Мы всегда будем вместе

В серебре, сменившей черноту смерти, парила огромная золотые сфера, еле сдерживающая бушующий шторм янтарного пламени. Казалось, она занимает все пространство, не оставляя место ни для серебра, ни для теней, что еще недавно сопровождали путницу по сонной дороге к тому месту, где, как ей казалось, она окончит свой путь. Короткий и печальный.

Она боялась почти потухших багровых глаз, похожих на стынущие угли, что остаются на рассвете в пепелище походного костра. Путница вздрагивала, замирая внутри, когда различала странные громоздкие силуэты, бесцельно бредущие рядом с ней, желая остановиться, замереть, но, бессильно повинуясь почти неслышному зову, продолжала идти по тропе.

Серо-серебряная хмарь, то скрывала их кутая в туман, то вновь открывала покрытые темной, мокрой шерстью тела. Они были совсем рядом, такие реальные, и такие эфемерные. Холодные капли висели на увитых туманом черных, изломанных ветвях деревьев, плавно покачивающихся, будто водоросли, колеблющиеся под струями подводного течения. Острая боль, изламывающая тело, отступила, сменившись тупой, почти не ощутимой. Она с трудом дышала этим странным, густым, как клейстер, воздухом, забивающим легкие, обволакивающим рот тонкой липкой пленкой. Холод сковал ее тело, вытягивая остатки тепла, а она продолжала медленно идти по дороге, через плотный туман.

Путница не заметила, когда Он впервые появился за ее спиной. Лишь ощутила, как страх отступил, сменившись спокойствием и безразличием. Он тихо шел позади, лишь иногда приближаясь, когда кто-то из теней подходил к ней совсем близко, прогоняя прочь призраков сонной тропы. Порой, она слышала Его тихое бормотание, напоминающее шепот листвы ночного леса. Ощущала Его присутствие на границе сознания, неотступное и надежное.

Они шли вдвоем по тропе, что петляла между деревьев, похожих на скелеты древних существ, уходя все глубже в туман. Вливаясь в странный размерный ритм этого сонного мира. Постепенно тени отдалились от нее, похоже, они боялись ее спутника, за что она ощутила легкий призрак чувства благодарности, тут же растворившимся полусонном забытье. Ее дыхание постепенно выровнялось, а холод, сотрясающий дрожью тело, отступил. Путница больше не задыхалась, ее шаги становились все более уверенными и быстрыми.

Тени стали менее плотными, еще более медлительными и призрачными. Путница, ощущала, как проходит их насквозь, словно они были отражением на стоялой осенней воде. Идущий сзади спутник, тоже, прибавил шаг, Его шепот стих, а присутствие стало все менее различимым. Ей показалось, что Он дает ей свободу двигаться дальше, но остается достаточно близко, чтобы прийти на помощь. Она вновь почувствовала что-то напоминающее благодарность, и устремилась по дороге почти бегом, туда, где сквозь толщу тумана проглядывало золотое сияние.

Тропинка незаметно исчезла, растаяв в серебре, а золотой луч, пробившийся сквозь него, лег ей под ноги, указывая путь на свет. Она бежала все быстрее, не чувствуя усталости. Ее переполнял восторг и радость от золотого света разгорающегося перед ней. Его тепло согревало путницу изнутри, выжигая ужас и страдания этой ужасной ночи. Она неслась на свет, а туман расступался перед ней все быстрее и быстрее.

Словно восходящее солнце Сияние заполнило серебро. Из тумана, всплыла огромная, будто мифический левиафан, сфера. Клочки тумана цеплялись за нее, словно пытаясь остановить, удержать ее, но она легко стряхнула их с себя и поднялась перед остановившейся путницей.

Золото затопило все вокруг. Яркий свет обрушился на нее, обдавая жаром и ревом еле сдерживаемого сферами пламени, беснующегося под их прозрачным и волнистым покровом. Янтарное, оно бушевало под ним, словно живое, бросалось на стенки сфер, сотрясая их золотое дымчатое стекло. Огромная, она подавляя все вокруг своей грандиозностью и мощью. По поверхности сферы проносились неудержимые бури янтарного пламени, протекающие сквозь ее золотое стекло. Они облизывали изгибы, затухая, лишенные подпитки, обдавая на прощанье путницу жаром.

