Сильвестр — Мой новый младший брат

Пока зимой Сильвестр был в академии, произошло много событий. Он узнал не только о смерти своей тети Ирмхильды, но и о том, что его младшего брата крестили во время праздника весни. Он не знал свою тетю слишком близко, так как его мать категорически запрещала им общаться, но заметил, что его отец был весьма удручен из-за её смерти.

Атмосфера в замке изменилась настолько кардинально, что он поймал себя на желании узнать все подробности изменений, произошедших за зиму, когда у него наконец появилось свободное время. Он спросил у Карстеда, который был назначен охранять его нового младшего брата зимой, что произошло во время его отсутствия.

— Многое произошло, пока вы отсутствовали, — ответил Карстедт. — В замке царит напряжённая обстановка с тех пор, как исчезла госпожа Ирмхильда. Мой отец объявил, что поддержит фракцию Лейзегангов, и больше рыцарей Лейзегангов было допущено к работе в замке. Твоя мать была в особенно скверном настроении.

Сильвестр застонал. Ему все чаще приходилось спорить с матерью из-за его ухаживания за госпожой Флоренцией. Она настаивала, чтобы он женился на женщине "большей значимости" из Аренсбаха, но, честно говоря, её слова его раздражали. Если она была в ещё более скверном настроении, то он даже не знал, что делать. 

— Надеюсь, мой младший брат хотя бы не похож на Георгину.

Карстед задумался на мгновение, стараясь подобрать слова, чтобы лучше описать его. — Фердинанд очень тихий и умный, насколько я заметил; он смог освоить уроки, которые обычно проходят те, кто собирается поступать в академию. Однако ваша мать, кажется, его ни капли не любит. Она часто пытается наведываться к нему, чтобы давать свои "уроки", но Ауб Эренфест велел не пускать её в его комнату. Я никогда не видел, чтобы госпожа Вероника так краснела от злости, когда мы сообщили ей об этом. Охранять его — это, конечно, та еще забота...

Очевидно, его мать изо всех сил старалась досаждать его младшему брату, однако Сильвестру в это было трудно поверить. Она всегда баловала его в детстве, поэтому он никак не мог понять, почему она так ненавидит его младшего брата. Он мог понять её сомнения, когда узнал, что его мать была любовницей, но ведь это не была вина его младшего брата.

— Я встречусь со своим младшим братом. На праздничном пиршестве у меня не было возможности поговорить с ним, так что теперь самое время, — сказал он, обращаясь к слуге, который отправил ордонанц к Рихарде, чтобы назначить дату чаепития.

* * * *

Наступил день чаепития, и Сильвестр впервые пришел в покои своего младшего брата. На столе были расставлены закуски, которые любил Сильвестр; это, без сомнения, было благодаря присутствию Рихарды. Были также приготовлены закуски, которые, предположительно, нравились Фердинанду. Сильвестр заметил, что Фердинанд не проявляет особого интереса к сладостям, в отличие от детей его возраста, и его вкусы больше напоминают предпочтения взрослого.

После приветствия Фердинанд взял первый кусок и сделал глоток. Он говорил и вел себя настолько формально, что Сильвестру казалось, будто он находится в академии на чаепитии с представителем другого герцогства. Его младший брат был довольно мил, и если бы ему не сказали обратное, он мог бы подумать, что перед ним девочка в одежде мальчика. Лицо Фердинанда было настолько безэмоциональным и лишенным выражения, что Сильвестр не был уверен, о чем тот думает в этот момент.

— Не нужно так официально! Я же твой старший брат. Можешь называть меня "старший брат Сильвестр", — начал Сильвестр, стараясь разрядить обстановку.

— Понятно. Хорошо, старший брат, Сильвестр.

— Пф-ф... — Он так и сказал! Как смешно! Сильвестр приложил руку ко рту, пытаясь сдержать смех. Фердинанд слегка нахмурил брови в ответ.

