Секреты близких людей.

Я смотрела на Даниэлу — она сидела напротив, улыбающаяся до ушей, как будто только что выиграла в лотерею.

– Мы станем хорошими подругами, – сказала она и протянула мне руку.

Я чуть не поперхнулась воздухом. Подруга? Мы?

– Эм… Тебе никто не говорил, что ты… странная? – пробормотала я, пытаясь подобрать слова помягче.

– Ты не представляешь, сколько раз это слышала. Уже почти как комплимент воспринимаю, – хмыкнула она. – Ну так что? Можем быть друзьями? У меня уже рука онемела, если что. Жми или отказывай, не мучай.

И что мне делать? Мне, конечно, нравится заводить новых друзей… но не таких чудаковатых! Она слишком странная даже по моим меркам, а я, между прочим, в школьном рейтинге официально числюсь как «самая чудаковатая» — по версии Ай. И, честно говоря, дружить с девушкой, которая признавала‌сь Мади? Серьёзно? А если она просто хочет подружиться со мной, чтобы быть ближе к нему? Нет, спасибо. Вижу, как всё закончится: они будут тусить, а я — где-то в углу, отодвинутая за то, что невольно сыграла роль мостика.

– Эээ… может, потом? – пробормотала я неуверенно, пытаясь не обидеть её. – Уверена, у тебя ещё будет много друзей.

Я поспешно встала. Знаю, это звучит грубо, но… у меня внутри всё протестовало. Первый раз в жизни я отказалась от дружбы. Ну, ладно, не первый — когда-то уже была одна вредная «подруга», с которой мы расстались по обоюдной ненависти. Но сейчас всё иначе. Я просто… не хочу.

– Мне пора, – бросила я, избегая её взгляда.

– Вот значит как… – всё с той же улыбкой ответила Даниэла. – Ладно. Как хочешь. Я не собираюсь тебя уговаривать.

Она спокойно встала, забрала свои вещи и вышла из кафе. А я осталась сидеть, уставившись на дверь, через которую она ушла. У неё даже походка была вызывающе спокойная, будто ей всё равно… или будто она что-то знает.

Через минуту я наконец вздохнула и тоже вышла. Шла по направлению к дому, в душе молясь, чтобы не было больше никаких странных встреч на сегодня.

Но, конечно же, мои молитвы были проигнорированы.

Сначала я встретила пару одноклассников, которым махнула рукой. А потом… я увидела Луизу. Она шла по тротуару, сияя так, будто ей только что сделали предложение. И рядом с ней — кто бы вы думали? Максат. Наш новый учитель. Да ладно?!

Я замедлила шаг, глаза вылезли на лоб. Луиза что, флиртует с учителем? Или… нет, ну серьёзно?! Это вообще законно? Они же вместе, после школы, и ведут себя так, будто просто друзья, но слишком счастливые друзья! Мне захотелось подойти и вытащить Луизу за ухо, как старшая сестра. Если их кто-то увидит, будет скандал на весь лицей. А если ещё и директор…

Я уже сделала шаг в их сторону, как вдруг:

– И на что мы так пристально смотрим? – раздался голос у самого моего уха.

Я взвизгнула и подпрыгнула. Чуть сердце не выскочило!

— Как ты тут?! Что ты здесь делаешь?! Откуда вообще?! — воскликнула я, испуганно таращась на Даниэлу, словно она только что телепортировалась из воздуха.

— Эм... Я стояла вот там, — она махнула рукой в сторону остановки. — И вдруг вижу — ты уставилась вон туда, как будто... как будто увидела привидение!

Она прищурилась и тоже уставилась в ту сторону. Её глаза расширились.

— Эй, это же Луиза! А с ней… подожди… Это ведь новый учитель географии?! — сказала она, и я услышала, как в её голосе проклюнулся шок. — О нет, только не это! Неужели?!

Луиза и учитель как назло в этот момент обернулись и посмотрели прямо в нашу сторону. Не раздумывая, я схватила Даниэлу за голову, как футбольный мяч, и резко развернулась на 180 градусов, утащив её за собой.

— Вот так я случайно убила человека… Шутка! — пробормотала я себе под нос, чувствуя, как сердце бешено колотится.

