Лужа крови у дома 221Б

Все присутствующие замерли в оцепенении. В первую секунду никто не успел даже нажать на кнопку затвора камеры. Все просто молча смотрели на девушку, не веря своим глазам. Неужели они спят? Разве может существовать такая красота?

После этого события вышли из-под контроля.

Лицо Найтингейл в одночасье появилось почти во всех изданиях Империи.

Казалось бы, у Империи, разбросанной по континенту, с огромным населением и различными культурами, не могло быть единого стандарта красоты. Кто-то предпочитал высоких, кто-то — худых, а кто-то и вовсе любил женщин ростом полтора метра и весом под двести пятьдесят фунтов.

У красоты не может быть объективного ответа. У каждого своя теория.

Но в тот миг люди вдруг осознали, что если красота достигает определённого уровня, все эстетические разногласия исчезают.

Им хватило одного взгляда на фотографию в газете, чтобы, невероятно легкомысленно, но при этом с твёрдой уверенностью, заключить: эта девушка — самая красивая женщина в мире.

И никаких «возможно».

...

День Святой Любви закончился. Наступило утро. В белизне зимнего снега всё ещё витал тонкий, горьковатый запах остатков фейерверков.

В дом 221Б по Бейкер-стрит снова вернулось подобие жизни.

По крайней мере, окна покрылись изморозью, а это означало, что кто-то растопил камин.

В десять часов утра Шерлок уже два часа сидел в кафе напротив. Он выпил семь чашек кофе, и когда попросил восьмую, официант любезно предупредил его, что чрезмерное употребление кофе вредит здоровью.

Шерлок не знал, боялся ли тот за кофе или за его сердце — что оно вот-вот откажет, и он умрёт прямо в зале. Так или иначе, он виновато улыбнулся, выпил ещё три чашки, оставил деньги на столе и вышел из кафе.

На холодном ветру он плотнее завернулся в пальто. Казалось, он принял какое-то невероятно трудное решение. Наконец, стиснув зубы, он решительно перешёл улицу и постучал в дверь первого этажа дома 221Б.

Через несколько мгновений дверь открылась.

На лице миссис Хадсон было нескрываемое недовольство. Она, кажется, ничуть не удивилась его приходу и сразу перешла к делу:

— Я знаю, у меня нет права злиться. Ты спас меня, а я выгнала тебя из дома. По справедливости, я должна чувствовать себя виноватой. Но я всё равно злюсь. Ты знал этого коротышку всё это время, почему ты мне не сказал?!

Шерлок скривился. «Потому что ты не спрашивала», — подумал он.

Но он был не настолько глуп, чтобы выдать такой ответ прямо сейчас. Он уже собирался придумать что-нибудь правдоподобное.

— Я знаю, я не спрашивала! — миссис Хадсон вдруг сама ответила на свой вопрос. — Но ты хоть представляешь, через что я прошла, сколько раз я себя ругала? Я то надеялась, что всё это правда, то молилась, чтобы это оказалось просто сном! Да, это мои проблемы, и я сама виновата, но кто же мог знать, что ты, какой-то детектив из Нижнего города, знаком со Святым Наследником?! Кто мог подумать… Ладно, прости. На улице холодно, заходи скорее…

Её голос сначала был быстрым, затем стал более надрывным, обиженным, готовым вот-вот сорваться в плач, но в конце вдруг обессилел. Все обиды растворились в искреннем извинении.

Она посторонилась, пропуская Шерлока внутрь.

Дрова в камине, не горевшие несколько дней, отсырели, и при растопке издавали треск.

Но паре в комнате это не мешало.

Миссис Хадсон знала, что Шерлок уже просидел всё утро в кофейне, ведь его было видно в окно. Поэтому вместо кофе она сварила ему горячего молока.

Они долго разговаривали.

После того фарса в соборе, беготни по крышам и ночной беседы у Темзы, кажется, им нечего было скрывать друг от друга.

Спустя целых два часа они, казалось, наконец разобрались в произошедшем.

— Хорошо. Хоть в это и трудно поверить… но другого выбора, кроме как поверить, у меня нет, — миссис Хадсон устало вздохнула, смиряясь с судьбой.

Шерлок замялся.

— Значит, ты… всё ещё Святая Дева?

— Да, — развела руками миссис Хадсон. — Тот Первосвященник приходил ко мне на днях. Говорит, по его мнению, Святая Дева — это просто Святая Дева. Выходить замуж за Святого Наследника не обязательно. Это, мол, всего лишь дурной обычай, заведённый первыми поколениями после начала Священного календаря. Святой Свет никогда не говорил, что они должны быть парой. Возможно, изначальный смысл Святого Света был в том, чтобы Святой Наследник просто присутствовал на коронации Святой Девы. А то, что Девы сами бросались ему в объятия, — так это их личное дело.

Шерлок внимательно переварил услышанное, затем подошёл ближе и понизил голос:

— Что-то мне подсказывает, что этот Первосвященник из Храма Святого Света — не совсем надёжный товарищ. Выходит, слова Святого Света можно трактовать как угодно?

Миссис Хадсон лишь скривилась. Она не могла критиковать Первосвященника, но по её виду было ясно: она думала то же самое.

На этом моменте Шерлок решил, что время пришло.

На самом деле, его не сильно волновало, как именно нужно понимать Святой Свет, насколько велика власть Святой Девы и каковы её новые обязанности.

Всё это было слишком далеко от его реальности.

Его волновало вот что:

— Слушай… я могу вернуться? У меня там наверху диван остался. Когда ты меня выгнала, ты даже не дала его забрать.

— У тебя с диваном, кажется, очень глубокие отношения, — заметила она.

— Да не то чтобы, но на нём удобно сидеть. Понимаешь, там вмятина как раз посередине, — Шерлок показал руками, насколько глубока была та вмятина.

— Пф, — фыркнула миссис Хадсон и, делая вид, что смотрит куда-то в сторону, закатила глаза. — Через несколько дней меня будут сопровождать в Священный город, Иерусалим. В этой квартире я, разумеется, больше жить не смогу. Так что… присмотри пока за домом. Платить тебе за это я не стану, нет времени. Просто живи здесь, и будем считать, что мы квиты.

Шерлок улыбнулся.

Похоже, новый статус Святой Девы не сильно изменил характер его хозяйки.

Через несколько минут миссис Хадсон передала Шерлоку ключи от дома 221Б по Бейкер-стрит. Она вышла за дверь, и их прощание было предельно простым. В переулке её уже ждали монахини в белых рясах. Они помогли ей сесть в подъехавшую карету, и та, набирая ход, скрылась за поворотом.

Глядя, как карета исчезает, Шерлок не мог решить, плохой у него жребий или хороший. Обычный частный детектив — и вдруг знаком и со Святым Наследником, и со Святой Девой.

И у него было предчувствие, что с этими двумя друзьями он скоро увидится снова.

Он опустил взгляд на ключи в руке.

Что ж, в целом, ему повезло. По крайней мере, у него теперь есть постоянное жильё. В наше время в Лондоне иметь крышу над головой, за которую не нужно платить аренду, — это уже счастье.

Он улыбнулся, жонглируя ключами, и начал прикидывать, когда бы перевезти свои вещи.

В этот момент подул холодный ветер.

— Кхха!!!

Шерлок резко выплюнул изо рта сгусток крови, который упал на свежий снег у порога, оставив большое алое пятно.

Он прислонился к стене, вытер рот, и на его лице появилось недовольное выражение.

— Столько дней прошло, а лучше всё равно не становится?