— Брат Сильвестр, что привело тебя сюда?

— Нет, старший брат Сильвестр, — поправил он.

— Сильвестр, — исправил его Фердинанд. Они посмотрели друг на друга несколько секунд, прежде чем вмешалась Рихарда.

— Вы оба ведёте себя неподобающе для кандидатов в герцоги! Нужно ли мне вам напоминать об этом?!

Они оба выпрямили спины, не желая быть отчитанными Рихардой. Ну, по крайней мере, он способен испытывать какие-то эмоции...

Сильвестр снова начал разговор: 

— Твой старший брат пришел поделиться с тобой своей мудростью! Я возьму тебя под свое крыло и научу всему, что ты хочешь знать. Когда ты дебютируешь следующей зимой, все будут поражены, — заявил он, сжимая кулак.

Он был полон решимости обращаться с младшим братом лучше, чем с ним поступала Георгина. Констанция была для него примером идеального сестринского поведения, так как она по-настоящему хорошо к нему относилась и поддерживала его стремление к Флоренсии.

Фердинанд наклонил голову набок: 

— Какую мудрость вы предложите мне, Сильвестр?

— Брат... —

— Сильвестр. —

Сильвестр надулся от того, что его младший брат отказался называть его старшим, но всё же продолжил: 

— Мы можем практиковаться в игре на харшпиле вместе. Мне говорили, что я довольно хорош в этом. Есть одна девушка, за которой я ухаживаю, и поэтому я усердно оттачиваю свои навыки. Она кандидатка в герцоги в одном из великих герцогств, так что я никогда не завоюю её благосклонности, если не улучшу свои умения. — Он гордо выпятил грудь. — Не стесняйся осыпать своего старшего брата похвалами, когда увидишь, как я улучшил свои навыки.

Его слуга подал ему харшпиль взрослого размера, и Сильвестр начал играть новейшую песню, которую выучил для Флоренсии. Закончив, Сильвестр повернулся к Фердинанду, чтобы увидеть его реакцию.

Он зааплодировал в ответ: 

— Очень хорошо.

— Довольно сухой ответ. Это все похвалы, которые ты можешь предложить своему замечательному старшему брату? — Сильвестр начинал верить, что его младший брат на самом деле старик, прячущийся под маской ребенка.

— Ты хорошо справился, Сильвестр, – произнес он монотонно.

Этот маленький нахал! Сильвестр внутренне ухмыльнулся и указал на харшпиль, детского размера, стоящий в углу комнаты. — Посмотрим, что ты можешь предложить, дорогой младший брат.

Рихарда принесла харшпиль для Фердинанда. Он начал играть мелодию, которая была не слишком сложной. Хотя он еще не достиг уровня Сильвестра, несомненно, превзошел бы его, если бы тот хоть немного расслабился.

Как же так, мой младший брат такой талантливый! Сильвестр поднялся со своего места и зааплодировал младшему брату. Он тут же потянулся и немного взъерошил волосы мальчику. 

— Мой младший брат такой талантливый! Может быть, ты мог бы стать герцогом вместо меня. Ты, безусловно, выглядишь достаточно умным для этого!

Сильвестр знал брата недолго, но даже по этой небольшой беседе с мальчиком мог сказать, что тот умен, как и говорил Карстед.

Фердинанд выглядел искренне удивленным и не знал, как реагировать на похвалу. Он поднял бровь, снова посмотрел на Сильвестра. 

— Насколько я понимаю, тебе не удастся получить руку кандидатки в герцоги из великого герцогства, если ты не станешь аубом, верно?

Сильвестр напрягся. Он повернулся к Фердинанду с суровым выражением лица. 

— Прости, младший брат, но я просто обязан стать аубом. Я не уступлю эту должность никому другому.

Фердинанд прищурил глаза, словно смотрел на что-то совершенно глупое. 

— Я никогда не говорил, что хочу стать аубом, брат. Ты старше меня и предназначен стать следующим аубом, но порой ведешь себя довольно неразумно.

