С иной стороны

Мокрые ветви старых буков чернели в туманной хмари, свисая космами до земли, шумя поникшей листвой. Веяло холодом и сыростью. Покрытые грязью корни, причудливыми арками нависали над ручьями, петляющими меж старых, разросшихся деревьев. Где-то высоко за кронами гудел ветер, скрипели гиганты тополя, прокатывались раскаты утихающей бури. Она знала, что пронесшийся ливень ушел не далеко, и вот-вот вернется, снова обрушиваясь на Придонье. У нее было слишком мало времени. Ей нужно успеть увидеть DM, пока не начался дождь.

Бахилы хлюпали, погружаясь в мокрую грязь, чавкали ею, рискуя остаться в ней навсегда. Стало еще холоднее. Несколько слоев старой одежды, надерганных в шкафу, не сохраняли тепло, только мешая, сковывая движенья, воняя прелостью и пылью. Клеенчатый плащ как-то защищал от холодного ветра, порывами налетавшего на нее, словно голодный волк на стадо овец, внезапно и каждый раз с разного направления.

Вика быстро устала. Казалось, что отличное чувство направления подводит ее, заворачивая каждый раз на новый круг в темном лабиринте одинаковых буков и спутанных корней. Она остановилась, решив передохнуть. Натянув плотнее на голову капюшоны плаща и толстовки, Вика полезла под одежду замершей рукой, стараясь нащупать под грудой одежды вейп. Это заняло некоторое время. Наконец, она нащупала его округлые нагретые телом края и, подцепив заиндевевшими пальцами, вытащила из-под груды одежды.

Лампочка на стальном боку вспыхнула, осветив ее очки багровым пламенем, и Вика окуталась дымом, пахнущим вишней и корицей. Иногда она думала бросить. Ей бы хватило силы воли, в этом она не сомневалась, но в этом было свое удовольствие, возможность взять паузу, подумать, отгородившись от мира плотной стеной сладкого дыма. Она не хотела бросать. Это был ее выбор. Такой же, как отдать гитару Паку и больше не подниматься на сцену. Покончив с Пересмешниками. Ведь ничто так не подчеркивает одиночество, как пелена пара, отделяющая тебя от других.

Вика протерла запотевшие очки. Среди шума деревьев и стона ветра ей послышались приближающиеся голоса. Поначалу, они казались частью ночного концерта, аритмичной симфонии треска, шелеста и скрипа, но потом, ее чуткое ухо различило отдельные слова и интонации. Вика прислонилась к дереву, скрываясь в его тени. Голоса звучали знакомо, но она не была уверена. Порой, ей казалось, что голоса идут из разных мест, будто невидимые путники кружат вокруг нее. Меж деревьев мелькал электрический свет. Появляясь каждый раз с другого направления. Наверное, отражался от мокрой листвы, но это, определенно, казалось странным. Таким же, как и ее странно исказившееся чувство направления.

Голоса то приближались, становясь различимыми до той степени, что она могла разобрать некоторые слова, то удалялись, сливаясь с шумом деревьев. Иногда трещали, ломаясь под чьими-то ногами, ветки. Шелестела, хрустела одежда. Голоса казались знакомыми, но в тоже время как-то необычно искаженными, словно прокручиваемые на замедленной скорости.

Вика оставалась на месте. Это могли быть ушедшие за дровами парни или же Тоня и Рино, отправившиеся на поиски тетради. К первым бы Вика подошла. Возможно. По крайне мере, они могли проводить ее к дому DMа. Девушки были не желательными попутчиками. Она уважала Тоню и могла терпеть какое-то время Рино, но сейчас ее ждала самая важная за долгое время встреча, которой они могли помешать.

DM, тот кто создал мир, куда она смогла сбежать. Это было важнее всего. Она ощущала, что стоит на пороге важных и невероятных события, долгожданной оттепелью, растопляющей лед последних десяти лет одиночества. Это чувство, до этого не знакомое, росло в ней с каждой секундой с тех пор, как она, нелепо суетясь, покинула Чипу и ушла в дождливую ночь. И теперь, основательно заблудившись в крохотной роще, она держит в руках драгоценный ключ, направляя его в шахту замочной скважины, запирающую дверь, ведущую в глубочайшую кроличью нору или к нарисованному на стене очагу, кому как удобнее.

Вика еще раз прислушалась к голосам. Они были совсем рядом. Ей даже удалось на мгновенье разглядеть силуэты, среди раскачивающихся на ветру ветвей. Они шли прямо на нее, освещенные то появляющимся, то пропадающим за деревьями тусклым светом, электрическим сиянием, лившегося перед ними.

Сомнений больше не было — это Тоня и Рино. Они о чем-то спорили на ходу. Скорее, даже ругались. Худшая встреча. Вика попятилась, ей нужно уходить. Она развернулась и, стараясь не покидать глубоких теней, осторожно пошла прочь от приближающихся подруг.

Громкий хруст сломанной ветки ударил, как винтовочный выстрел. Он перекрыл все звуки, щелкнув по барабанным перепонкам. Вика остановилась, поражённая произошедшим. Под ее ногой лежала сломанная коряга. Длинная и причудливо изогнутая, она разделяла небольшую поляну между старыми буками на две части. Топорщась длинными обломанными ветками, покрытых остатками прелой листвы, напоминая ископаемый скелет какой-то древней рыбы. Коряги не должно было быть здесь. Только что перед ней простиралась ровная, покрытая толстым ковром опавшей листвы земля. А теперь, все изменилось, будто кто-то стер прежнюю картину и нарисовал поверх нее новое полотно, незаметно исказив пейзаж, добавив туда не существующих прежде объектов и персонажей. Нарушая все законы реального мира, прямо перед ней, в нескольких метрах впереди, стояла знакомая фигура Рино — той, что должна быть у нее за спиной. Из-за невысокой и мощной фигуры спортсменки виднелась держащаяся за лицо Тоня. Досадно.

Вика сделала шаг на встречу. Скрываться было бессмысленно и глупо. Она тяжело вздохнула, и затянулась, наполняя легкие ароматным паром, готовясь к неизбежной и неприятной беседе. Вика протянула в приветствии руку, освещенную бликующим на очках багровым светом лампочки вейпа, и сделала шаг вперед на встречу к подругам.

Фонари погасли одновременно. Погружающаяся во тьму поляна разорвалась истошным, полным первобытного ужаса женским криком. Вика бросилась на помощь Рино, стараясь не запутаться в многочисленной одежде, сковывающей ее движения. Она успела сделать несколько шагов, зацепилась за черные цепкие ветки проклятой коряги и почувствовала, как падает вперед.

Упасть она не успела. Мир вспыхнул ярким пятном обжигающей боли. Ужалили осколки разлетевшихся очков. Удар отбросил ее голову назад. Во рту разлился привкус крови. Деревья подхваченные хороводом закружились вокруг нее. Ноги стали ватными и непослушными. Танцующие сверкающие мухи заволокли стремительно вращающийся мир. Колени подкосились и она упала на мокрую листву, обливаясь кровью из разбитого тяжелым фонарем лица. Ее сознание померкло и унеслось в черноту, где не было ни холода, ни сырости, ни звуков убегающих от нее подруг. Вика провалилась в небытие.