Дождь.

В тот день мы сидели за своим столом, болтали и лениво дожёвывали печенье из буфета, когда дверь кабинета с грохотом распахнулась. Влетел Санат — весь сияющий, с улыбкой до ушей, словно выиграл миллион.

– Эй! Слушайте сюда! Я не буду повторять! – с порога выпалил он так громко, что мы подпрыгнули на месте.

Мы переглянулись и замерли, уставившись на него, будто он собрался объявить о конце света.

– Через пару дней у меня день рождения! – он вскинул руки, будто делал сенсационное заявление. – И я приглашаю вас всех!

Он стоял такой довольный собой, будто уже вручал нам по айфону. Мы, правда, молчали. Не то чтобы новость была неожиданной – я знала Саната с детства, и знал о его дне рождения, хоть и не ходил на праздник... Были причины.

– Вы что, не рады?! – тут он даже слегка обиделся. – Я же приглашаю вас!

– Рады, рады, – протянула Луиза, скривившись. – Но не мог бы ты, пожалуйста, не орать на весь класс? Все на нас смотрят.

И правда — половина кабинета уже слушала его с интересом, как сериал.

– Так пусть не смотрят! – отмахнулся он и начал раздавать нам пригласительные открытки, красочные и блестящие. – Кроме вас будут ещё несколько моих одноклассников.

– Спасибо, – Даниэла взяла конверт, быстро пробежала глазами. – А остальных ты уже пригласил? Ну… Самата, например?

Я закатила глаза. Вот завела паренька, и теперь только он у неё в мыслях. Хоть бы раз поговорила не о нём. Зависть? Может, немного.

– Ещё нет, но собираюсь, – Санат подошёл ко мне и как ни в чём не бывало задел пальцами мою прядь волос. – Я надеюсь, ты придёшь.

Я тут же освободила волосы из его рук, выдавила улыбку и сделала шаг назад.

– Конечно. Мы же всё-таки друзья, – сказала я, стараясь, чтобы голос звучал легко.

– Вот и отлично! – он довольно кивнул и направился к двери. – Ладно, я пошёл в спортзал, пацанов заодно позову.

Дверь за ним закрылась, и мы дружно выдохнули.

– Что с тобой? – спросила Луиза, внимательно посмотрев на меня.

– Ничего, – я села рядом и уставилась в стол.

– Да брось, – Ай подалась ближе и прищурилась. – Вы с Санатом последнее время такие странные… Может, вы тайно встречаетесь? – она хитро улыбнулась и хихикнула.

– С твоей фантазией можно романы писать, – я фыркнула и легонько хлопнула её по голове.

Ай схватилась за голову и драматично протянула:

– Ох, писатель погиб…

–Он что, и вправду проявляет к тебе интерес?! – Даниэла округлила глаза, отложив пригласительный. –Ну тогда я пожелаю тебе удачи… его характер ещё тот квест.

–Нет уж, спасибо. – Я уселась обратно за парту, будто спасаясь от самой мысли. –Я пас.

Ай хмыкнула, и я почувствовала, как её взгляд буквально сверлит меня сбоку. Да, как ни крути, в последние дни Санат и я и правда ведём себя странно. Со мной всё ясно — я по уши влюблена в Мади. Но вот Санат… После того как они с Мади закопали топор войны, он будто решил отмыть свою репутацию перед всеми нами. Начал активно дружить, особенно со мной и Луизой. Сначала я думала: ну ладно, человек пытается вернуть старую атмосферу. Но постепенно его внимание стало уж слишком… настойчивым.

–Он и со мной иногда так себя ведёт. – вставила Луиза, лениво перелистывая страницы тетради. –Но я-то понимаю, что я ему нравлюсь только как друг.

–Вот видишь? – я ткнула пальцем в её сторону. –Он просто мирится со всеми, и всё.

–Ну-ну, – протянула Ай, и её хихиканье я уже слышала как минимум внутри головы.

–Ай, прекрати издеваться над Айкой. – Луиза закатила глаза, но взгляд у неё был серьёзный.

