Глава 13.0

Контрактный путь влечет за собой почти постоянное наказание. Путь наказания опасен и дорог. О пренебрежении не стоит даже и думать, если не хочешь погубить отель.

Следовательно, самый безопасный метод реагирования — это управление.

— Какая морока.

Тихо пробормотал он, глядя на мраморный пол, который наконец-то вернул свой первоначальный цвет.

— Руководство по управлению Мокрым предельно ясно. Усилить систему контроля влажности, отслеживать трубопровод для наблюдения за передвижениями и, прежде всего, физически блокировать любой контакт с гостями-людьми.

— Да.

— По крайней мере, никто не должен умереть — это совершенно рациональный подход… но мир так непредсказуем, что дела редко идут по моим планам.

Всегда есть исключение.

— Система контроля влажности сломана?

Скорее всего, это произошло из-за того, что погода превысила критические пороги.

— Если система выходит из строя, частота передвижений Мокрого резко возрастает. В частности, взлетает до небес вероятность того, что он начнет выслеживать гостей в ответ на тепло, излучаемое людьми.

— Да, возрастает.

Даже для него, как для генерального менеджера и как для человека, это было далеко не приятно.

— Гости тоже спустились раньше, чем ожидалось.

Согласно инструкции, он должен был сначала починить систему влажности, но времени попросту не хватило. Мокрый уже занял проход в вестибюле.

Тем временем, ничего не подозревающие гости сами шли навстречу опасности.

— Это полный хаос.

Оставался лишь один вариант. Так называемое отвлечение.

— Грубо, но самая надежная временная мера.

Пользователь становится приманкой, отвлекая внимание гостя-монстра.

Способ увести Мокрого на удивление прост — достаточно перекрыть ему путь и дать соответствующее указание по движению. Условие успеха: влажность должна быть выше 65 процентов.

— Текущая влажность 65,3 процента… едва-едва.

Если отвлечение удается, выслеживание гостей-людей принудительно откладывается, а скорость эрозии снижается. То, что Мокрый без происшествий поднялся на седьмой этаж, было возможно благодаря соблюдению этих условий.

— Если бы я хоть немного промедлил, на мраморном полу остались бы еще более уродливые пятна. Справиться с Мокрым, который уже столкнулся с гостями-людьми, сложно даже для меня.

— Да, сложно.

Конечно, даже этот успех имел свою цену.

— Увеличение частоты кошмаров, переохлаждение, а также реальные травмы и обильное кровотечение, вызванные отвлечением… классический метод «отдай плоть, чтобы забрать кость».

— Да.

— Хорошо, что память не пострадала.

— Да.

Коко гротескно содрогнулся при виде ран Ли Ёну, словно живой жидкий монстр. Казалось, он по-своему выражал некую негативную эмоцию.

— Состояние серьезное?

— Да.

— Я так и думал. Чувствую какую-то пустоту в спине.

Это было неудивительно. Внешний образ Мокрого — «Убийца дождливого дня». Его истинная сущность была концепцией под названием «Утопленник», но в реальности он орудовал различными видами клинков.

В основном, кажется, кухонными ножами.

— Если бы не повезло, меня могли бы растерзать на куски, как только что. Приходится винить в этом свою удачу.

Атаки помимо клинков, такие как укусы, были чистой случайностью. Шанс примерно восемь процентов. Сегодня ему просто выпал этот маловероятный билет.

— К счастью, по вестибюлю не раскатились большие куски плоти. Благодаря этому я смог сохранить толику достоинства перед гостями. Стоит ли быть за это благодарным?

— Нет.

— Решительность, которая посрамила даже меня, пытавшегося обратить эту ситуацию в шутку.

— Нет?

— Ну, ситуация и вправду не для смеха. Спасибо за объективный и ясный ответ. Из-за сильного кровотечения даже пошутить толком не получается.

— Да.

— Нужно принять дополнительные меры… но я понятия не имею, какие. Как современный человек XXI века, я даже подумываю о самохирургии. Нехватка персонала — страшная вещь.

Честно говоря, это был бред. Без крови его мозг отказывался работать.

— …Сначала доберемся до безопасного места.

Ли Ёну вошел в лифт, предназначенный только для оператора. Пока гостей-людей не было, это была возможность привести в порядок свое ужасное состояние. Лучше было переместиться в жилое помещение.

Стоя перед зеркалом в полный рост в своей комнате, Ли Ёну изумленно пробормотал:

— Ну, как бы это сказать…

— Да?

— Как-то отвратительно.

— Да?

Его плоть была разорвана так сильно, что кости под мышцами полностью обнажились. Даже для Ли Ёну, дожившего до сорока лет, это было не самое обычное зрелище.

«Нет, такое вообще не должно быть легко увидеть».

Он не был врачом.

«…Это та сцена, которую современные хирурги либо приветствовали бы, либо сочли бы оскорблением. Поистине хлопотно».

