучку, наслаждаясь солёным вкусом и ароматом специй. И ждала продолжения.

— Ну, что делают.

— Да что угодно, наверное.

— Но раз собрались одни девчонки, есть одно обязательное дело.

Они обе ухмыльнулись. Улыбки выглядели немного озорными. Вряд ли они замышляли что-то плохое, но...

И они сказали хором:

— Разговоры о любви.

— Только о любви.

— О любви?

Не очень знакомое словосочетание. Но смысл я поняла.

— Ага, любовные истории.

— Чужие любовные истории всегда интересны.

— А, а-а...

Разговоры о любви. О влюблённости. Не очень понятно.

Хотя читать об этом в книгах я люблю.

— Итак, Нагирин?

— Выкладывай всё начистоту.

— Я?!

Я думал, речь пойдёт о них, поэтому удивилась.

— Н-но. Эм. Нишисава-сан?

— Обо мне можно поговорить в любой момент.

— Ага-ага. У неё уже есть парень.

Д-действительно...? Нет, но всё равно интересно.

— Т-тогда Хаяма-сан?

— Я? У меня ничего такого нет. Мы с начальной школы вместе, но с парнями я особо не дружу.

Хаяма-сан милая, странно, что ей никто не нравится... Но, похоже, ей это не интересно.

— Лучше послушаем Нагирин.

— Много слухов ходит, интересно, что правда.

— Если смогу ответить, то отвечу...

Пока я гадала, о чём меня спросят, принесли какао.

Я сделала глоток, смочив пересохшее горло.

Нишисава-сан энергично подняла руку.

— Тогда первый вопрос!

— Да. Прошу.

Я улыбнулась ей. Но.

— Говорят, ты всегда держишься за руки с Минорином на свиданиях. Это правда?

Улыбка застыла на моём лице.

— Эй? Нагирин? Ау-у.

— Слишком резко начала... или нет? Ну, так что?

Я помяла застывшие щёки руками. Думая, как ответить. Врать нехорошо, поэтому я закрыла глаза.

— Это не ложь.

— О, серьёзно?

— Но.

Я открыла глаза.

Да, я всегда держу Соуту-куна за руку. Всегда, когда мы гуляем вдвоём.

Но. На то есть причина.

— Чтобы не потеряться.

— Чтобы не потеряться... ага.

— Хе-е. Ты всегда сама берёшь его за руку, Шинономэ-чан?

Я покачала головой в ответ на вопрос Хаямы-сан.

— Соута-кун берёт меня за руку.

Они обе издали восхищённое «О-о». Почему-то мне было приятно.

— Молодец, Минорин.

— Выглядит скромником, а на деле... Неплохо.

— Э-хе-хе.

Мне приятно, когда хвалят Соуту-куна. Словно хвалят меня саму.

— Кстати. Говорят, вы обнимались на спортивном фестивале. Правда?

— Фе?! О-откуда вы знаете?!

— А, значит, правда. Слухи дошли даже до нашей школы.

— Ага, и до моей.

Я почувствовала, как лицо вспыхнуло, словно извергающий огонь вулкан.

Это... с-слухи.

— Точнее, слухи о вас двоих.

— Понимаю. Слышала, что парочка, которая воркует в классе, — это просто смерть от милоты. Друг друга из начальной школы Шинономэ-чан рассказывал.

— Э... э?

О нас с Соутой-куном... ходят слухи?

— А то, что Минорин гладил тебя по голове в классе?

— Э-это была награда за то, что я старалась на спортивном фестивале.

— А то, что ты обняла его из ревности, когда к нему приставали другие девчонки?

— Т-то же самое. Соута-кун был очень активен на фестивале. Поэтому стал популярен у девочек.

— Хм-м... Думаю, они просто хотели увидеть твою реакцию, Нагирин.

Лицо горело. О чём я вообще говорю?

Я оттянула ворот блузки, пытаясь охладиться.

И тут заметила пристальные взгляды, направленные на определённую часть моего тела.

— Кстати, Нагирин, они у тебя большие.

— Тоже заметила.

— Большие... что?

— Грудь, конечно.

— ...А?

Я резко отпустила ворот. И только сейчас поняла, как неприлично себя вела.

— Для средней школы это не слишком? ...Нет, правда, не слишком?

— Непозволительно для первого класса.

— Нет... ну. Д-да, я знаю, что большая, но...

Я положила руку на грудь. Большая, но от этого одни неудобства.

— В последнее время плечи быстро устают.

— О, классика большегрудых!

— Ну, мы ещё растём. ...Если подумать, что будет с Шинономэ-чан дальше?

Это будет проблема.

Плечи будут болеть ещё сильнее. Придётся менять бельё.

Судзака-сан и мама понимают меня, но... мне неловко просить деньги.

Хаяма-сан улыбнулась моему озабоченному лицу.

— Но это же хорошо. Можешь соблазнить Минори-куна.

— С-соблазнить...

— Минорин же парень? Прижмёшься грудью — и всё готово.

— Н-ничего подобного... А.

Вдруг я вспомнила тот случай.