–Прости-прости, больше не буду, – заверила Ай, но при этом едва не захлебнулась от собственного смеха.

Я отвернулась к окну, будто там внезапно появился самый интересный пейзаж в мире. Но мысли продолжали крутиться. Может, Ай и правда не так уж далека от истины? Внимание Саната… слишком явное. Иногда он будто специально задевает меня, дразнит, шутит. И я, как полная дурочка, делаю вид, что не замечаю этого.

Ну серьёзно, Санат и интерес ко мне? Звучит как плохая шутка. Скажи кому-то — не поверят. А даже если вдруг да… У меня же уже есть любимый человек. Извини, Санат, но место занято!

Хотя… я сама не раз ловила его фразы, намёки, взгляды. Это уже больше похоже не на «дружбу», а на какой-то нелепый флирт. А я сижу и делаю вид, что вообще не понимаю, о чём речь.

Я так увлеклась своими мыслями, что подругам пришлось буквально вытаскивать меня обратно в реальность.

–Айка? Айка! Ау-у! – Луиза уже трясла меня за плечо.

–А?.. Что?.. – моргнула я растерянно и уставилась на неё, будто впервые вижу.

–Не спи на ходу, нам уже пора, – нахмурилась Луиза.

–Куда?! – спросила я совершенно потерянно, будто только что очнулась из космоса.

–В столовую, – спокойно пояснила Ай, глядя на меня так, будто я инопланетянка. – Ты что, не голодна?

–Извините, летала в облаках, – пробормотала я, виновато улыбнувшись.

–По тебе видно, – буркнула Луиза, но уголок её губ всё-таки дёрнулся в улыбке. – Пошли уже, пока без нас всё не съели.

Мы отправились в столовую и заняли привычные места. Теперь Даниэла больше не сидела отдельно, она стала частью нашей компании. Атмосфера была лёгкой: мы болтали, жевали и смеялись, пока вдруг Ай не выдала что-то странное.

–Эй, девчата… – начала она с такой неловкой паузой, что я сразу насторожилась. – А вы знаете, у Самата есть девушка?

Я чуть не подавилась соком.

–А с чего это ты вдруг? – подозрительно прищурилась Луиза.

–Да просто так… – Ай сделала вид, что её вопрос — самая обычная вещь на свете. – Ну мы же школу заканчиваем, пора уже думать об отношениях. Вот я и любопытствую: есть ли у Самата девушка?

О нет. Я прекрасно понимала, к чему она клонит. Но, подруга, пожалуйста, не надо! У него уже есть девушка… и она сидит прямо здесь, рядом с тобой. И уже начинает закипать! Я буквально чувствовала, как Даниэла источает ревность в воздухе, как чёрную молнию.

–Ммм… а ты что, хочешь встречаться с ним? – хитро прищурилась Луиза. – Тогда я тебе помогу.

Я чуть не застонала. Всё, конец. Сейчас Даниэла взорвётся, и мало никому не покажется.

«Прекратите оба! Вы же не чувствуете эту тёмную ауру?!» – мысленно вопила я, улыбаясь так натянуто, что у меня уже болели щёки.

–Эм… девчата, может, закроем тему? – выдавила я, делая отчаянную попытку намекнуть: хватит, пока не грянул гром.

–Почему? –Ай прищурилась и уставилась на меня. – Неужели ты сама положила на него глаз?

Я едва не поперхнулась собственной слюной. Ай, ты что, хочешь меня подставить?! Я уже чувствовала, как ледяные волны Даниэлыной «тёмной ауры» медленно ползут по моей спине.

–Что-то холодно стало, – пробормотала Луиза, потирая руки.

–Нет, конечно! Он меня не интересует! – я чуть ли не выкрикнула, чем только сильнее привлекла внимание.

–Ладно, подруга, не кричи. – Ай ухмыльнулась. – Если он тебя не интересует, тогда я попробую…

–Подруга, прекращай! – рявкнула я, чувствуя, как щеки горят.

