Начало Дня Святой Любви

Хрум… хрум… хрум…

Кости перемалывались в его пасти. Он медленно пережёвывал их, и между белоснежными клыками и иссиня-чёрной кожей сочилась кровь, создавая жестокий контраст.

Демон… сожрал заживо своего собственного призывателя?

Люди за пределами полигона, скрытого высокой зелёной изгородью, не знали, что творится внутри. По улице проезжали экипажи, раздавались гудки автомобилей, пешеходы проходили всего в нескольких десятках метров от кровавой сцены.

Им повезло. Они не видели этого зрелища, а значит, им не придётся неделями просыпаться в холодном поту от ночных кошмаров.

Наконец, спустя, казалось, вечность, хруст прекратился. Тощий гигант, словно смакуя послевкусие, облизал зубы, очищая их от ошмётков плоти, а затем молча скрылся в Пространственном разломе.

Лишь тогда оцепенение спало. Сотрудники «Белого Шипа» ринулись на полигон и окружили Шерлока. Ватсон нащупал его пульс и с недоверием убедился, что этот донельзя ослабевший человек всё ещё жив. А лихорадочная, болезненная улыбка наконец сошла с его лица, сменившись выражением облегчения и глубокого удовлетворения.

Что до господина Экзекутора… он был мёртв. Он умер на глазах у всех, и его смерть была очевидной и неоспоримой.

Он погиб от обратной связи со своим демоном… а затем был им съеден.

Пусть это и было странно, пусть Экзекутор и был могущественным воином на пике второй ступени, пусть он и был Манипулятором, который никак не мог потерять контроль над своим созданием…

Но, как гласило то самое «Соглашение о рисках», изданное Святым Престолом…

…в любом деле возможны непредвиденные случайности.

А соглашение о рисках этой проверки было подписано. Все травмы и потери, понесённые в ходе теста, не имели отношения к другой стороне. Дюжина членов свиты лично принесла клятву, и эта клятва уже была отправлена в Трибунал.

Так что смерть Экзекутора Ивновича — это просто смерть. Какой бы дикой и странной она ни была.

Как позже скажет Марк следователям, прибывшим в «Белый Шип» для расследования инцидента:

— Едва он появился, как его сожрал собственный демон. Что тут ещё рассказывать?

Внезапная инспекция начальства закончилась ещё более внезапно. По-видимому, чтобы не поднимать шума и не гневить Его Высочество Святого Наследника, Отдел Правосудия не стал присылать в Лондон никого другого.

Мир вдруг стал на удивление спокойным. Лишь фейерверки над Темзой вспыхивали всё чаще, а на улицах целовалось всё больше влюблённых.

...

Дверь Церковной больницы Святого Делиана отворилась. Ватсон с корзинкой фруктов поднялся на второй этаж, вошёл в самую дальнюю палату и сел у кровати Шерлока.

После того «тренировочного теста» образ Шерлока в глазах всех сотрудников «Белого Шипа» кардинально изменился.

Можно было даже сказать… что его теперь считали героем.

Экзекутор Ивнович был мёртв, и его смерть была оформлена по всем правилам. «Белый Шип» не понёс никакой ответственности перед Святым Престолом. Гнев сотрудников нашёл выход. Компенсацию за смерть Лэмпарда и годовые субсидии выплатят полностью.

И хотя всё это произошло из-за странной случайности, все почему-то считали, что заслуга в этом принадлежит Шерлоку. Ведь там, посреди снежной бури, новичок, ставший Контрактором всего три месяца назад, нанёс могущественному Экзекутору реальный урон и несмываемое оскорбление.

Потрясение от той сцены не прошло до сих пор. Госпожа Ивлин-Мэри в последние дни всё чаще ловила себя на мысли, что этот вечно отсутствующий детектив порой не уступает в обаянии доктору Ватсону.

Вот если бы он ещё причёсывался время от времени…

А что же Ватсон?

Все эти дни перед сном он снова и снова прокручивал в голове события того утра. Он чувствовал невероятное удовлетворение и в то же время не мог отделаться от смехотворной и жуткой мысли… а что, если всё это — дело рук Шерлока?

— Ну и чем ты сегодня занимаешься, лежишь тут без движения? — с подозрением спросил он, глядя на пациента, который неподвижно пялился в потолок.

— Ощущаю вращение планеты, — не моргнув глазом, ответил Шерлок.

