Фердинанд — Обустройство на новом месте

Первый день Фердинанда был таким захватывающим, что, когда ему предложили ложиться спать, он едва сдержался, чтобы не отказаться. У него в голове роилось столько вопросов, что сон казался в тот момент абсолютно невозможным.

Однако Роза всегда умела преодолевать невозможное. Она быстро уложила его на новую мягкую кровать и начала нежно гладить. Роза рассказала ему историю с удивительной концепцией, которая была для него очень интересной. Её мягкий, мелодичный голос постепенно убаюкивал его. Когда она закончила рассказ и начала вставать, и он чуть было не протянул к ней руку, чтобы умолять остаться и рассказать ещё. Но она снова совершила что-то ему непонятное: аккуратно убрала волосы с его лба и прикоснулась к нему губами.

В тот день он испытал самое странное чувство: его разум был полон вопросов и мыслей, но относительно того, что делать дальше, в голове царила пустота. Она сказала, что это была её "традиция" для лучших снов, но он не мог понять, как кто-то может уснуть после такой "традиции". Его сердце билось не только быстро, но и сильно, и тепло, которое он ощущал, когда она его держала, медленно начало наполнять всё его тело. Прежде чем он успел взять себя в руки, Роза материализовала странную палочку и произнесла какие-то загадочные слова. К сожалению, он не смог расслышать их из-за стука своего сердца. Как и в первый раз, когда она пела ему, белые огоньки начали литься на него. Его тело стало тяжёлым, и постепенно он начал закрывать глаза.

Ему приснился сон, какого ещё никогда не бывало: Роза обучала его новым вещам в его покоях. Они наслаждались вкусной едой, и она улыбалась ему так же тепло, как когда смотрела на книгу. На этот раз её улыбка была обращена только к нему. Она щедро хвалила его, сколько бы ему ни захотелось, и с сияющей улыбкой гладила его волосы. Он повернулся к ней и попросил её учить только его и оставаться с ним навсегда. В ответ она прижала его к себе и снова коснулась губами его лба: "Конечно, я обещаю тебе, Фердинанд". Остаток сна она держала его в своих объятиях, его нос наполнял запах её аромата, и он почти чувствовал мягкость и тепло её тела, как и в реальной жизни.

Приятное, тёплое, уютное чувство сохранилось в его груди, когда Роза разбудила его утром. Просто находясь рядом с ней, ему хотелось улыбаться, но он сумел сдержаться. Он не хотел, чтобы госпожа Ирмхильда снова его отчитала.

После завтрака Роза рассказала ему о расписании на этот день и ближайшие недели. Сегодня, в день ветра, первую половину дня он проведет за обычными занятиями с Розмайн, а после обеда присоединится к госпоже Ирмхильде в комнате отдыха для своего "дворянского обучения". Госпожа Ирмхильда была очень занята в этом сезоне, как она объяснила, "закладывая фундамент", поэтому могла уделять время Фердинанду только половину дней ветра и огня. Однако в день земли она будет учить его весь день, чтобы Роза могла заняться своими делами.

Фердинанд с неохотой покидал Розу, но понимал, что не может быть рядом с ней весь день. 

В тот день Роза учила его алфавиту и числам, которые он быстро запомнил. Практика игры на харшпиле давалась ему труднее, но в основном из-за того, что его отвлекала сама Роза. Она с легкостью и грацией перебирала струны, и было трудно не потерять себя, наблюдая за ней. Тем не менее, приложив усилия, он усвоил то, что от него ожидалось.

Скоро наступило время обеда, и после вкусной трапезы они направились в зону отдыха. Госпожа Ирмхильда жестом подозвала своих служанок, и две из них вышли вперед. 

— Роза, я хотела бы предложить вам заслуженный отдых. Вы здесь гостья, но у вас не было ни секунды покоя. Можете взять книгу и почитать до ужина. Адель и Эльке позаботятся о вас в это время. Пожалуйста, отдохните как следует, пока я занимаюсь с Фердинандом.

