Эпизод 27. Сонная Ледяная принцесса — атака втрое, защита наполовину
«Н-н… мм…»
Тёплая, мягкая ласка добрела до головы — и я пришла в себя. Видимо, подушка тёплая, потому что чувствую себя на редкость хорошо.
…И вообще, эта подушка такая приятная. И пахнет так вкусно.
— Эх-хе-хе…
Не удержавшись, я уткнулась лицом в это тёплое место и обняла. Казалось, весь мир наполнился этим запахом, и от этого я радовалась.
— Н-Наги…?
К тому же слышу голос Соуты. Ритм «тук-тук» тоже ласкает уши и тело… фуфу. Счастье.
С этими мыслями сон снова начал затягивать меня. Я тихо стала тонуть в дремоте—
— Наги! Э-эта поза немного… ну… стыдная, если честно!
От этих слов сознание вернулось рывком.
— …Э?
◆◆◆
Когда я открыл глаза, то обнаружил, что заснул, привалившись к Шинономэ… нет, к Наги. Часы показывали, что прошло не так уж много.
Я осторожно приподнялся и посмотрел на всё ещё мирно спящую Наги.
Во сне она была совсем беззащитной, а от плеча, на котором покоилась её голова, шло спокойное тепло.
Я не удержался и провёл ладонью по её волосам.
— Н-н… мм…
Наги тихо проворчала во сне. Я испугался, что разбудил, и отнял руку.
И тут…
— Эх-хе-хе…
Тёплая ладонь Наги потянулась через меня к дальнему плечу, другая рука обвила спину—
И она крепко прижалась. А потом…
Уткнулась лицом мне в шею.
— Н-Наги…?
Я невольно позвал её. Тепло, что прежде чувствовалось только в плече, теперь разлилось по всему левому боку… вместе с мягкостью, от которой голова шла кругом.
Но Наги не проснулась. Так и пыталась снова уснуть, обнимая меня. Видно, приняла за объятную подушку; поза-то неудобная, а она ровно дышит.
Сладкий аромат бил в голову, мягкость разжигала соблазны — я стиснул эти соблазны и раздавил.
— Наги! Э-эта поза всё-таки… немного стыдная!
Как-то выдавил из себя. Наги дёрнулась и подняла лицо.
— …Э?
Её сонные глаза не фокусировались, взгляд плавал. Руки всё ещё не отпускали меня, так что лицо было близко… ах, у уголка губ блестела ниточка слюны.
Глуповатое, но очаровательно милое выражение. Я невольно улыбнулся.
— Д-доброе утро, Наги. Хорошо поспала?
— …А…
Постепенно фокус вернулся в её глаза. Одновременно пунцово налились щёки. Пальцы, вцепившиеся в моё плечо, на миг сжались сильнее — и Наги, словно очнувшись, отпрянула.
И в этот момент серебристая ниточка вот-вот сорвалась с губ.
— О… стой.
Я мгновенно схватил со стола салфетку и подцепил нить. А потом, сложив салфетку, аккуратно стёр то, что осталось у уголка.
— У-у… а…
Глядя, как её лицо всё краснеет и краснеет, я понял, что наделал. Но Наги вдруг уставилась на мою шею.
Там стало немного прохладно — и я догадался, почему.
— П-п-прости! С-сейчас вытру—
Наги вскочила за салфеткой и…
Из-за того, что только проснулась, ноги заплелись.
— Кья…!
— Наги!
Я перехватил её за руку, потянул на себя, забирая инерцию.
Пух. Наги упала мне на грудь. Диван жалобно скрипнул, но выдержал.
— В-всё в порядке? Не ушиблась?
— У-у… п-прости, прости…
— Я не злюсь. Для начала — дыши ровно.
Чтобы доказать это… поколебавшись, я всё же поверил словам Наги, сказанным раньше, и обнял её, легко похлопывая по спине. Было жутко неловко, но, похоже, ей стало спокойнее.
Наги, уткнувшись, ухватилась за мою одежду.
— …Ты… не считаешь меня… нескромной?
— Тебя? Нет.
«Да ты — полная противоположность «нескромной».»
Наги наконец подняла взгляд. Щёки горели, глаза блестели от слёз.
— А если я… всё же нескромная… ты… не разлюбишь меня?