Пока он отвлекся, Мокрый Человек напал на пользователя. Сначала — колющим движением, словно ножом, а затем, когда удар был заблокирован рукой, вцепился зубами, как зверь. Казалось, дождь смыл любые остатки этикета.

– Не ожидал, что магия крови окажется настолько полезной.

– Не ожидал?

– Да, я только недавно начал ее изучать, и она сильно отличается от той магии, что я знаю. Все, что я пока могу, — это двигать кровь…

Это были лишь основы. Конечно, даже это было чудом для мира медицины, но Ли Ёну не был врачом. Он был всего лишь офисным работником, едва справляющимся с собственным телом.

Тем не менее, сегодня он на собственном опыте ощутил пользу от управления кровью. Он контролировал свою кровь в реальном времени.

«Короче говоря, просто продлеваю жизнь еще немного, более тонко…»

Он не давал ране кровоточить и насильно заставлял биться сердце, которое пыталось остановиться.

– …

Что ж, это правда.

– …Когда читаешь это в предложении, я звучу как сумасшедший лунатик.

– Да?

– Именно.

Неожиданно помогли школьные знания по анатомии. Жизнь полна сюрпризов.

– Обычно я бы потерял сознание от боли и шока, но то, что я игровой персонаж, помогло. С другой стороны, если мне приходится полагаться на игровую систему, это показывает, насколько серьезно мое состояние.

– Да…

– Скоро мой мозг расколется на четыре части.

Если он прекратит использовать магию крови, то умрет.

– Для меня не имеет значения, умру я и возрожусь…

– Нет.

– Проблема в гостях-людях.

Должно быть, они почувствовали что-то странное во время предыдущей встречи в вестибюле. Ли Ёну надеялся, что они просто уйдут, но человеческое любопытство редко бывает рациональным.

Особенно его беспокоил вчерашний проницательный взгляд режиссера Ли Сон Хэ.

«Они вернутся сюда?»

Капля крови упала на пол, когда его концентрация ослабла.

«Мне удалось свести к минимуму запах крови. Кроме впечатления, что «что-то не так», они вряд ли поняли, что произошло… но все же».

Его спина оставалась широко открытой. Это было леденящее душу зрелище. Лицо побледнело от потери крови и выглядело еще суровее, чем обычно.

– Режиссер Ли Сон Хэ и писатель Хон Гён Ён известны своей острой интуицией и любовью к опасности. Их любопытство знаменито в индустрии.

– Да.

– К чему это «да»?

– Да…

Наблюдавший за ним кот говорил, как сломанное радио.

– Режиссер Ли Сон Хэ и писатель Хон Гён Ён. Любят опасность. Любопытство. Вернутся ли они сюда? Да. Да. Да.

Он примерно понял.

– …Коко, я и не знал, что ты сегодня можешь столько говорить.

– Привет?

– Да, я так горд, что скоро расплачусь.

– Да.

– …Кхм…

Он провел окровавленной рукой по волосам.

В зеркале он выглядел ужасно. Аккуратно причесанные ранее волосы теперь были пропитаны кровью, а воротник рубашки окрасился в темно-красный цвет. Отсутствие самоцензуры вызывало у него отвращение.

Поистине грязно, поистине неприятно.

«…Точно».

Ему это не нравилось.

«Эта работа… выматывает».

Скользкая, влажная и теплая.

– …Сначала успокоиться.

– Да.

– Сначала я должен это вылечить.

– Да. Лечить.

– В последнее время я часто это говорю, но если бы я знал, что так будет, я бы стал врачом. Хирургом или профессором анатомии…

– …

– Конечно, я не могу принимать гостей с дырой в себе. С чего начать?

Штраф, влияющий на психическое состояние, — увеличение частоты кошмаров — не проблема.

«Я видел подобные ситуации несколько раз. Штраф от Мокрого Человека ничем не отличается. Максимум, он вызовет сцену смерти во сне, не более того».

Это буквально игровая кат-сцена, не причиняющая никакого вреда.

«Скорее всего, с переохлаждением тоже все в порядке. Это просто условность. И даже с переохлаждением оператор не умрет. В отеле все равно холоднее не станет».

Это тело по своей сути — игровой персонаж. Нет никаких дополнительных реальных симптомов, таких как дрожь, нарушение суждений или скованность мышц. Только холод.

«Однако раны и вызванная ими обильная кровопотеря напрямую связаны с жизнью пользователя. В игре от обильной кровопотери можно умереть. А поскольку это настоящее тело, смерть возможна».

Если он умрет и возродится, гости-люди могут оказаться в опасности. Этого нужно не допустить. Он не может встретиться с гостями в таком состоянии.

«Так какие есть методы? В руководстве по магии крови упоминается регенерация, но я ее не изучал. Этой способности недостаточно для регенерации».

Дальше.

Был ли где-то в отеле предмет для регенерации? Нет. Высокоуровневые лечебные предметы заблокированы на этапе обучения. Чтобы оправиться от этой травмы, нужно, чтобы открылся магазин. Это тоже невозможно.