— Ай! Ты с ума сошла?! Хочешь сломать мне шею?! — возмутилась Даниэла, потирая затылок.

Я повела её за собой к скамейке у остановки, крепко держась за её руку — теперь она уже не вырывалась, просто смотрела на меня, как на загадку вселенной. Мы сели.

— Ты знала? — спросила она, всё ещё не отводя взгляда с того места, где стояли Луиза и учитель.

— О чём ты вообще? — сделала я максимально непонимающее лицо, хотя внутри уже началась паника.

— Ну, о нём и ней! — она подмигнула в сторону Луизы и учителя.

— Ну и что? Гуляют вместе. Что в этом такого? — попыталась я отмахнуться, стараясь звучать как можно равнодушнее.

— А тебе не кажется странным, что учитель и ученица, да ещё и разных полов, шатаются по городу вдвоём, как будто... как будто на свидании?

Я чуть не поперхнулась воздухом. Отлично, теперь ещё и это.

— С чего ты вообще взяла?! Они... они...

Чёрт. Я же тоже в шоке! Но нельзя, просто нельзя поддавать виду. Если хоть капельку покажу, что удивлена — всё, слухи разлетятся, и Луизе конец. Думай, Айка, думай! Быстро! Ну же, мозг, не подведи!

— А! Вспомнила! — выпалила я. — Он с ней, потому что… эм… они раздают приглашения! Да-да! На грядущее мероприятие. На Бал Чудес!

— Бал чего?! — переспросила Даниэла, нахмурив брови.

— Ох, ты не знаешь?! — я сделала глаза как будто сама в шоке от её незнания. — «Бал Чудес» — это не просто школьный праздник, это городское событие! У нас же почти все жители когда-то учились в нашей школе. И каждый год школа приглашает почитаемых людей на бал.

— А нельзя было просто… отправить приглашения по почте? Или хотя бы в мессенджере? — спросила она, прищурившись подозрительно.

— Ну как ты себе это представляешь?! — я всплеснула руками. — Это же Бал Чудес! Туда могут прийти ученики, выпускники с родителями... Но вот другие гости — только по особым приглашениям. Их выбирают совет учителей и родителей. И по традиции, вручать их должны лично — один из учителей и староста класса. Это важный обряд! Почёт! Честь! Таинственность!

Пожалуйста, поверь ты уже, моим словам! — мысленно молилась я, пока болтала всё это на одном дыхании.

— А-а-а, вот оно как? Спасибо за объяснение. А то я уж подумала, что у них... ну, ты знаешь... тайное свидание, — сказала Даниэла, приподняв бровь и глядя на меня с таким выражением, словно пыталась уловить малейшую дрожь на моём лице.

По её лицу было видно — поверила. Ну… едва-едва. Поверила, но как будто с прищуром. Как будто мозг говорит "ладно, окей", а сердце шепчет: "всё равно странно".

Фух, хорошо, что я вспомнила правила этого чёртова Бала Чудес. Главное — чтобы она не узнала настоящую правду… А правда в том, что приглашения должны вручать совсем не Луиза и не этот новенький учитель, а Сезим и… Ай. Да-да, Ай!

— Ха-ха, ну ты и выдумщица! Свидание?! Серьёзно?! — выдала я наигранный смех, будто это самая смешная мысль на свете. — Это же просто традиция нашего города. Ничего романтичного. Только официальщина, скука и бумажки!

Пока я отчаянно пыталась запутать Даниэлу в словах и сохранить маску спокойствия, Луиза и учитель тем временем куда-то испарились. Просто по-факиру исчезли. Прям волшебство какое-то.

— Айка? — вдруг окликнула меня Даниэла.

— Что? — обернулась я, надеясь, что она не заметила, как я подпрыгнула от неожиданности.

— Это не твой автобус? — она показала пальцем на подъезжающий автобус с номером 35.

Я взглянула — точно! Мой! Родной! Везущий меня прочь от всех неловких вопросов и опасных подозрений.

— А-а-а! Точно! Спасибо! — воскликнула я, с облегчением вскакивая со скамейки.