–Почему? – невинно моргнула Ай. – Ты же сказала, что он тебе не нравится. Разве не так?

Я нервно ткнула пальцем в сторону Даниэлы, которая сидела чуть поодаль, с улыбкой, больше похожей на гримасу злодея из мультика.

–Нет, он мне не интересен, но если ты продолжишь… – я сглотнула. – То вот эта девушка может не выдержать.

–Что? – Ай явно не понимала, о чём речь.

–Вообще-то, у Самата есть девушка, – сдавленным голосом выдавила Даниэла. На её лице появилась кривая улыбка, от которой даже мне стало не по себе.

–Кто?! – Ай распахнула глаза.

Я готова была заорать, но не успела — Даниэла наклонилась вперёд и процедила:

–Ты смотришь прямо на неё.

Я мысленно прыгнула от восторга: Да!!! Да!!! Она наконец-то сказала это! Она читает мои мысли!!!

Несколько секунд повисла гробовая тишина. Ай застыла с открытым ртом, Луиза чуть не уронила вилку. А я сидела, изображая дзен, хотя внутри хотелось то смеяться, то бежать подальше от этого стола.

–К-когда?! Как?! Как долго?! – Ай округлила глаза так, будто только что услышала, что солнце на самом деле квадратное. Голос дрожал от неожиданности.

–Ну… поздравляю, желаю счастья, – спокойно протянула Луиза, будто речь шла о покупке нового рюкзака.

–Спасибо, – отозвалась Даниэла, кивнув Луизе. – А ты, Ай, сначала вдохни-выдохни. Я всё расскажу. И очень надеюсь, что из-за моего парня мы не устроим третий мировой конфликт.

Ай с сомнением прикусила губу, но замолчала.

И тут Даниэла начала рассказывать, как всё было. Оказывается, они с Саматом чуть ли не каждый день проводили вместе — игры, споры, бесконечные подколки. «Как брат и сестра», говорила она, но глаза при этом светились так, что сразу становилось ясно: никакой он ей не «брат». Всё изменилось, когда Самат заступился за неё. Тогда в её голове будто щёлкнуло: это уже не просто знакомый, не друг. С того момента она перестала пытаться прятать свои чувства, хотя и делала вид, что ничего особенного.

–А кто из вас первым признался? – не удержалась я, подалась вперёд, готовая впитывать каждую деталь.

–Это не важно… – пробормотала Даниэла и, кажется, слегка покраснела.

–Ха, ясно всё, – ухмыльнулась Луиза. – Значит, призналась первая ты.

Я тоже это поняла. Ну конечно, Даниэла никогда не умела молчать, если сердце что-то толкало. Она же и Мади прямо в лицо сказала, что тот ей нравится. Так почему с Саматом должно быть иначе? Вот бы мне хоть половину её смелости…

–Эх, в наше время девушкам самим приходится делать первый шаг, – Ай похлопала Даниэлу по спине, но в её голосе слышалась смесь восхищения и досады.

–И не говори… – усмехнулась Даниэла, скромно пряча взгляд в сторону.

После этого разговор потёк сам собой. Мы обсуждали их, как они вместе смотрятся, как другие парочки в нашем окружении ведут себя, кто кому подмигивает и кто с кем «точно-точно» что-то замышляет. Смех то и дело перебивал слова, и комната постепенно наполнилась уютным теплом. Даже Ай, хоть и всё ещё ворчала себе под нос, улыбалась чаще, чем пыталась делать серьёзное лицо.

***

К вечеру я снова оказалась на улицах города. Шла без цели, но в голове всё крутились утренние слова, сегодняшний день никак не отпускал. Может, и мне стоит признаться? Если я буду молчать, Сауле легко сможет обойти меня. А я этого не вынесу. Лучше уж любая другая, чем она.