А если использовать кровать в номере для персонала?

«Она может снять хотя бы незначительные негативные эффекты. Но штрафы от гостей-монстров в обеих версиях не относятся к незначительным. Сон лишь восполняет потерянную кровь».

Но этого недостаточно. Один день может пройти, пока просто лежишь.

– …

Решение было принято.

– …Я обмотаю тело бинтами, чтобы уменьшить ощущение пустоты, и буду использовать магию крови, чтобы выиграть время и не дать телу умереть.

– Нет?

– Воскрешение на этапе обучения занимает не меньше трёх дней. Если за это время придут гости-люди, они серьёзно пострадают. Или умрут. Этого нельзя допустить.

– Нет. Нет.

Игровые персонажи редко исцеляются без каких-либо действий.

«В этой игре то же самое».

Пока он не восстановится, обильное кровотечение не прекратится. Вероятны постоянный урон, ограничения в действиях и паника.

Это будет во многом неудобно.

«Но неделю, пока здесь будет группа Ли Сон Хэ, можно продержаться».

Не стоит зацикливаться на том, чего у тебя нет. С тем, что есть, это возможно.

«Использовать кровать в номере для персонала, чтобы восполнять потерянную кровь, следить, чтобы не умереть, и имитировать утраченные органы с помощью крови…»

Да.

Так и поступлю.

«Какие бы ни были негативные эффекты, управляющий не умрёт в своей кровати».

Выход есть всегда.

«Если сразу после пробуждения сосредоточиться на кровотоке, смерти не случится. Гости могут заметить дискомфорт, но пока я жив, со всем можно справиться».

К счастью, боли нет.

– Если бы было больно, я бы не смог пойти на такой грубый выбор. Повезло.

– Нет?

– Странно. Обычно твой тон сухой, но сегодня он звучит так, будто ты в панике.

– Да.

– Запомни это, Коко.

Ли Ёну скосил глаза на кота на столе, и на его бледном лице появилась слабая улыбка.

– Если в этот отель придёт другой гость, я буду реагировать так же, последовательно.

Кто привёл сюда людей?

Постыдный и неприятный, Ли Ёну не мог ответить.

Но он мог хотя бы предупредить об этом.

– Вместо этого буду ранен, буду злиться, терпеть все негативные эффекты, а затем умру. Потом воскресну, чтобы снова защищать гостей. Таково моё решение.

– …

– Я не знаю, почему ты относишься ко мне по-особенному. То ли дело в 26 годах моей жизни, то ли в том, что я правообладатель этой игры, или меня похитили сюда по какой-то другой причине. Как бы то ни было, мой вывод не изменится.

– …

– Когда придёт гость, я позволю умирать столько, сколько потребуется, и получать столько ранений, сколько потребуется. Никто здесь не умрёт, и никто не будет относиться к людям как к игровым данным. Именно так я управляю этим отелем.

– …

– Однажды та форма, которой ты дорожишь, может сломаться безвозвратно. Я не бесконечен, как игровой персонаж, а всего лишь хрупкий человек.

– …

– Понятно?

Коко наклонил голову.

– Да.

Странный жест, дающий понять, что это не просто кот.

– Да. Нет. Человек.

– …

– Да. Нет? Да, да. Да. Да. Привет? Привет. Привет, да? Нет. Нет? Да. Понятно: неприятно неприятно. Всех. Защищу. Решил. Понятно? Понятно. Понятно. Понятно. Понятно. Понятно.

– …

– Понятно. Понятно. Понятно. Понятно. Понятно. Понятно. Понятно. Понятно. Понятно. Понятно. Понятно. Понятно. Понятно. Понятно. Понятно. Понятно. Понятно. Понятно. Понятно. Понятно. Понятно. Понятно. Понятно. Понятно. Понятно. Понятно. Понятно. Понятно. Понятно. Понятно. Понятно. Понятно. Понятно. Понятно. Понятно. Понятно. Понятно. Понятно. Понятно. Понятно. Понятно. Понятно. Понятно. Понятно. Понятно…

Затем он остановился.

– Понятно?

– …Котов и правда трудно понять.

Ли Ёну тоже наклонил голову.

– Ясно.

Кажется, он не собирался так просто отступать.

***

– О боже, вы всё ещё в холле?

Вернулась режиссер Ли Сон Хэ.

– Я принес… немного еды.

– Да, мы же молодцы, правда?

Вместе с писателем Хон Гён Ёном.

– Мне так жаль. У наших ребят были дела в другом месте, так что мы их отправили. Вы дали нам две комнаты, и мне было неловко игнорировать вашу доброту.

Ли Сон Хэ весело подняла пакет с продуктами, но под этой улыбкой слабо проглядывал её упрямый характер.

Ли Ёну тихо подумал.

«…Кроме Коко был ещё кое-кто, кто не собирался отступать».

«Нет, мой долг — обеспечить гостям комфортное пребывание».

Действительно, что-то может случиться, подумал он.