Что с этим дерзким ребенком?! Сильвестр поморщился от суровых слов Фердинанда, но мальчик продолжал: 

— Боже мой, похоже, у меня нет иного выбора, кроме как оказать тебе значительную помощь в управлении Эренфестом, чтобы ты не вверг герцогство в хаос. 

Он покачал головой и вздохнул. На мгновение Сильвестру показалось, что он слегка улыбнулся.

— Нет, нет, братишка, — сказал Сильвестр, покачивая указательным пальцем. Он начал тыкать пальцем в щеку Фердинанда. — Это обязанность старшего брата защищать младшего, а не наоборот.

Фердинанд грозно посмотрел на Сильвестра, явно недовольный выходками своего брата.

— О, я чуть не забыл, я привез подарок в честь твоего крещения, — сказал он и жестом указал своему слуге. Тот передал коробку Рихарде. Она с улыбкой вручила ее Фердинанду.

Внутри находился набор для игры в Гевиннен. Фердинанд удивлённо моргнул, когда Сильвестр начал объяснять: 

— Это Гевиннен, я расскажу о правилах, когда мы начнём играть. — Он разложил фигуры и начал объяснять правила, а также, как направлять ману в фигуры. Сильвестр объяснял всё очень внимательно, обучая Фердинанда игре шаг за шагом. Когда объяснение подошло к концу, Сильвестр быстро и беспощадно одержал победу над Фердинандом.

Фердинанд смотрел на доску, и выражение недовольства было очевидным на его лице. 

— Ещё одну партия, — потребовал он.

Ах, видно, он не любит проигрывать. Однако сейчас стало легче с ним разговаривать.

Он улыбнулся, расставляя фигуры для новой партии. 

— Хорошо, но я не буду поддаваться, Фердинанд, даже если ты мой младший брат.

Они продолжали играть в гевиннен до конца чаепития, наслаждаясь временем, проведённым вместе.

* * * *

На следующий день он получил вызов от отца. Он заметил, что отец сильно устал, и старался слушать его как можно внимательнее.

— Я слышал, что ты встречался со своим новым братом. Что ты о нем думаешь? — спросил отец.

Сильвестр задумался на мгновение, а затем ответил честно: 

— Сначала он был тихим, но вскоре я узнал, что он довольно ворчливый и упрямый! Как старик! Умный, по крайней мере, но всё равно назвал меня дураком! И, кроме того, он не переносит поражений. Не дал мне уйти, пока не смог победить меня в гевиннене. — С хитрой улыбкой, Сильвестр начал рассказывать о своем чаепитии с Фердинандом.

Его отец усмехнулся. 

— Вижу, что вы ладите, это меня радует. — Он принял более строгий вид, и Сильвестр выпрямился. Отец почти никогда не выглядел серьезным, так что это стало для него неожиданностью. — Слушай меня внимательно, Сильвестр. Твоя мать не жалует Фердинанда, и, скорее всего, будет досаждать ему в обозримом будущем. Ты должен делать всё возможное, чтобы защитить его от нее, даже когда меня здесь нет.

Сильвестр моргнул. 

— Разве она не его мать тоже? Я не понимаю, почему она могла бы быть жестокой к тому, кого считает своим...

Его отец покачал головой:

— Она отказалась признать его на его крещении, поэтому его крестили без матери, — вздохнул он, словно находился на грани отчаяния. — Она объявила его бастардом, который не будет полезен для герцогской семьи. Она уверена, что он будет претендовать на место Ауба.

Она его настолько ненавидит? Сильвестр знал Фердинанда не так давно, но даже он мог сказать, что тот не проявлял интереса к месту Ауба. Его мать порой не желала слушать голос разума. Сильвестр вздохнул: 

— Я понимаю, отец. Я постараюсь защитить его и держать подальше от матери.

