Глава 49.0

Контракты с гостями-монстрами влекли за собой огромные штрафы, но в то же время давали и столь же значительные преимущества. Учитывая смысл слова «контракт», это было вполне логично.

При найме гостя в качестве сотрудника отеля устанавливались взаимообязывающие отношения.

«В определённых сферах я могу пользоваться их защитой».

И всё же называть это «помощью» было как-то не совсем правильно.

«Когда я заключил контракт с Мокрым, я утонул, так что система, в некотором роде, считает игрового персонажа водяным. Большинство неудобств, с которыми я сталкивался, были вызваны тем, что я жил над водой».

«Немного несправедливо, ведь я родился млекопитающим и всю жизнь прожил на суше…»

Рыбу, которая могла говорить и дышать только под водой, заставили жить на земле. Неизбежно, что дышать ей было тяжело, а тело страдало.

Но преимущество было очевидным: пока он оставался под водой, он был относительно свободен от угроз, как внутренних, так и внешних.

«А то, что сотрудник следует за мной для защиты, — это просто бонус».

Плывя по течению, Ли Ёну взглянул в сторону. Водяной, встретившись с ним взглядом, лучезарно улыбнулся.

— Привет?

— Да, привет.

— Приветик!

— И долго нам так продолжать?

— Ха-ха-ха!

— Ты, должно быть, сумасшедший.

Некоторые гости кардинально менялись в характере после заключения контракта. Обычно это были те, кто ценил вес отношений. Мокрый был ярким тому примером.

«Возможно, это потому, что он понял, что я не просто сладкоречивый лицемер… или мне так казалось».

Когда игрок выбирал доброжелательный вариант и помогал Мокрому, тот насмехался над ним, называя лицемером, но в этой насмешке черпал тепло и утешение.

Тем не менее, игрок продолжал ходить по земле, на свету, свободный от обстоятельств Мокрого. Это было своего рода непринуждённое лицемерие, которое позволяли себе те, кто находился в ином положении.

«После контракта, если игрок продолжает вести себя как прежде, Мокрый начинает называть его другом и обращается с ним по-свойски».

К слову, Мокрый не сохранял свой облик, в котором заключил контракт. Будучи коллективным разумом бесчисленных водяных, нынешняя гибкая, текучая Мокрая Особа приняла женскую форму.

— Куда мы направляемся? Вниз? Ещё глубже?

— Я не собираюсь спускаться.

— Я пойду с тобой.

— Я попрошу об этом официально позже.

— Правда?

— А пока мы направляемся в архив.

— Это?

Хрясь—!!

Чудовищные руки, торчащие из стен канала, были раздавлены одним взмахом массивного хвоста.

— Ох.

— Это тоже друг?

— Боже упаси, нет.

— Правда?

Мокрая Особа приятно что-то напевала. Если подумать, это была та же мелодия, что и на этапе погони в Аквапарке. Даже игрок с двадцатишестилетним стажем почувствовал лёгкое удивление.

«Похоже, ей приятно, что его не считают «другом».

Они были печально известны своей разборчивостью в определении, кто из контрагентов друг, а кто нет. Если бы у отеля были контракты с другими гостями, связанными с водой, из-за их собственничества подводные происшествия случались бы почти каждый день.

– …

И всё же что-то казалось странным.

«Главный монстр в этом событии не связан с водой».

Тогда что это была за атака только что?

«Это была рефлекторная защита от чужого присутствия в их водной стихии?»

В оригинальном сценарии события выполнение определённых условий не приводило к тому, чтобы гость по контракту появлялся напрямую. Игра не была настолько детализирована.

Но преимущества и штрафы были чётко взаимосвязаны. Особенно когда у тебя контракт с Мокрым и ты погружён в воду — её фигура была видна до самого всплытия. Словно ворона, уставившаяся на труп.

«В игре…»

Вспоминая о штрафах, наложенных до прибытия сюда, было разумно предположить, что и под водой проявятся свои преимущества. Появление Мокрого было вполне ожидаемым.

«Но это… совсем другое дело».

Хрясь!

Треск, треск, треск!

Мокрый взмахнул своим массивным хвостом, сокрушая гротескно длинные руки и пучки волос. Монстры, появлявшиеся из отверстий труб, очевидно, были главными преследователями в этом событии-погоне.

— Эта тварь.

— Да.

— Эта тварь!

Он посмотрел на Ли Ёну, словно не в силах вынести абсурдность происходящего в одиночку, и, указывая пальцем, спросил:

— Что это такое?

— Сталкер.

— Нам это очень, очень не нравится.

— Какое совпадение, я чувствую то же самое.

— Кажется, оно постоянно нас преследует, притворяясь хозяином этого водоёма.

— Настойчивость — это и есть суть сталкера. Ты совершенно прав.

— Крайне неприятно. Такого быть не должно. Ты меня понимаешь?

— Понимаю.

— Да, именно. Ты на моей стороне. Ты мой друг.