Я быстро вскочила в автобус и сразу направилась в самый конец — туда, где обычно никто не садится. Пусто. Лишь несколько человек, которых можно было пересчитать по пальцам одной руки. Настроение было не из лучших, и я просто ввалилась на дальнее сиденье, как в спасательный плот.

Автобус заурчал, тронулся, а я уставилась в окно, хотя толком ничего не видела — мысли крутились, как бешеные. Луиза. С учителем. Вместе. Один на один. Как пара. Или не пара? Или я себе напридумывала?

Чёрт, мне срочно нужно было это прояснить, иначе голова взорвётся. Я достала телефон и набрала Луизу. Она ответила почти сразу.

— Алло, Айка? Зачем звонишь? — её голос прозвучал как-то... напряжённо.

— Привет, Луиза. Ты сейчас занята? — попыталась я завуалировать вопрос, хотя язык чесался спросить в лоб: "ТЫ ЧТО, НА СВИДАНИИ С УЧИТЕЛЕМ, А?!"

— Эм... немного. А что случилось? Тебе нужна помощь? — голос её дрогнул. Я уловила нотку тревоги.

Ага! Есть зацепка!

— Да, просто... если ты рядом, я могу к тебе заехать? Поможешь мне, а я потом тебе помогу, ну, как всегда.

— Не надо! — неожиданно рявкнула она так громко, что я чуть не выронила телефон прямо под ноги бабушке с сумкой.

Пауза. Потом — тише:

— Извини, я не хотела так резко. Просто... я сейчас у мамы. Помогаю ей. И если ты приедешь, это всё затянется. Лучше... попроси Ай. Она свободна, наверное.

У мамы, значит? Хм. Странно. Луиза не любит врать, и делает это плохо. А тут прям целая легенда с мамой, Ай и отказом.

— А... ну ладно, извини, что побеспокоила.

— И ты прости, правда. Я бы хотела помочь... но не сегодня. Пока?

— Пока...

Связь прервалась.

Я уставилась в экран. Сердце колотилось.

Так значит… она действительно на свидании?! С учителем?!

Да что вообще происходит?! Где я? Кто я? Почему моя жизнь вдруг превратилась в драму третьего сезона какого-то подросткового сериала?!

---

Я вернулась домой с ощущением, будто прожила не один день, а целую неделю. Всё ещё не могла поверить в то, что произошло.

Парень, который мне нравится, влюблён в ту самую странную девчонку, которая, между прочим, недавно призналась в любви моему другу. Тот, к слову, отшил её прямо при всех!

Моя лучшая подруга, как выяснилось, возможно тайно встречается с учителем... А я, и эта чудачка, стали свидетелями их встречи.

Добавим в этот хаос то, что эта же странная девчонка предложила мне... дружбу! ДРУЖБУ, КАРЛ! Кто в это поверит? Никто.

От всей этой мыльной оперы у меня начала болеть голова.

Хватит. Мне нужен перерыв. Срочно.

Я пошла в комнату младших. Хотелось отвлечься, побегать в игре, покричать на экран, побить монстров — всё, что угодно, лишь бы не думать о школе и её... любовных интригах 80-го уровня.

Я зашла в комнату Адемы — пусто. Похоже, ребята смотрят телек. В их возрасте я тоже залипала в мультики. Золотое время.

Пока они не пришли, я решила всё приготовить. Включила PS, нашла игру, в которую мы рубимся втроём. Пусть этот день закончится хоть чем-то нормальным. С криками, весельем и кнопками, а не со странными свиданиями и душевными шоками.

Я ждала их, но скука накрыла быстрее, чем я успела моргнуть. Мой взгляд блуждал по комнате, пока не остановился на их портфелях, небрежно брошенных у стены. Хм... Что они там делали? Судя по всему, Адема и Канат занимались уроками вместе. Любопытство взяло верх — я решила проверить, как там дела с их успеваемостью.

Подошла к портфелю Каната и вытащила его дневник. Да-да, в нашей школе почти всё перевели в «цифру», но для младших классов всё ещё сохранили бумажные дневники — мол, чтоб ученики видели свои оценки наглядно и могли с гордостью (или стыдом) показывать родителям.

Я пролистала страницы.