Ватсон вздохнул. Проигнорировав его, он достал яблоко, тщательно очистил его от кожуры, нарезал на дольки и принялся есть сам.

В последние дни Шерлок то и дело впадал в ступор. На вопрос, чем он занят, он выдавал самые диковинные ответы.

Например: «Вспоминаю, как в младенчестве мой мозг адаптировался к напряжению мышц ног, когда я только учился ползать».

Такие ответы, несомненно, были небрежной отговоркой — ведь люди не сохраняют воспоминаний из младенчества. А сегодняшнее «ощущаю вращение планеты» и вовсе походило на дурную шутку.

Впрочем, Ватсон не обращал на это внимания. Вот если бы Шерлок вдруг стал милым и приятным в общении — это было бы по-настоящему страшно.

Доев яблоко, он взял с тумбочки несколько листков с результатами анализов, пробежал их глазами и, следуя своему врачебному долгу, сказал:

— В твоих результатах, должно быть, ошибка. Не забудь сказать об этом администрации после обеда, пусть сделают повторный тест.

— А? Опять ошибка? — в голосе Шерлока прозвучало раздражение.

Церковная больница Святого Делиана была особым медицинским учреждением Святого Престола, открытым лишь для определённого круга лиц. Шерлок попал сюда только благодаря своей службе в «Белом Шипе». Оборудование здесь было самым современным, а обследования — самыми тщательными.

Вчера, чтобы проверить, не повредился ли он умом во время «теста», ему провели серию тестов на реакцию.

Результат: время мгновенной реакции — 0,03 секунды.

Это определённо была ошибка. Ведь даже время реакции мухи, чьи волоски улавливают малейшие колебания воздуха, составляет всего 0,15 секунды.

Это был козырь, который хрупкое существо оттачивало миллионы лет эволюции, чтобы выжить в этом мире.

Человек… был абсолютно не способен на такое.

Положив листки обратно на тумбочку, Ватсон с досадой посмотрел на Шерлока, который нежился в постели, как знатный вельможа. Из-за смерти Экзекутора «Белый Шип» был завален бумажной работой, а этот бездельник вёл себя так, словно его это совсем не касалось.

— Кстати, а какой показатель считается нормальным? — внезапно спросил Шерлок.

— Насколько я знаю, реакция обычного человека — около 0,4 секунды. У тренированного солдата — примерно 0,2. Реакция — сложный процесс: мозгу нужно передать сигнал по нервам к мышцам, а затем получить обратную связь. Контракторы не могут улучшить этот параметр. В Академии Наук о Жизни, возможно, и есть какие-то препараты, но побочные эффекты наверняка огромны. В общем, особого простора для улучшений тут нет.

Шерлок выслушал объяснения Ватсона и кивнул. Он понял, что, хоть и старался намеренно замедлить свою реакцию, она всё равно была слишком быстрой.

— Кстати, точное время начала Дня Святой Любви уже объявили? — вдруг спросил он.

Ватсон слегка удивился.

— Два дня назад в газетах было правительственное объявление. День Святой Любви официально начнётся завтра. Всем гражданам Империи предоставляется выходной. — Он с недоумением посмотрел на Шерлока. — Ты же никогда не интересовался этим праздником. С чего вдруг такие вопросы?

Шерлок вздохнул.

— Хоть я и говорил, что не хочу лезть в чужие секреты, но лежать тут целыми днями было так скучно, что я немного поразмыслил над тем, почему моя хозяйка так настойчиво пыталась меня выселить. Я правда не хотел, просто… немного поразмыслил. И…

Тут Шерлок повернул голову и со сложным выражением лица посмотрел на Ватсона.

— Я знаю, это прозвучит невероятно… но миссис Хадсон, похоже, и есть Святая Дева.

Ватсон сначала замер, а затем на его лице отразилось выражение «ты, мать твою, издеваешься». Он открыл рот, закрыл, но так и не смог вымолвить ни слова.

Он понял, что Ватсон в полном шоке.

Впрочем, когда Шерлок сам пришёл к этому выводу, он тоже был немало удивлён.

Но сразу же после этого он вспомнил о низкорослом очкарике. И тогда множество разрозненных фактов — время и место его появления, его горничная, особняк, в котором он жил, — начали сами собой складываться в единую картину. И он, с большой неохотой, пришёл к ещё более абсурдному выводу.

Как он уже говорил ранее…

— Даже в бульварных романчиках, которые печатают на последних страницах третьесортных газет, на такое не решаются…