Погружённая в мысли, я даже не заметила, как ноги сами привели меня к дверям «Тихого Дома». Странно… наверное, привычка. Я толкнула дверь и вошла. В зале было тепло и пахло корицей. Я заняла столик у окна и заказала чай с лимоном. Горячая кружка согревала ладони, но на душе легче не становилось. Жаль, что Луиза работает здесь только летом… с ней хотя бы можно было бы поболтать, отвлечься. Может, в следующее лето я тоже устроюсь сюда, вместе с ней? Эта мысль почему-то улыбнула. Допив чай, я расплатилась и снова вышла на улицу.

Город будто замер. Я шла и чувствовала какую-то странность — словно должно было произойти что-то важное, но оно так и не случилось. Может, дело в погоде? Небо затянуло серыми тучами, завтра обещали дождь. Ветер пах сыростью.

Я брела куда глаза глядят и всё же знала: ноги ведут меня туда, куда надо. Иногда кажется, будто кто-то незаметно меняет сценарий моей жизни, и я лишь иду по написанным строчкам. По пути я зашла в маленький магазинчик и купила зонт — на всякий случай. У выхода заметила знакомую фигуру. Сезим. Она шла, держась за руку с Санжаром. Они смеялись, выглядели счастливыми. У меня кольнуло в груди: вот бы и мы с Мади могли так же идти вместе, легко и просто.

Почему-то вспомнился Адал. Я подумала: если я так и не решусь на признание, однажды и я окажусь на его месте — в стороне, с горечью наблюдая, как любимый человек идёт рядом не со мной. Мне стало жалко его. Он заслуживает счастья, и я верю — однажды найдёт ту, кто полюбит его так же сильно, как он когда-то любил Сезим. И, может быть, в тот раз он сделает первый шаг.

Я раскрыла зонт и продолжила путь. Небо потемнело, ветер усилился, и первые капли коснулись плеч. Вскоре дождь пошёл по-настоящему, и весь город утонул в тихом, бесконечном шёпоте воды.

Хорошо, что я успела купить зонт — иначе промокла бы до нитки. Дождь лил густыми потоками, и улицы утонули в серой, тяжёлой тишине. Я шла, вдыхая запах мокрого асфальта, и вдруг впереди различила знакомую фигуру.

Адал.

Он шёл медленно, сгорбившись, словно каждая капля дождя придавливала его к земле. Весь мокрый, волосы прилипли к лицу. Его шаги были тяжёлыми, будто он волочил за собой не только ноги, но и свою боль. В руках он держал небольшую коробку, прижимая её к груди, как что-то важное, но в его взгляде не было жизни. Я остановилась, сердце болезненно сжалось.

Когда он прошёл мимо, я не выдержала — шагнула к нему и раскрыла зонт над его головой.

– Адал?.. Что с тобой? – мой голос дрогнул, я сама слышала, как в нём звучит тревога.

Он поднял глаза. Они были пустыми.

– Айка? Ты что здесь делаешь? – произнёс он глухо, без эмоций, будто каждое слово давалось ему с трудом.

– Я просто гуляла… – я всмотрелась в его лицо, и сердце сжалось ещё сильнее. – А ты? Что произошло? На тебе же лица нет… Ты с кем-то подрался? – осторожно коснулась его щеки, где расплывался тёмный синяк. – Откуда это?

Он отвёл взгляд, убрал мою руку.

– Ничего. Упал.

– Не ври! – в груди стало тесно, я почти шептала. – Я же вижу…

Адал помолчал, дождь стучал по куполу зонта, и казалось, что он вот-вот скажет что-то важное. Но лишь тихо выдохнул:

– Айка, прости… Я потом объясню.

Он протянул мне коробку.

– Держи.

Я растерялась, приняла её на руки.

– Что это?

– Мне оно уже не нужно. Надеюсь, хотя бы ты будешь рада… – он сказал это так ровно, словно речь шла о чём-то совершенно пустом.

И, не дожидаясь моих слов, просто развернулся и пошёл прочь, растворяясь в потоке дождя.

– Эй! Подожди! Куда ты? – окликнула я, но он даже не обернулся.

Я стояла на месте, сжимая в руках коробку, и не знала, что делать. Всё внутри кричало — побеги за ним! — но было ощущение, что ему сейчас нужно остаться одному. Я не решилась.