Пятёрки. Сплошные пятёрки. Даже по труду!

Ну конечно, наш маленький Эйнштейн.

Канат — один из лучших учеников в своём классе, чуть ли не местная гордость. Учителя на него молятся, а мама уже фантазирует, как он станет каким-нибудь астрофизиком или политиком. Я в его возрасте… Эх. Всегда где-то в середине — не двоечница, но и звёзд с неба не хватала.

— Я не гений, но и не дура. Обычная. — пробормотала я вслух и вздохнула.

Теперь захотелось взглянуть, как там у Адемы дела. Я потянулась к её портфелю и вытащила дневник, но вместе с ним на пол выпал сложенный вдвое лист.

На нём что-то было написано. Я подняла его и развернула.

Чёрным по белому — криво, крупно, будто специально, чтобы ударить посильнее:

«Некчёмная дура»

Я застыла.

— Что это?.. — вырвалось у меня тихо.

Сердце сжалось. Кто-то посмел назвать мою сестрёнку так?

Это шутка? Буллинг? Или она сама... Нет. Не может быть. Я почувствовала, как внутри поднимается глухая тревога, сменяющаяся гневом. Я стала рыться в её вещах дальше, но вдруг услышала, как открывается дверь.

Обернулась — в комнату зашли Канат и Адема. Оба остановились как вкопанные и уставились на меня. Их лица вытянулись, особенно у Адемы. Они явно были не в восторге от того, что я копаюсь в их рюкзаках.

— Сестра?! Что ты делаешь? — спросил Канат с упрёком.

— Нельзя трогать чужое! — подхватила Адема.

Но мне было уже всё равно. Я молча развернула лист и показала его сестре.

— Что это такое?! — спросила я резко, указывая на обидные слова.

Её лицо моментально изменилось. Злость исчезла, словно её и не было. Она побледнела и опустила глаза.

— «Некчёмная» дура?.. — повторила я вслух, а потом фыркнула: — Кстати, никчёмная пишется через «и», неуч.

— Да уж, — подал голос Канат, скрестив руки. — Если уж оскорблять, то хотя бы грамотно. Эти твои друзья писать не умеют, походу.

Адема поникла, как увядший цветок.

— Это... мои друзья. Они просто... так пошутили, — тихо сказала она. — Глупо. Я им устрою, когда в школу вернусь.

— Ага, ещё и безграмотные шутники, — не унимался Канат. — Мне тоже иногда хочется их тетради редактировать красной ручкой.

Я всё ещё сомневалась. Что-то в её голосе и в том, как она держится, подсказывало — не всё так просто.

— Ты уверена, что это друзья? — спросила я настойчиво, пристально глядя ей в глаза.

— Уверена, — кивнула она, слабо улыбнувшись. — Просто глупая шутка. У нас, типа, так весело...

— Друзья не называют друг друга «никчёмной дурой», — сказала я, не сводя глаз с Адемы. — Ты уверена, что они друзья?

Она сжалась в плечах, как будто мои слова ударили её сильнее, чем она ожидала.

— Сестра, ты же тоже была в младших классах, — начала она оправдываться, избегая моего взгляда. — Мы такие… ну, чтобы показать, что мы друзья, иногда шутим так.

— Шутите? Оскорбляя друг друга? — переспросила я с недоверием.

— Ну да… но только иногда, — её голос звучал всё тише, а взгляд метался по полу.

— Не переживай, Айка, — вмешался Канат, — даже у меня в классе парни и девочки так подкалывают друг друга. Типа: «дурак», «маменькин сынок»… Это обычное дело в нашем возрасте.

Я посмотрела на него. Он говорил спокойно, как будто это и правда что-то повседневное. Как будто они просто играют в жёсткие слова.

— Точно? — спросила я с сомнением, наблюдая за лицами обоих. Что-то во мне не отпускало тревогу. Внутренний голос всё ещё твердил: что-то тут не так.

— Да, сестра, правда, — кивнула Адема, слабо улыбнувшись.

— Иногда мы даже пишем такие слова на тетрадях или на пеналах, — добавил Канат, будто подтверждая её слова. — Типа, дурак, тупица… ничего серьёзного. Просто приколы.