— Еще одна вещь перед тем, как ты уйдешь. Я бы хотел, чтобы ты не слишком полагался на фракцию своей матери, когда займешь место Ауба. Завоевать доверие Лейзегангов не получится сразу, но я прошу тебя приложить все усилия, чтобы со временем его заслужить.

Сильвестр посмотрел на своего отца с недоумением. Хотя он не всегда соглашался со своей матерью, он всё же понимал, что Лейзеганги никогда не примут его. Они питали сильную ненависть как к нему, так и к его отцу, поэтому ожидания были весьма высокими. — Я постараюсь изо всех сил, отец...

* * * *

Он все еще размышлял над словами отца, когда они собрались на ужин вечером. Разговор шёл своим чередом, как вдруг один из пожилых слуг Фердинанда потерял сознание во время трапезы, а вскоре за ним последовал и сам Фердинанд.

Другие слуги Фердинанда тут же начали действовать: Рихарда попыталась определить, какой яд он принял, а остальные проверяли слугу, который пробовал его еду на наличие яда. Казалось, они уже привыкли к подобным ситуациям, в то время как Сильвестр мог только смотреть на это с ужасом. Он посмотрел на свою мать, чьи алые губы были изогнуты в улыбке.

Холодок пробежал по спине Сильвестра, когда он увидел, как его мать наслаждается мучениями бедного мальчика. Видеть свою любящую мать в таком жестоком обличии было очень странно — он был почти уверен, что перед ним совершенно другой человек.

Слуги Фердинанда отнесли его в комнату. Сильвестр уже собирался последовать за ними, чтобы присмотреть за младшим братом, как вдруг его остановила мать.

— Сильвестр, тебе не следует проявлять заботу о ребёнке непоняятного происхождения. Это недостойно будущего герцога, — холодно произнесла она, схватив его за руку.

Сильвестр вздрогнул, глядя на существо, которое считал своей матерью, произносящее такие жестокие слова. Он рывком освободил руку и сказал: 

— Я пойду навестить своего младшего брата. Не пытайтесь меня остановить!

Он поспешно направился в комнату Фердинанда, пока его мать не успела возразить. Издалека доносились звуки спора его родителей.

Когда он наконец добрался, слуги Фердинанда уже ввели ему противоядие после того, как заставили его выкашлять съеденное. Он лежал в своей постели, восстанавливаясь.

— С ним всё будет в порядке, Рихарда? — спросил Сильвестр, не пытаясь скрыть беспокойства. Он помнил, как Георгина отравила его, и знал, насколько мучительным может быть отравление.

— Да, с ним всё будет в порядке после отдыха. Эти отравления стали довольно частыми, так что он уже к ним привык, — вздохнула она.

Сильвестр сжал кулаки от разочарования. Он привык к ним? Разве это то, к чему должен привыкать ребенок?

Он знал, что сейчас не может ничего для него сделать, поэтому, убедившись в его стабильном состоянии, отправился в свои покои.

У своих покоев Карстедт стоял на страже у двери. 

— Карстедт, мне нужно кое-что у тебя попросить, — начал Сильвестр.

Карстедт удивленно посмотрел на него, но кивнул, предлагая продолжать.

— Моему младшему брату грозит серьезная опасность. Пока он находится в замке и не поступил в академию, прошу тебя оставаться его защитником и оберегать от моей матери и всех, кого она может отправить.

Карстедт опустил взгляд, словно обдумывая что-то на мгновение, прежде чем согласиться. — Я понимаю. Я сделаю все возможное, чтобы защитить его. — С этими словами он стукнул себя в грудь и, найдя себе смену, направился в комнату Фердинанда.

Сильвестру предстояло многое обдумать этой ночью, так как теперь он осознал опасность, в которой оказался его младший брат из-за матери. Он не был уверен, насколько серьезной станет ситуация, но понимал, что должен защитить брата любой ценой.

Не волнуйся, Фердинанд, твой старший брат постарается изо всех сил!