Пальцы дрожали, когда я открыла коробку. Внутри лежало... Я замерла, чувствуя, как к горлу подступает ком.

Первым делом я набрала номер Мади. Голос дрожал, но я старалась говорить спокойно:

– Пожалуйста, будь рядом с Адалом. Он сейчас… ему очень плохо. Я не смогу помочь.

Повесив трубку, я долго смотрела в сторону, куда он ушёл. Как бы он ни пытался убежать, прошлое снова и снова догоняет его. Он слишком долго носит на себе эти цепи. Но, может, теперь… хоть теперь он найдёт силы их сбросить.

В ужасном настроении я двинулась дальше. Ноги сами несли меня вперёд, хотя внутри было тяжело и пусто. По пути я заметила Самата и Даниэла — они шли в сторону игровых автоматов, болтая о чём-то своём. Даже после того, как начали встречаться, они всё ещё выбирали это занятие вместо “настоящих” свиданий. Я невольно усмехнулась. Может, для них именно так и выглядит свидание? Наверное. Учитывая, как странно начались их отношения, в этом было что-то трогательное и простое. Я поймала себя на улыбке и пошла дальше.

Дождь становился сильнее, тяжёлые капли барабанили по зонту, сбивая мысли. Я решила ехать домой. У остановки собралось несколько людей, все с одинаковыми усталыми лицами, каждый прячась под своим зонтом. Я встала чуть в стороне и начала смотреть на проезжающие машины. Остановка стояла прямо возле светофора, и каждый раз, когда загорались красные огни, машины выстраивались в ряд, словно в какой-то немой очереди. Я рассматривала их водителей и пассажиров — кто-то злился, кто-то смотрел в телефон, кто-то просто молча ждал.

Вдруг среди обычных машин остановился длинный чёрный лимузин. Сквозь слегка затуманенное окно я увидела её — Ария, президент студсовета. Она сидела одна и смотрела в сторону дождя. В её взгляде было что-то тяжёлое, чужое. Сегодня, кажется, не только для Адал день оказался невыносимым. Я проследила за её взглядом и заметила, на что она смотрела.

На другой стороне дороги под одним зонтом шли Зенки и та девушка, с которой он недавно танцевал. Они смеялись, прижимаясь друг к другу, в их шагах была лёгкость и радость. А у Арии — только холодное отражение на стекле. Она не отвела глаз от этой пары, словно пыталась что-то доказать себе или удержать в груди то, что уже ускользнуло.

Если Адал так и не решился сделать первый шаг, то Зенки просто повернул в другую сторону и пошёл дальше — нашёл свой новый путь. А вот Ария… Она так и осталась на месте, застряв в своих ожиданиях и иллюзиях. Она думала, что тот, кто всегда был рядом, так и останется, что его чувства вечны и неугасимы. Но любая теплая искра может угаснуть, если её слишком долго гасить равнодушием. И с ней именно это и произошло. Она не смогла признаться, не смогла удержать то, что ей действительно было нужно.

Загорелся зелёный свет, машины двинулись, и лимузин поехал дальше. Ария сидела прямо, не оглядываясь назад.

Приехал мой автобус. Я поднялась в салон, устроилась у окна и смотрела, как дождь полосами стекает по стеклу, размывая огни улиц. Всё смешивалось — неон, мокрый асфальт, редкие фигуры под зонтами.

***

Выйдя на своей остановке, я пошла домой по лужам, чувствуя, как ботинки промокают насквозь.

–Я дома, – тихо сказала я, снимая обувь и поднимаясь по лестнице в свою комнату.

Этот день был разным для каждого. Для кого-то — ужасным, для других — самым обычным. Для кого-то стал осознанием упущенного, для кого-то — новым началом. А для меня он остался всего лишь дождливым днём, оставившим странное послевкусие в душе.

Через два дня...

«Мы можем терпеть сотни поражений, но настоящая победа — это одна-единственная любовь. Она не повторяется, и потеряв её, уже невозможно вернуть.»