Я вздохнула, стиснув зубы. Часть меня по-прежнему сомневалась, но я видела — они оба стараются не выглядеть виноватыми. Возможно, правда в их словах есть. А может… они просто не хотят говорить лишнего.

— Ладно, я поверю, — сказала я наконец, — но… я не хочу, чтобы вы писали друг другу такие гадости. Даже в шутку. Слово — это не просто слово. Оно может ранить. Поняли меня?

Они дружно кивнули. Я уловила облегчение в их глазах.

После этого напряжение как будто испарилось. Мы сели на пол и стали играть в настолку. Адема убрала все свои вещи в портфель, потом присоединилась к нам. Она тихо сидела, пока ждала своей очереди, но со временем начала улыбаться и смеяться вместе с нами.

Вечер пролетел быстро. Мы все устали, но в хорошем смысле. После игры младшие зевали один за другим, как маленькие котята. Почистили зубы и отправились спать. Канат захрапел почти сразу. Адема, уже с почти закрытыми глазами, на ходу пожелала мне спокойной ночи.

Я тоже умылась, привела себя в порядок и легла в кровать. Смотря в потолок, я думала о том листке бумаги.

«Некчёмная дура» — слишком злое, чтобы быть просто шуткой.

Но, может, я и правда слишком серьёзно ко всему отношусь?

Я закрыла глаза, решив пока отпустить эту мысль. Сон подкрался незаметно.

Утро было обычным. Ничего не предвещало катастроф. Я позавтракала, быстро собрала рюкзак и вышла. У ворот уже ждал Мади — как всегда с этой своей фирменной полуулыбкой, будто знал что-то, чего не знала я. Мы сели в машину и поехали в школу.

В коридоре, на подходе к классу, навстречу мне вышла… Даниэла.

Она просто кивнула в знак приветствия, но её взгляд был... слишком вежливым. Подозрительно вежливым.

— Подружилась с Даниэлой? — с усмешкой спросил Мади, когда мы отошли.

— Ну... Она странная, — прошептала я, наклонившись к нему.

— Как и ты, — подмигнул он.

— Как и мы, — добавился третий голос прямо за спиной.

Я вздрогнула и чуть не подпрыгнула. Даниэла. Снова.

Как она так тихо ходит?! Она ниндзя или у неё в обуви встроены глушители?

И… она слышала, что я только что про неё сказала?! Ох, только не это.

— Прости, — выдавила я, краснея как варёный рак.

— Не переживай. Это уже не в первый раз, — пожала она плечами. — Можно тебя на минутку?

Я бросила быстрый взгляд на Мади. Он пожал плечами, мол, «сама разбирайся».

Мы с Даниэлой отошли в сторону, а он остался наблюдать за нами с безопасного расстояния. Мастер пассивного участия.

— Эм… привет, — выдавила я, уже заранее напрягаясь. — Ты зачем звала?

— Насчёт вчерашнего, — начала она. — Ты подумала о моём предложении… быть подругами?

Я поёрзала на месте.

— Эээ… ну… эх… Я же вроде сказала, что пока не могу быть твоей подругой? — выдохнула я, надеясь, что скажу это не обидно.

— Я поняла, — сказала она спокойно. Слишком спокойно. — Но… зачем ты мне соврала?

— Я?.. — переспросила я, хотя уже знала, про что она. Лицо моё моментально побледнело, будто я съела лимон.

Даниэла прищурилась с довольной ухмылкой.

— Ага, об этом.

Ну конечно. Луиза. Вот зачем я тогда её послушала?! «Скажи ей, что у тебя аллергия на общение» — гениально! Теперь вот и выкручивайся!

— Эм… это... я... — я запнулась, как за камень. Язык будто решил объявить забастовку.

— Ну-ну, продолжай, — весело подбодрила Даниэла, скрестив руки.

Внутри меня шла настоящая паника. Паника уровня: "Что делать, если училка вызвала к доске, а ты даже не знал, что у нас сегодня математика?"

Луиза! Почему ты меня так подставила?!

«Друзья — это те, кто остаются рядом, даже когда ты лажаешь. Береги их, как они берегут тебя».