Роза улыбнулась, затем кивнула: 

— Я бесконечно благодарна вам, госпожа Ирмхильда. Воспользуюсь этой возможностью, чтобы отдохнуть до ужина. Однако должна признаться, что легко увлекаюсь чтением, и вашим служанкам, возможно, будет непросто в этом отношении. Заранее прошу прощения. Пусть не стесняются делать все необходимое, чтобы отвлечь меня, и не беспокоятся о деликатности.

Госпожа Ирмхильда слегка подняла бровь, но, тем не менее, согласилась на странное предложения Розы. Служанки выбрали для Розы пару книг, и она снова озарила комнату своей лучезарной улыбкой, как и днем ранее. Фердинанд почувствовал, как в его груди зарождается тревожное чувство, и невольно нахмурил брови. Если он не будет осторожен, его недовольное выражение лица снова приведет к упрекам, поэтому он осмотрелся, чтобы убедиться, что она этого не заметила. К сожалению, она внимательно наблюдала за ним. "Она наверняка будет меня ругать", — подумал он, молча принимая свою судьбу.

Роза вскоре покинула комнату, и он сел рядом с госпожой Ирмхильдой. Она сначала отпила немного чая, а затем они начали занятия. Ирмхильда сразу перешла к теме сокрытия эмоций, так как это умение было необходимым в дворянском обществе.

— Для дворянина открытое выражение своих эмоций лишь выявляет твою слабость, которую другие могут использовать. Это, без сомнения, трудная концепция для понимания, особенно сейчас, когда тебе еще не приходилось сталкиваться с конфликтами или злобой. Однако я постараюсь, чтобы ты осознал это в полной мере. Понимаешь ли ты, что значит иметь врагов?

Фердинанд задумался на мгновение. Он не знал толком, что такое враг, но чувствовал, что это явно что-то отрицательное, чего нужно избегать. Отвечая, он постарался выразиться как можно лучше: 

— Это те, от кого стоит держаться подальше? Как та женщина в зале телепортации?

Госпожа Ирмхильда слегка улыбнулась и кивнула: — Хороший ответ и проницательное наблюдение. Если быть точной, враги — это те, чьи цели противоречат твоим собственным. Они будут причинять неприятности не только тебе, но и тем, кем ты дорожишь. Ты должен скрывать свои эмоции, особенно от врагов. Она сделала глоток чая и продолжила: 

— Я не так давно с тобой знакома, но вижу, что ты довольно близок с Розой. Что ты о ней думаешь?

Фердинанд подумал, что вопрос был достаточно неожиданным, но вскоре ответил: 

— Она учит меня всему, что я хочу знать. Без нее я не уверен, чего смог бы достичь.

Лицо госпожи Ирмхильды смягчилось, когда она продолжила расспрос: — Я вижу, что твоя привязанность и восхищение ею гораздо глубже. Кажется, ты ревнуешь её к книгам, на которые она смотрит с таким восторгом.

Ревную? Так называется то мрачное чувство, которое он испытывал в тот момент? Она наклонилась ближе, не переставая улыбаться: 

— Интересно, танцует ли Блуанфа для тебя? Увы, любые надежды, которые могут возникнуть у тебя, обречены быть бесплодными, ведь она помолвлена с другим. 

Он посмотрел на нее с недоумением. Заметив это, она продолжила: 

— Я думаю, ты чувствуешь, как твое сердце бьется быстрее, когда она рядом. Что ты испытываешь, когда смотришь на нее или думаешь о ней? Возможно, такие чувства тебе незнакомы, поэтому я с радостью объясню их. Получать ответы от человека, к которому у тебя есть чувства, было бы, безусловно, смущающе.

Она знает об этих чувствах? Фердинанд испытал некоторое облегчение, осознавая, что кто-то понимает странные эмоции, которые он сам не мог осознать. 