Из ее глубины, разрывая пламя поднимались сверкающие зеркальным палладием ленты, сотканные из извилистых цепочек символов, чей смысл казался ей странно знакомым, почти забытым. Они с шумом опускались в бушующее море огня, исчезая в нем, поднимая брызги, стекающие горящими дорожками по внутренним стенкам сферы. Символы сплетались и расплетались, то становясь совершенно черными, извилистыми, изломанными и причиняющими боль; то превращаясь в приятные глазу орнаменты стройных и нежных линий, дарящих покой в блеске благородного палладия.

Путница парила перед сферой космических масштабов, ощущая себя песчинкой, затянутой на орбиту огромной звезды. Снова проснулся ужас. Ощущение беспомощности и беззащитности перед кипящим океаном янтаря. Перед могучими символами, хранящих в себе исполинскую мощь. Она попробовала сбежать, рвануться прочь, укрыться в относительной безопасности серебра, там где полуреальные тени прячутся от света этого ужасного светила. Но сила Домена сковала ее, медленно подтягивая к своей кипящей короне из янтарного пламени. Путница попыталась закричать, но обнаружила, что у нее нет рта. Она хотела выставить руки, но их она лишилась, когда языки пламени лизнули ее похожую на тень плоть. Она попыталась… но все было тщетно. Путница была лишь тенью, мотыльком танцующим танец смерти в паутине, сплетенной возле ночного фонаря.

Отчаянье затопило ее, она ощутила, как в не существующей груди загорается тяжелое пламя, обжигающее и давящее изнутри. Сфера пришла в движение. Ленты, поднимая гейзеры пламени, взмывали над поверхностью огня, зависая на мгновенье, чтобы снова пасть в ореоле брызг и протуберанцев. Ядро придвинулось к ней, давя тяжестью своего присутствия.

- Не бойся. Я рядом. Я помогу, - она почувствовала, как ее спутник приблизился к ней со спины. Он оказался совсем рядом, ей казалось, что она ощущает Его дыхание. Знакомое и родное. Она почувствовала, как Его руки легли на ее дрожащие плечи. Как мощная, твердая, как скала, фигура нависла над ней, поддерживая и защищая. Надежный и верный. Тот кто всегда защитит.

- П-пашенька? Ты… ты пришел?!

- Я рядом. А… Аня. Мы всегда будем вместе. Ты можешь пустить меня в себя? Я помогу.

- В-впустить?

- Впусти меня. Мне нужно быть в тебе. Я помогу. Мы всегда будем вместе. Аня.

- Да! Пожалуйста, будь всегда рядом. Мне так страшно было без тебя.

- Мы всегда будем вместе. Аня. Ты и я. Навсегда.

И ее наполнила спокойная странная сила, втекающая в ее душу. Сливающаяся с ней. Даруя долгожданный покой. Поток видений проносился перед ее мысленным взором. Странные места, где легкий бриз звенит стеклянными иглами, принося прохладу. Где среди мрамора белеют кости и ржавеет сломанное оружие. Она видела, искаженное ужасом лицо старика, нагло оборвавшего ее лозу, ощущая его почти лишенную сладкой маны кровь. Но все равно такую вкусную и освежающую, как первый глоток воды в жаркое лето. Боль от единственного слова страшного мужчины, сжимающего старый нож. Радость близкой победы. И ужас смерти, что была так рядом. Залитое кровью, искаженное болью лицо. И сладкая кровь. Полная кипучей силы. Она попыталась всмотреться в него, но образ таял перед ней, сменяясь новыми виденьями. Голос тихо шептал ей, что они будут вместе всегда. Что она никогда не будет одна, ее никогда не бросят, не оставят одну. Теперь, они едины. Вместе навсегда. Она ощутила радость родителя, увидевшего кокон, пульсирующий от зараждающейся в нем жизни. Испытала ужас и ярость схватки. Торжество победы и горький опыт ошибок. Почувствовала силу и решительность, которым с ней делился спутник. Больше она была не одна. Ей больше не было страшно. Путница открыла несуществующие глаза и посмотрела на парящую перед ней сферу Домена Жизни. Она расслабилась, давая ей выжечь в своей груди Образ Внутреннего Домена, принимая ужасную боль и страдание перековки души. Добровольно соглашаясь пройти через перерождение, чтобы умереть и восстать из пепла новым существом. Пройти вместе этот путь от первого касание янтарного огня, до того последнего момента когда ее губы. Нет их губы. Когда губы Ани. Когда его губы. Когда их губы вместе произнесут давно рвавшиеся из груди, но не могущие сформироваться слова. Одинаково чуждые и для Ани, и для Чернолоза:

Et quod est superius est sicut id quod est inferius, ad perpetranda miracula rei unius

(И то, что вверху подобно тому, что внизу, чтобы осуществить чудеса единого)