Сказала, глядя снизу вверх.
Я судорожно вдохнул. Мир на секунду качнулся.
Игнорируя собственное сердце, гремевшее как барабан, я покачал головой, чтобы развеять её тревогу.
— …Не разлюблю. Из-за такого я тебя не разлюблю.
Сказал — и отвёл взгляд.
— Д-для начала… может, всё-таки чуть отсядешь…
Слишком уж близко. На мою просьбу Наги не в панике, а ровно поднялась и села рядом.
Потом взяла салфетку и вытерла мне шею.
— П-прости! Я… в уборную на минутку!
— А-а… да, конечно.
Пожалуй, нам обоим стоило остыть. Я кивнул, и Наги вышла.
◆◇◆
Вымыв руки, я машинально прикрыла лицо ладонями.
«Сердце… вот-вот выпрыгнет».
В полусне я прижалась к Соуте… и безобразно — ой, как безобразно — оставила слюну на его шее.
А потом едва не упала — и Соута меня поймал.
И сказал, что даже если я бываю… «неидеальной», он меня не разлюбит.
— Сколько же он ещё собирается заставлять меня трепетать…
Он красивый. И добрый. Добрей всех.
Раньше спокойствие перевешивало. Нет, и сейчас оно сильное.
Когда его запах близко. Когда его тепло рядом. Когда слышу его голос. Я успокаиваюсь и клонюсь в сон — как младенец в материнских руках.
…Но при этом в последнее время сердце всё чаще бьётся как сумасшедшее.
— Остановить это уже нельзя. Нет, и не нужно.
Я мотнула головой и слегка шлёпнула себя по щеке.
— Нужно любить его ещё силь… сильнее. И нужно, чтобы он любил меня силь… сильнее. Тогда и я смогу любить его ещё сильнее.
А когда мы станем взаимными—
— Я скажу папе. Скажу, что люблю его. Я должна суметь это сказать.
«Прости, папа, что я не стала той, какой ты хотел меня видеть… будто отплачиваю добру злом».
Но если я скажу, что люблю его — Соуту, — если папа поймёт его… тогда папа и мама обязательно одобрят.
Ради этого…
— Я должна любить его ещё сильнее. Так, чтобы ничего больше не видеть. И сделать так, чтобы он любил меня так же сильно. Я постараюсь.
Способы, как становиться ему дороже, я понемногу воплощаю — как советовали Хаяма-сан и продавщица.
В такие моменты впервые рада, что у меня аккуратная внешность.
Выдохнув, я вернулась к нему.
◆◆◆
После того как Наги вернулась, повисла короткая пауза.
Надо было о чём-то заговорить. И тут я вспомнил одну вещь.
— К-кстати, Наги. Эйдзи Машикава и его девушка попросили нас с тобой позаниматься с ними. До финальных тестов уже недалеко.
— Это те, с кем мы тогда столкнулись?
Я кивнул. Наги видела их дважды.
— В дождливый день, когда ты пришла за мной, — этих двоих. И ещё до того в поезде мы их мельком видели.
— Да. Кажется, это были Хикари и Кирика Нишидзава.
— Они самые. Что скажешь?
Наги коснулась пальцем подбородка, задумалась и ответила:
— Я не против. Но у меня тоже… э-э… есть подруга, которая хотела бы встретиться с Соутой.
Я удивился.
— Правда?
— Да. Она говорила, что когда-нибудь хотела бы познакомиться. Случай подходящий — как думаешь?
— Надо будет уточнить у Эйдзи Машикава и его девушки, но я — за.
Честно говоря, мне и самому любопытно, кто подруга Наги. Она облегчённо улыбнулась и пристально посмотрела на меня.
— И ещё одно. Простите за смелость, но у меня просьба.
— Какая? Говори любую.
Наги мягко улыбнулась — очень радостно.
— Я стесняюсь при новых людях. Будет здорово, если Соута всё время останется рядом.
Я не смог сдержать улыбку: доверие, которое она мне дарила, ясно ощущалось.
— Разумеется.
Мы улыбнулись друг другу.
Продолжение следует…
В телеграмме информация по тайтлу:
Телеграмм канал : t.me/NBF_TEAM
Поддержать монетой : pay.cloudtips.ru/p/79fc85b6