— Да, я чувствую, как мое сердце начинает быстрее биться, когда она меня хвалит; мое лицо становится горячим, когда наши взгляды встречаются; и в груди появляется легкая боль, когда она вынуждена покинуть меня. Вы понимаете, что это могут быть за чувства?

Госпожа Ирмхильда прикрыла рот рукой и кивнула, в то время как ее служанки реагировали схожим образом, взволнованно шепчась между собой. 

— Понимаю, все так, как я и предчувствовала. У тебя появились первые признаки того, что в грубых терминах можно назвать любовью. Дворяне называют это "взращиванием рафеля" для другого человека. Не уверена, понимаешь ли ты все последствия подобного чувства в своем сердце. Но поскольку ты ребёнок, естественно, ты поймёшь это, взрослея. Хотя не уверена, что смогу объяснить, почему такие чувства будут бесплодными. Есть многое, чего ты ещё не понимаешь, и мне придётся уделить этому время. Но это необходимо.

Она наклонилась вперёд, её лицо приобрело суровое выражение: 

— Именно в те моменты, когда ты проявляешь беспечность, враги наносят удары. Если бы я была твоим противником, полученная от тебя информация была бы нещадно использована. Я не люблю заниматься гипотетическими рассуждениями, но это необходимо для твоего понимания. — Сделав паузу, она вынула маленький мешочек из-за пояса и положила его перед собой — Представь, что оставшиеся тебе дни ты проводишь рядом с Розой.

Он закрыл глаза и в памяти всплыло видение сна — он представлял, как проводит остаток своей жизни с ней. Это теплое чувство наполнило его сердце счастьем. Госпожа Ирмхильда продолжала: 

— Теперь представь, что твои враги, зная, что тебе дорого, решают, что лучший способ навредить тебе — причинить вред Розе. Представь, что ты будешь делать, если больше никогда не сможешь её увидеть, потому что они решили отнять её у тебя.

Мысль о том, что он никогда больше не увидит Розу, наполняла его грустью и отчаянием. Однако мысль о том, что кто-то намеренно лишил его этой возможности, чтобы наслаждаться его страданиями, вызывала в нём отвращение и гнев. Эти эмоции так бурлили в нём, что он даже не заметил, как госпожа Ирмхильда подошла к нему и прижала магический камень к его голове.

— Ты должен научиться контролировать свои эмоции, если не хочешь причинить вред окружающим, — укорила его она. Фердинанд постарался успокоиться, чувствуя, как его мана бушует, и изо всех сил пытался её подавить. Сделав несколько глубоких вдохов, ему удалось это до определённой степени. Госпожа Ирмхильда предложила ему несколько дополнительных магических камней, и он принял их.

Госпожа Ирмхильда облегчённо вздохнула, медленно вернувшись на своё место и приведя себя в порядок. Положив руку на лоб, она снова заговорила: 

— Я не учла обилие твоей маны, и поэтому то, что произошло — моя оплошность. Однако такие уроки необходимы, если ты хочешь защитить тех, кто тебе дорог. Поэтому ты должен усердно работать, чтобы никто не смог разгадать твои эмоции. Я помогу тебе создать благородную маску, которую ты сможешь закалить по мере необходимости и использовать как мощное оружие против врагов.

Фердинанд раньше задавался вопросом о значении этих уроков, но теперь всё стало совершенно очевидно. Ему нужно защитить Розу. Он кивнул, укрепив свою решимость. 

— Я всё понял, госпожа Ирмхильда. Пожалуйста, научите меня.

— Хорошо, мы будем заниматься до ужина, — сказала она, на мгновение отворачиваясь в задумчивости, а затем вновь посмотрела на него. — У тебя может возникнуть множество мыслей и чувств, с которыми ты, возможно, пока не знаком. Теперь я это понимаю. Ты можешь колебаться, обсуждая такие вещи даже с Розой, особенно если эти мысли касаются её, поэтому я готова выслушать тебя. — Она сделала знак своим служащим, и один из них передал Фердинанду небольшой инструмент, объяснив, как им пользоваться. Фердинанд принял его, следуя инструкции.

