Глава 15.0
Персонал не издавал ни звука.
Ни голосов, ни шагов, ни дыхания, даже шороха одежды.
Это была почти неестественная тишина. Режиссер Ли Сон Хэ никогда не видела, чтобы они открывали рты.
— Они ведут себя так, будто у них просто нет такой функции, — пробормотала она.
— …
— Будет безумием попросить их заговорить хотя бы раз?
— …Да.
Внутренне они пришли к одному и тому же выводу.
— …
— …
Их языков,
возможно, даже не существовало.
— …Среди персонала этого отеля единственный, кто свободно говорит и двигается, — это генеральный менеджер.
Сотрудников было бесчисленное множество, но единственным, кто мог произносить слова вслух, был тот мужчина. Он также был единственным, кто внешне проявлял эмоции.
Однако даже это происходило в строгих рамках. Генеральный менеджер не допускал лишней болтовни при общении с гостями. Это было продуманное молчание.
— Это… необычно.
Очень необычно.
Хон Гён Ён согласился.
— Пока этот человек не отдаст приказ, персонал даже не шевелится.
— Разве это не странно? Они ведь могли бы просто говорить, но персонал реагирует только на звон колокольчика. Как собаки Павлова — зачем нужен колокольчик? Это часть этикета обслуживания?
— …
— Или, может, какая-то тренировка по промывке мозгов… хм. Точно.
— …
— Расслабьтесь, — сказала режиссер, заметив, как писатель нервно осматривается по сторонам.
— Камер ведь не должно быть? Или подслушивающих устройств?
— …Вы можете быть в этом уверены?
— Я не знаю точного предназначения этого отеля, но в конечном счёте он для элиты страны. Доступ сюда строго ограничен.
— То есть вы думаете, что здесь безопасно, потому что им пользуются высокопоставленные люди?
— Иначе бы он не существовал. Хотя, честно говоря, я не могу быть полностью уверена…
Ключом было предназначение отеля. Чтобы построить гипотезу, им нужны были зацепки, но их не было.
— Может, мне попробовать написать роман?
— …Что?
— Это место — игровая площадка для сумасшедших.
— Вы осторожничаете, не называя их убийцами или преступниками.
— Именно. Люди здесь запросто разрывают чужие тела на куски.
— И?
— А этот отель управляет этими людьми, обращаясь с ними как с гостями.
Почему это звучало так убедительно? Хон Гён Ён нахмурился.
— Тогда почему они нас не остановили?
— Может, гостям нравится видеть новую жертву?
— Но нам ведь не причинили вреда.
— Мы ни с кем так и не столкнулись напрямую.
— Значит, по крайней мере, они не охотятся на посторонних.
— Но встреча с ними может быть опасной, как то, что случилось с генеральным менеджером.
— Так вот почему вы назвали их сумасшедшими.
— Да… в общем, я пытаюсь сказать, что…
— …Я улавливаю суть.
Писатель вздохнул, прикрыв рот рукой.
— То есть это может быть психиатрическая лечебница для элиты.
Режиссер почесала затылок.
— Функционирует ли она как больница, я не уверена.
— Но сейчас это явно притон для опасных безумцев.
— Это всего лишь идея для романа, — сказала она.
— Иногда реальность превосходит вымысел, — добавил он.
Когда Ли Сон Хэ была режиссёром-документалистом и он ездил с ней по заданиям, он усвоил одно: мир хаотичен и абсурден.
Во множестве проявлений.
— Тогда что насчёт персонала?
— Я не знаю всех деталей, но знаю, что они оптимизированы для этого отеля.
— Натренированы, чтобы соответствовать нуждам отеля? Даже владелец?
— Помните, что он сказал в первый день?
— Что его просто попросили управлять этим местом.
— Да, хорошая память.
— Попросили…
Была ли это действительно просьба?
— …
А не приказ или угроза, замаскированные под просьбу?
— …
Почему даже владелец так привык к боли?
— …
Он действительно… взрослый?
— …Так что вы будете делать теперь?
— Думаю, у нас есть тема для следующего проекта. Нужно провести небольшое исследование.
— Давайте сделаем это вместе. Звучит забавно.
— Не то чтобы мы собираемся снимать фильм об этом месте. Это предлог. Мы не в силах спасти чью-то жизнь, но можем пролить свет на несправедливость, от которой он пострадал.
Иногда удача приносила неожиданные открытия.
Просто пройти мимо казалось… неправильным.
— …Мне искренне любопытно, что это за место.
Режиссер отложила телефон.
— Они скоро лягут спать.
— О, вы с ними связались? Что они сказали?
— Если захочется умереть, открой окно и прыгай.
— Ага, как будто это сработает с двадцать первого этажа.
— В любом случае, всё, что мы написали до сих пор, — вымысел. Я хочу получить хоть какую-то реальную информацию. Начнём с наблюдения за гостями.
— Звучит рискованно. Помните, что генеральный менеджер говорил про седьмой этаж?