Когда Соута-кун разговаривал с девочками... я невольно прижала его голову к груди.

Соута-кун тогда покраснел до ушей, что бывает редко. Я помню.

— ...Хе-е? Было дело?

— Э! Н-нет, ну...

Нишисава-сан ухмыльнулась. Хаяма-сан тоже рассмеялась.

— Шинономэ-чан, оказывается, та ещё штучка.

— Н-нет! Т-тогда я... я не имела в виду ничего такого...

— Ладно-ладно, проехали. ...Сработало?

Я... слабо кивнула в ответ на вопрос Нишисавы-сан.

— Ну, ещё бы.

— Н-но хочу сказать. Соута-кун не смотрит туда постоянно или что-то в этом роде.

— Хороший мальчик... или, скорее, ментально взрослый. Он.

Я энергично закивала в ответ на слова Хаямы-сан. Шея немного заболела.

— Соута-кун всегда смотрит в глаза, когда говорит. И даже когда я витаю в облаках, он смотрит на моё лицо.

— Значит.

Нишисава-сан взяла ломтик картошки и улыбнулась. Весело спросила:

— Значит, Минорин всё время смотрит на Нагирин.

— ...? Да. И я тоже смотрю на него.

Они снова рассмеялись.

Разговаривая с ними, я поняла. Их смех не злой.

Не насмешливый, а тёплый, дружелюбный.

Но я всё равно не понимала смысла. Я наклонила голову, и Хаяма-сан объяснила.

— Это же чистой воды взаимная любовь. Начинайте уже встречаться.

Я закрыла лицо руками.

Щеки пылали. Неужели...

Мысль о том, что это может быть правдой, заставила сердце биться чаще.

— Наги-чан такая красавица.

— ...Хм. Я тут подумала. А... вы двое из тех, у кого мало друзей, да?

— А, да. Так и есть. До встречи с вами у меня не было друзей, кроме Соуты-куна.

Я отпила какао, наслаждаясь сладостью. Жар на щеках не спадал, но я решила его игнорировать.

Хаяма-сан хотела что-то спросить, и я ждала.

— Мне интересно, как вы подружились. А, не обязательно рассказывать, если не хочешь. Просто интересно.

— А, понятно. Всё в порядке.

Конечно, им интересно. Мне и самой это кажется удивительным.

Наша первая встреча с Соутой-куном...

— Мы переехали, и я гуляла, чтобы изучить окрестности. Увидела парк, там играло много детей. Но моё внимание привлёк мальчик, который играл в мяч с отцом, и я зашла в парк.

Тогда я думала, что мне просто любопытно.

Но. Если подумать сейчас.

— Наверное, я завидовала. У меня не очень близкие отношения с отцом.

Мальчик, играющий с отцом в мяч. Заинтересовал меня.

С того момента я захотела поиграть с ним.

— И тогда он... заговорил со мной. «Если хочешь, может, поиграем вместе?»

— Ого? И что дальше?

— Сначала я отказалась.

Они посмотрели на меня с недоумением. Это было забавно, и я улыбнулась.

— П-почему?

— Растерялась. Мальчик, который меня заинтересовал, заговорил со мной... Я ответила, а потом чуть не пожалела. Но его отец снова предложил мне: «Если не против, поиграй с моим сыном». И мы начали играть.

Ностальгия.

Закрыв глаза, я могу вспомнить это и сейчас.

— Мы играли в мяч. Я чуть не упала. И Соута-кун спас меня.

Я приготовилась к боли. Но он поймал меня... не удержал, и мы упали.

Он оказался подо мной, и я не пострадала. Я волновалась, не ушибся ли Соута-кун, но с ним всё было в порядке.

— Тогда пришёл мой отец. Я думала, он рассердится, что я упала. Но Соута-кун снова спас меня. Хотя отец и не собирался сердиться.

Ту-дум. Сердце подпрыгнуло.

«Я предложил Наги поиграть. И чуть... чуть не дал ей ушибиться. Простите».

Стоит закрыть глаза, и я вспоминаю это так ярко.

— В тот момент я решила. Что стану другом Соуты-куна.

— Другом, значит.

— Драматичная встреча.

Я ответила им «да».

— Поэтому я...

Неестественно громкое сердцебиение.

Я...? Что я сейчас хотела сказать?

Я спросила себя. В голове всплыло его лицо.

При каждом воспоминании о нём. Сердце билось быстрее и громче.

Каждый раз, когда я видела его, на душе становилось тепло. Я невольно следила за ним взглядом.

...Стоп.

Мне не нравилось, когда он говорил с девочками. Ревность? Возможно. Но это было нечто большее.

Просто не нравилось.

...Неужели.

Видя его улыбку, мне хотелось обнять его.

Когда он гладил меня по голове, я была счастлива.

Когда он держал меня за руку, душа парила.

...Я.

Каждый раз, расставаясь с ним. Сердце сжималось от боли.

...Ах, вот оно что. Я.

Я закрыла глаза. Положила руку на грудь.

Я...

— Я влюбилась в Соуту-куна.