— Это магический инструмент против подслушивания: он позволяет лишь мне слышать твой голос и наоборот. Некоторые могут попытаться расшифровать твои слова по движению губ, так что не считай это абсолютно надежным способом сохранить свои секреты, хотя в моем доме его достаточно. Этот инструмент поможет тебе избежать неловкости, если мои слуги подслушают нас. Если тебя вдруг вновь переполнят эмоции, я предлагаю воспользоваться тайной комнатой.

Фердинанд понимал, что она проявила доброту, и решил, что в будущем стоит пользоваться такими инструментами, когда потребуется передать сообщение лишь определённым людям или сообщить важную информацию. Он кивнул, выражая согласие, и вернул инструмент.

Они продолжили урок, обсуждая эвфемизмы, которые часто используют дворяне, мероприятия, предпочитаемые ими, и какое поведение ожидается от настоящего представителя этого сословия. Ирмхильда заметила, что манеры у него хорошие для его возраста, но манеру речи стоит улучшить.

— Из-за недостатка общих знаний о мире твою наивность легко распознать. Если не будешь осторожен, многие могут воспользоваться этим, поэтому тебе следует вести себя, как подобает дворянину.

Он внимательно слушал её мудрые слова, пока они не завершили урок.

— Ваша доброта согревает моё сердце, госпожа Ирмхильда. Я надеюсь, что наши уроки и дальше будут такими же плодотворными.

Это был редкий момент, когда Ирмхильда позволила себе проявить эмоции — она тепло улыбнулась.

* * * *

Оставшаяся часть недели прошла примерно так же . Каждый день у него были занятия, которые он посещал с огромным удовольствием. Наконец, наступил день земли, и он провел с Розой лишь завтрак; как бы ему ни хотелось помочь ей с её "делами", он осознавал, что, вряд ли у него что-то получится. Своё разочарование он тщательно скрывал на уроках с госпожой Ирмхильдой.

Несмотря на её строгий настрой, она оказалась довольно легкой в общении. Он старался подражать её поведению, так как она была лучшим примером дворянина из всех, кого он знал. Редко ему удавалось распознавать её истинные эмоции, и её лицо оставалось нейтральным во время их взаимодействий. В тот день она решила обучать его эвфемизмам, а также распространённым оскорблениям, которые могут использоваться на чаепитиях.

"Анвахс не благоволит вам, как я вижу", "Похоже, вы лишены благословений как Местионоры, так и Грамматуратора", "Вы, похожи на Эйвилиба весной" и "Дрефангуа уже не ткет для вас, неужели Ордошнелли не проинформировала вас об этом?"…

Узнав о больше о подчиненных богах во время уроков и об их связи с оскорблениями, можно было бы расшифровать значения этих фраз.

"Ты не растёшь", "Тебе не хватает знаний и красноречия", "Ты бесполезен" и "Твоя информация устарела, неужели никто не сказал тебе?"...

Ирмхильда заставляла его разгадывать значение таких фраз, которые она считала достаточно простыми и прямыми оскорблениями. Со временем она собиралась научить его распознавать более завуалированные оскорбления, но уже отметила его успехи. Она также учила его, как справляться с ними, поскольку он будет сталкиваться с подобным часто, учитывая нынешний статус Эренфеста. Ирмхильда объявила, что подождет один сезон, прежде чем погружать его в межгерцогскую политику, но понимание дворянской культуры в целом будет очень полезным в этом отношении.

День закончился без происшествий. Когда Роза укладывала его спать, она спросила, как прошел его день. Он улыбнулся и кивнул: 

— Госпожа Ирмхильда выглядит строго, но на самом деле она добра и терпелива, когда объясняет мне что-то. Она учит меня практически так же хорошо, как и вы, Роза.

Роза мягко улыбнулась ему, её глаза светились теплом. 

— Я рада.