Конец

Весна пришла осторожно.

Сад Ауреллинов был залит мягким светом, и воздух пах молодой листвой, тёплой землёй и цветами, которые распускались слишком быстро — будто боялись опоздать к новой жизни.

Мираэль стояла у окна своей комнаты и смотрела вниз, где слуги выравнивали дорожки и подрезали кусты.

Она не думала о цветах.

Она думала о нём.

О том, как он исчез из её покоев на рассвете.
О том, как его пальцы дрожали, когда он убирал прядь её волос.
О том, как он смотрел… так, словно если она исчезнет — рухнет мир.

— Вы опять не завтракали, госпожа, — пробормотала служанка.

— Не до еды.

— До любви?

Мираэль бросила на неё взгляд.

— Я тебя уволю.

— Тогда я успею посмотреть свадьбу, — хитро улыбнулась та и выбежала.

Мираэль прикрыла лицо ладонями.

Боже…

Стук в дверь.

Резкий. Уверенный.

— Войдите, — сказала она и тут же поняла по шагам.

Лисандер.

Он стоял на пороге. Чёрная рубашка подчёркивала его плечи, волосы были слегка растрёпаны, взгляд — слишком живой для человека, который не спал всю ночь.

— Ты здесь, — выдохнула она.

Он не улыбнулся сразу. Смотрел на неё так, будто боялся.

— Я безумно скучал.

— Я тоже милый, — сказала она прикрыв руками лицо, слегка смутившись.

— Милый…

Он сделал шаг.

Она — навстречу.

Они остановились в шаге друг от друга.

— Твой отец ищет меня по всему дому, — сказал он.

Она скривилась.

— Он ищет тебя с момента, как ты поцеловал меня на лестнице.

— Это было стратегически неверно?

— Это было… заметно.

Лисандер усмехнулся, но в глазах мелькнуло напряжение.

— Я не пришёл прятаться.

— Тогда зачем?

Он выдохнул.
Медленно.
Будто собирался в бой.

— Потому что если я не скажу это сейчас, я снова уйду в войну.

Он опустился на одно колено.

Мираэль застыла.

— Лисандер…

— Послушай.

Он достал кольцо.

— Я не могу обещать тебе покой.
Но могу обещать, что ты никогда не будешь одна.

Он поднял на неё взгляд.

— Я не хочу править без тебя.
Я не хочу жить без тебя.
Я не хочу просыпаться, если тебя нет рядом.

Пауза.

Её дыхание сбилось.

— Ты выйдешь за меня?

Она смотрела на него.
На сильного, страшного, прекрасного мужчину, который стоял перед ней…
не как император.

А как влюблённый.

— Ты понимаешь, что мой отец убьёт тебя?

— Я уже умирал, когда ты покидала меня.

Она рассмеялась сквозь слёзы и резко наклонилась, схватила его за воротник.

— Да.

Он встал и сразу прижал её к себе.

Слишком крепко.

— Повтори.

— Да, Лисандер.

Он накрыл её губы поцелуем — глубоким, горячим, таким, что она вцепилась в его рубашку, теряя равновесие.

Она чувствовала его дыхание, жар кожи, то, как его ладонь скользнула к её спине, прижимая ближе.

— Ты… подожди, — прошептала она между поцелуями.

— Ты… моя война и мой мир.

Он поцеловал её снова — медленно, дразняще, пока у неё не перехватило дыхание.

И именно в этот момент дверь распахнулась.

— МИРАЭЛЬ!!!

Федон Ауреллин стоял на пороге.

Пауза.

Лисандер не отступил.

— Герцог Ауреллин, — спокойно произнёс он.

— Ваше величество, — холодно ответил Федон. — Вы опять в спальне моей дочери.

Мираэль выскользнула из рук Лисандера.

— Папа, он… сделал предложение.

Тишина.

— …Что?

— Он.
Мне.
Сделал.
Предложение.

Федон побледнел.

— В твоей комнате?!

— Это романтично, — вставил Лисандер.

— Это безнравственно!

— Это судьба.

Федон сжал трость.

— Я запрещаю.

Мираэль упёрла руки в бока.

— Ты не можешь запрещать мне любить.

— Я могу запрещать ему приближаться!

— Тогда тебе придётся сначала победить его на дуэли.

Лисандер приподнял бровь.

— Я не против.

— Я против! — рявкнул Федон.

Прошло три дня.

Федон пытался: запереть двери, поставить охрану, увезти Мираэль в другой флигель.

Но…

Император знал обходные пути.
Служанки любили Мираэль.
А ночь не спрашивала разрешения.

И теперь сад был полон лилий.

— Я сказала: белые, а не кремовые! — ворчала Мираэль, раздавая указания.

— Ты станешь ужасной герцогиней.

— Я стану прекрасной императрицей.

Голос за спиной:

— Я стану счастливым мужчиной, — сказал он, с довольной ухмылкой.

Она обернулась.

Лисандер стоял с букетом.

— Твой отец считает, что я порчу тебя.

— Он тебя недолюбливает, интересно почему?

— А ты?

Она подошла ближе.

— Ты делаешь меня живой.

Он наклонился.

— Тогда я буду рядом, всегда.

Он поцеловал её — уже без спешки, с мягкой улыбкой, но с тем же жаром.

Она обняла его за шею.

— Ты знаешь, что папа сейчас наблюдает?

— Пусть учится.

Громко рассмеялась Мира. Её улыбка дарила тепло всем кто её окружает, и прежде всего за её счастье беспокоился её отец.

Он смотрел из окна.

— Голубки… — буркнул он. — Я был таким же. Но он… Я никогда не был настолько наглым. Эх, что поделаешь, главное она счастлива и готова встретить своё будущее с ним. Ни Ровейн, ни Морвен, ни империя, я не позволю мешать твоему счастью. Жена моя, не беспокойся за наше дитя…

А в саду они смеялись. Радовались каждому мгновению которое они проводили вместе.

Их путь был сложным, но они смогли преодолеть все трудности и препятствия.

Впереди была жизнь. Счастливая жизнь.

И любовь, которую они подарят окружающим, и своим близким.