— Всё остальное должно быть в порядке, верно? Мы иногда видели других гостей в холле. Он не говорил избегать их. Не все гости здесь обязательно опасны.
— Фраза «может быть, не все» пугает, — сказал писатель.
— Если будет сложно, нам понадобится больше разговоров с генеральным менеджером.
— Теперь вы признаёте, что перчатки были в крови? Как бы то ни было, он здесь единственный, кто с нами больше всего разговаривает.
— Это правда, но…
Персонал беспрекословно выполнял команды генерального менеджера, почти не общаясь с другими. Лишь немногие гости, казалось, были способны на какое-либо социальное взаимодействие.
Удивительно, но по сравнению с ними генеральный менеджер был разговорчив.
«Хотя это не значит, что он особенно болтлив».
Он никогда не обсуждал личные дела.
— …У нас ещё есть немного времени.
— Верно, мы здесь всего на неделю.
— Так что пока…
Некоторые вопросы просто нельзя было игнорировать.
На следующее утро в вестибюле они встретили знакомое лицо.
— А.
Естественно, это был генеральный менеджер.
— Доброе утро, — поздоровались они.
— Доброе утро. Вы сегодня снова рано, — вежливо ответил он.
— Хотя позже, чем вчера?
— Кажется, вы более расслаблены, чем вчера. Полноценный отдых необходим для хорошего самочувствия гостя.
— Не знаю, стоит ли мне это говорить… — замялась режиссёр.
— А вы, кажется, не выспались.
Он улыбался как обычно, но улыбка была механической. Усталость коснулась лишь уголков его губ, а бледное лицо придавало ему невозмутимый вид.
«Уставший, но в идеальном порядке».
Патологический перфекционизм и безэмоциональный самоконтроль. Почти нечеловеческий.
Он ответил без промедления.
— Моя вина. Если я произвёл на гостя неприятное впечатление, прошу прощения.
— Вина? Вы слишком накручиваете. Посмотрите на это красивое лицо…
— Вы мне льстите.
Он поправил очки.
— Спасибо за беспокойство. Ваша забота подтверждает, что вы действительно добрые люди.
Он ненадолго замолчал, глядя на главный вход.
— …Вот…
И тут что-то изменилось.
Теплота его улыбки на мгновение застыла. Уголки губ изогнулись как прежде, но мышцы челюсти и шеи едва заметно напряглись — Ли Сон Хэ это заметила.
Это было не добровольное, а скорее вынужденное молчание.
— …
— …
Кто?
Как? Почему?
— Вы и сегодня собираетесь осматривать окрестности? — после тяжёлой тишины заговорил генеральный менеджер на совершенно другую тему.
— На горе, где расположен наш отель, погода бывает суровой, так что я беспокоюсь. Особенно в такие дождливые дни, как сегодня, пожалуйста, будьте осторожны. Местность здесь довольно пересечённая, не так ли?
Вежливо, но неуместно. Фраза, оборвавшаяся мгновение назад, странно повисла в воздухе.
— …Эм, — неловко пожала плечами режиссёр Ли.
— Спасибо за заботу.
— Разумеется. Мой долг — обеспечивать безопасность гостей.
— Тогда могу я обратиться с просьбой?
— Пожалуйста, говорите.
— Не могли бы мы поговорить после нашего возвращения?
— Да.
— Я только что поняла, что даже не знаю вашего имени.
Зрачки генерального менеджера едва заметно дрогнули.
— …
Ответ последовал без промедления.
— Ли Ёну.
— …Ёну?
— …Да.
Всего одно слово, но в его голосе слышались лёгкая усталость и сомнение. Словно он извлёк из глубин давно похороненное воспоминание, которое едва всплыло на поверхность.
«Почему?»
Странная реакция длилась лишь мгновение.
— Ох.
— …? Что такое?
— Простите, что прерываю.
— Что-то случилось?
— Мне нужно ненадолго отлучиться по довольно срочному вызову…
— Вызову?
Кто-то его позвал. Режиссёр слабо улыбнулась.
— Нет, это мы вас слишком долго задержали. Просим прощения.
— Спасибо за понимание.
— Пустяки.
— Вежливость требует благодарности.
— Вот как? Что ж, хорошо.
— Да, мы ещё увидимся позже.
— Я рассчитываю вернуться до семи.
— Понятно…
Ли Ёну слегка поклонился.
— Пожалуйста, проведите время с комфортом и пользой.
Он направился прямо к лифту.
Бесшумный, почти невесомый. Его точная, механическая походка делала его нереальным, словно он не был живым существом.
Проще говоря, его присутствие было приглушённым.
«Чтобы так подавлять своё присутствие… что для этого нужно делать?»
Взгляд Ли Сон Хэ задержался на индикаторе этажей лифта, в котором он исчез. Мигающая цифра остановилась на…
— …Седьмом этаже.
Ощущение было… тревожным.