— Разумеется…

Сложный, трудноопределимый по полу голос. Помимо сбивающей с толку речи, до мозга доносилась гулкая вибрация. Похоже на песнь кита, но куда более угрожающе.

«Таких звуковых эффектов в игре не было».

Эта явная защита своего подрядчика тоже казалась чем-то новым. Это было похоже не столько на защиту, сколько на собственничество или, возможно, на гнев высшего существа по отношению к низшим монстрам, которые лезут наверх.

«Я думал, мы просто обменяемся приветствиями и разойдёмся, но оно на самом деле отвечает. Такое взаимодействие было невозможно в игре. Даже если бы игра была пиксельной, такой уровень отклика было бы трудно реализовать…»

Возможно, дело было не только в том, что игра стала реальностью; здесь было что-то ещё.

— …

Ли Ёну раздвинул потоки воды и произнёс:

— …Друг.

— Да, друг. Мой друг.

— Ты… помнишь меня?

— …

В ответ рот Мокрого гротескно растянулся. Глаза, изогнувшись полумесяцем, засияли от радости.

— Я помню тебя!

Минуточку.

— Мой друг, моё нежное тепло, наша сладкая кровь!

— …

— Ты и представить себе не можешь, как долго мы ждали, когда ты войдёшь в воду. Бедный друг, как ты можешь терпеть такую боль на поверхности? Мы ждали. Мы — твои друзья!

— …

— Ты злишься, что мы поздно вспомнили? Злишься, что каждый раз опаздываем? Обещаю, этого больше не повторится. Никогда. Мы, мы, все мы помним тебя.

— …Ох.

Чёрт.

«К такому я не готовился».

Он и так знал, что Мокрый принадлежит к группе мета-осведомлённых клиентов. Поэтому он и удивлялся, почему тот, узнав его, не проявил никакой особой реакции и не наложил штраф.

Но теперь, когда игра стала реальностью, в дело, похоже, вмешались эмоции, выходящие за рамки данных.

— Я помню тебя.

— Да, всё верно.

— Ты ведь помнишь нас, да?

— Конечно.

При каждом новом прохождении этот гость затаскивал его в ванну. Утопленник, устраивающий пытки водой, оставлял сильное впечатление.

— Почему ты до сих пор почти не показывался?

— А нужно было? Ты и так был мокрым в воде, зачем мне было показываться?

— …

Это прозвучало весьма многозначительно.

— …Могу я считать, что ты всегда был со мной?

— Мы всегда были вместе! Правда, друг?

— Хотелось бы уточнить, где именно мы были вместе.

— Смерть всегда рядом с твоим дыханием.

— Чёрт побери.

Даже такие метафорические слова были понятны. Они означали, что призрак всё это время цеплялся за его лёгкие.

«Неудивительно, что Пэк Муджин так странно на меня смотрел».

Теперь его странный взгляд в аквапарке обрёл смысл. Он считывал информацию об управлении отелем Ли Ёну прямо с гостя, прицепившегося к его телу.

Каким же абсурдным он, должно быть, казался.

— А как же моя личная жизнь, друг?

— Вода всегда едина.

— Но я обосновался над водой.

— Разве это не очень больно?

— Твой друг просит минимальной защиты частной жизни.

— Ты тоже вода…

— И всё же отдельная сущность.

— Пойдём вниз, ещё глубже.

— Я занят.

Как водяной призрак, их истерики могли соперничать с капризами ребёнка, распластавшегося на полу супермаркета. Игра и раньше показывала их детские наклонности, но реальность лишь усилила их.

«По крайней-мере, ребёнок на полу не попытается утащить тебя в воду».

Но как опытный смотритель, Ли Ёну знал, что границы необходимо установить.

— Друг, пожалуйста, оставайся в аквапарке, когда там нет людей. Я буду часто приходить плавать. Если мой хвост начнёт высыхать, я немедленно, без промедления, найду тебя.

— Не давай ему высохнуть.

— Ты примешь моё приглашение?

— …А, да. Приму.

Глаза Мокрого Человека расширились в улыбке. Кажется, слово «приглашение» ему понравилось.

— Твой отель всегда радушно нас принимал.

— Где ещё вы бывали?

Эта часть стала по-настоящему интересной.

Теперь Ли Ёну знал, что гости не были простыми копиями игровых данных. Мокрый Человек не был исключением. Ему стало любопытно, как далеко они могли простираться за пределы этого места.

Но их ответ был прост, почти ожидаем.

— Мы были просто в воде.

— Только там?

— В холодном, глубоком, тёмном доме.

— Никто вас не привечал?

— Никто на нас не смотрел. Никто нас не обнимал.

— Никто?

— Иногда нас видели моряки, но они в страхе бежали на сушу.

Голос Мокрого Человека под водой был многослойным. Перекрывающиеся голоса множества утопленников создавали впечатление, будто хор шепчет в унисон.

— …Понимаю.

