Пергамент

Вожак стада, взрослый самец, был особенно бдителен. Каждые несколько секунд он поднимал голову от воды, настороженно осматриваясь по сторонам, а его уши непрерывно подрагивали, улавливая любой подозрительный звук. Вокруг царила тишина, нарушаемая лишь шелестом листьев на ветру да редкими трелями птиц вдалеке.

В этой мирной идиллии, в нескольких десятках метров от реки, из кустов внезапно раздался злобный рык!

— Р-р-ра-а-а-а-а-а!

Рык мгновенно разрушил спокойствие, и олени тут же отреагировали. Обычно пугливые по своей природе, они должны были бы сорваться с места и исчезнуть в лесной чаще. Однако произошло нечто странное.

Вожак, только было собравшись рвануть, вдруг застыл на месте, а затем, словно из него выпустили все силы, рухнул на берег. То же самое случилось и с остальными оленями. Они в панике пытались убежать, но их ноги не слушались. Они лишь беспомощно скользили и падали, не в силах сдвинуться с места.

Наблюдая за этой сценой из кустов, Зелир удовлетворённо кивнул.

«Неплохо».

【Проклятие злословия】

Школа магии: ментальная

Тип структуры: однослойная структурная формула

Уровень магии: второй

Описание: Заклинатель, используя магию, издаёт исполненный злобы рык. Цель подвергается ментальному удару, вызывающему панику.

Проклятие злословия не наносит физического урона. Это чистое заклинание контроля, особенно эффективное против существ со слабой волей или низким интеллектом, способное на короткое время лишить их возможности двигаться. Однако против противников с сильной волей его эффект значительно ослабевает, вызывая лишь лёгкую заторможенность или нерешительность, а может и вовсе не сработать.

Примечание: Проклятие злословия не является заклинанием массового поражения. Ментальному удару подвергаются только выбранные цели. Количество целей зависит от вложенной магии.

Это заклинание Зелир перенял у беловолосого гоблина. За несколько дней он полностью его проанализировал и освоил. С интеллектом в восемьдесят две единицы скорость анализа заметно возросла по сравнению с тем, когда он только открыл Небесный Анализ.

Эффектом заклинания Зелир остался доволен. Теперь, владея Заклятием Гнёта и Проклятием злословия, он получил преимущество в контроле над полем боя и мог справляться с более сложными ситуациями.

На берегу олени лишь через десять с лишним секунд начали приходить в себя. Они с трудом поднялись на ноги и в панике скрылись в лесу.

Когда олени ушли, Зелир вышел к реке и продолжил тренировать другие заклинания.

— Огненный шар!

— Воздушное лезвие!

— Ледяной шип!

Одно за другим заклинания второго уровня срывались с его рук. Наконец, он почувствовал, что его магия на исходе. Опершись руками о траву, он сел и перевёл дух.

Последние несколько дней Зелир почти всё свободное время посвящал тренировкам, стремясь в полной мере освоить прирост силы от повышения интеллекта. Упорные занятия принесли свои плоды: его понимание структурных формул и контроль над магией стали ещё лучше. На данный момент время сотворения Дыхания Пламени, заклинания третьего уровня, сократилось до чуть более шести секунд. А время сотворения ещё более мощной Магической Стрелы, благодаря постоянным тренировкам и оптимизации, уменьшилось до семи с небольшим секунд. С волшебной палочкой из ясеня скорость была ещё выше.

Однако Зелир отчётливо понимал, что это его предел. Время сотворения заклинаний второго уровня по-прежнему составляло четыре секунды. Хотя процесс начертания магических символов стал плавнее, оптимизировать саму структуру не получалось. До стандарта младшего мага — заклинания третьего уровня за пять секунд, второго за три — было ещё далеко.

— Эх… нужно продолжать повышать уровень, — тихо вздохнул Зелир.

Он упёрся в потолок. Одними тренировками его уже не пробить. Лишь повышение характеристик с новым уровнем могло разрушить эти оковы.

Значит, пора снова браться за задания в Гильдии искателей приключений!

Закончив тренировку, Зелир не пошёл сразу к Маркусу, а сперва направился к Валесу. Ему не терпелось узнать, что же написано в той эльфийской книге.

Комната Валеса была идеально чистой, даже одеяло было сложено без единой складки. По сравнению с ней комната Зелира была сущим хаосом. Каждое утро он просто вставал с кровати, не утруждая себя уборкой — всё равно вечером снова ложиться.

Валес, протиравший свой длинный лук, удивлённо прервал своё занятие, увидев Зелира.

— Твоя нога зажила? — не удержался он от вопроса.

— Да, уже в порядке. — Зелир подпрыгнул на месте. — В гильдии нашёлся маг с исцеляющими заклинаниями.

— Готов к новому заданию?

— Да, но сначала я хочу тебе кое-что показать.

Зелир осторожно достал из-за пазухи эльфийскую книгу в обложке из белой коры и протянул её Валесу.

— Ты знаешь, что здесь написано?

Последние несколько дней Зелир пытался проникнуть своей духовной силой в тот пергамент, что повысил его прогресс в Великом Искусстве Созидания, но безрезультатно.

Валес с недоумением открыл книгу. Когда его взгляд упал на древние и изящные письмена, его лицо выразило крайнее удивление.

— Это… это книга на эльфийском языке?

— Да, я случайно нашёл её в библиотеке гильдии. Стало интересно, вот и решил спросить, не сможешь ли ты её прочитать, — сказал Зелир.

Увидев реакцию Валеса, он почувствовал прилив надежды. Валес принялся внимательно читать, а Зелир молча ждал. Однако он заметил, что брови Валеса сдвигались всё плотнее.

Спустя некоторое время Валес наконец покачал головой.

— Нет, не могу прочитать.

— Ты не знаешь эльфийского? — удивился Зелир.

— Знаю, но эльфийский бывает разным, — пояснил Валес. — Большинство эльфийских кланов живут уединённо и редко меняют место обитания, поэтому их общины довольно закрыты и консервативны. Со временем в их языках появляются различия. Обычно эти различия похожи на диалекты в разных регионах: даже если не всё понимаешь, общий смысл уловить можно. Но эта книга… — Валес пролистал ещё несколько страниц. — Язык в этой книге настолько отличается от того, что я знаю, что это похоже на совершенно другой язык. Я могу лишь с трудом разобрать, что это сборник мифов и легенд. Большего я понять не могу.

Валес закрыл книгу и вернул её Зелиру. В его глазах читалось недоумение.

— Даже не представляю… какой эльфийский клан мог использовать такой язык.