После короткого молчания Ли Ёну добавил:

— Вам, должно быть, было одиноко.

— А тебе? Тебе не одиноко?

— Не особо.

Люди — существа социальные. Ли Ёну тоже нуждался в общении.

— Но сейчас на кону нечто более важное, поэтому я не вмешиваюсь.

— Это место?

— Да.

Хоть всё и было запутано, он верил, что жизнь заключается в том, чтобы распутывать даже такое, и терпеливо ждал.

— …Ах.

Плывя по течению, Ли Ёну схватился за рычаг на стене. Используя его отдачу, он изо всех сил потянул его на себя.

— Вот так.

Бум—!!

Массивная железная дверь перекрыла канал, послав по воде тяжёлую вибрацию.

— …….

— Этот монстр больше сюда не пройдёт.

— Потому что заблокировано.

Монстр, неспособный пройти через опущенный изоляционный затвор, прекратил погоню. Он не мог использовать свою силу в загрязнённом канале, так что можно было не беспокоиться, что он проломится сквозь стены, как раньше.

«Надеюсь, непредвиденных переменных не возникнет».

Ли Ёну расчистил мусор, мешавший обзору, и вынырнул на поверхность.

Нет, он попытался вынырнуть.

— Ты куда?

— …….

По его спине пробежал холодок.

— На работу…

— Занят, значит.

Водяной призрак без лишних слов отпустил лодыжку Ли Ёну.

«Какое проклятие поразило мою лодыжку?»

Хотя связки и чувствительность давно были повреждены, он был благодарен, что его отпустили. Если бы они стали сопротивляться, его лодыжку могли бы и оторвать.

«Столько странного происходит. Мокрый Человек в игре, независимо от контракта, так хорошо не разговаривал…»

Ли Ёну попрощался с ними.

— Увидимся позже в аквапарке.

— Хорошо, давай ещё поиграем.

Это было гораздо более спокойное прощание, чем слепая злоба из игры. Из этого Ли Ёну сделал вывод.

«А, точно».

Спасибо воспоминаниям из прошлых файлов.

«Даже если не удерживать меня силой, они знают, что я останусь другом».

Другими словами, накопленные данные о доверии и привязанности.

В игре, сколько бы файлов ни накапливалось, персонажи следовали своему алгоритму. Реальность была иной. Накопление памяти меняло эмоции и отношения.

«Хорошо, что игровые воспоминания сохранились».

В чистой реальности убедить столь своевольного гостя признать его отдельной личностью, уважающей его личное пространство, было бы почти невозможно.

«Чтобы заслужить доверие, пришлось бы умирать в одном и том же обличье как минимум 26 лет».

Есть же пределы человеческому недоверию…

— …….

— …Да, до следующей встречи.

— Хорошо, друг!

Среди тёмно-красных волн раздались десятки накладывающихся друг на друга смешков, а затем Мокрый Человек исчез. Ли Ёну смог беспрепятственно вынырнуть на поверхность.

— Да. Да. Да.

Шлёп-шлёп!!

Коко стряхнул с себя воду и посмотрел на Ли Ёну.

–– …

–– …

— …Привет?..

— …Возможно…

Ли Ёну достал из инвентаря пакет с кровью, разорвал его и выпил содержимое.

— Наконец-то полегчало.

Он задумался, нормально ли это, но тут же вспомнил, как в офисе постоянно жевал палочки красного женьшеня. Неважно где, а работнику нужна хотя бы одна добавка.

— В любом случае, благодаря этому я на удивление гладко прошёл этап с погоней. Обычно пришлось бы плыть по течению, уворачиваясь от атак монстров, или отбиваться от них оружием…

— Да.

— Ну, что хорошо, то хорошо.

— Да.

Ли Ёну посмотрел на свою промокшую одежду. Ничего страшного — скоро высохнет. В отличие от его израненного тела, одежда оставалась под влиянием игровой системы.

«Через несколько шагов даже мокрых следов не останется».

Такова логика в низкобюджетных играх.

«И всё же для такой игры качество высокое».

— Хм.

— Почти готово.

Ли Ёну поднял Коко, и тот удобно устроился у него на плече.

— Пойдём в последнюю комнату.

Архив.

Ключ к 14-му этажу был там.

Комнату окружали бесчисленные глаза в отверстиях стен.

В каждой нише виднелись глянцевые экраны мониторов, на которых сохранились записи прошлого.

Кровь жертв, крики и безумные молитвы…

***

«…»

Всё это вместе и было Центральной Диспетчерской.

Ли Ёну подошёл к центру. На столе лежала необычайно гладкая металлическая кнопка. На ней было искусно выгравировано число «14». Его конечная цель.

Он схватил кнопку.

— Ну что ж…

Все экраны замерцали, а затем сфокусировались исключительно на Ли Ёну. Из коридора донеслись далёкие крики монстров.

— Немедленно уходим, Коко.

— Да!

Они увидели Ли Ёну.