Она жива…
Лисандер вошёл в особняк Ауреллин без объявлений.
Он прошёл мимо слуг, мимо застывших в поклоне стражей, не слыша ни слов, ни шагов.
Его вёл только один страх.
Дверь её комнаты была приоткрыта.
Он толкнул её плечом.
Тишина.
Постель — аккуратно заправлена.
Подушки лежали ровно.
Ни следа тела. Ни дыхания. Ни тепла.
— …нет, — вырвалось у него.
Он подошёл ближе, коснулся покрывала.
Холодное.
Сердце ударило так, будто хотело пробить грудь.
Опоздал.
Мысль была мгновенной и страшной.
— Нет… нет… — он резко обернулся, словно она могла стоять за спиной.
Комната была пуста.
В груди поднималась паника — та, что не кричит, а сжимает горло.
Он вышел в коридор.
— Где она?! — голос сорвался.
Слуга вздрогнул.
— В… в саду, Ваше Величество…
Сад.
Он пошёл почти бегом.
Двери распахнулись — и воздух стал другим. Тёплым. Живым.
Запах роз и влажной земли ударил в лицо.
Она стояла у старого фонтана.
В светлом платье, слишком простом для герцогини.
С распущенными волосами, в которых играл утренний свет.
Она держалась за край камня, словно боялась, что земля под ней может исчезнуть.
Живая.
Лисандер остановился.
Мир вдруг стал слишком узким для дыхания.
Она обернулась.
Их взгляды встретились.
— Лисандер…
Голос был слабый, но настоящий.
Он сделал шаг.
Потом ещё.
Каждый шаг давался тяжело, словно ноги помнили битву.
— Ты… — она улыбнулась, неуверенно. — Ты пришёл.
Он подошёл вплотную.
Слишком близко.
Он видел, как дрожат её пальцы.
Как бледны губы.
Как в глазах — не страх, а ожидание.
— Я думал… — голос хриплый. — Я думал, что…
Она протянула руку и коснулась его щеки.
Тёплая.
— Я здесь.
Всё внутри него рухнуло.
Он обнял её — осторожно, будто она могла рассыпаться.
Она уткнулась лицом в его грудь.
— Я чувствовала, что ты жив, — прошептала она. — Но не знала… вернёшься ли.
Он закрыл глаза.
— Если бы ты не была здесь… — тихо. — Мне было бы всё равно, что станет с миром.
Она подняла на него взгляд.
— Ты говоришь это, как безумец.
— Я им и стал.
Он коснулся её лба своим.
— Мне достаточно одной твоей прекрасной улыбки. Одной. И я всем дал понять что ты моя.
Она покраснела.
— Ты не умеешь говорить мало лишнего.
— А ты не умеешь быть незаметной.
Она рассмеялась — слабо, но искренне.
И в этот момент он почувствовал, как в груди что-то срывается.
Сначала — головокружение.
Потом — тяжесть.
Он опустил голову ей на плечо.
— Лисандер?..
Он тяжело выдохнул.
— Всё в порядке… просто… — голос стал глухим. — Не хотел падать раньше времени.
Она обняла его, испугавшись.
— Ты ранен?
— Было… не легко.
Она почувствовала влажное тепло на своей ладони.
Кровь.
— Ты дрался с ним…
Он кивнул, не поднимая головы.
— Морвен жив. Но… больше не бог.
Она закрыла глаза.
— Ты мог погибнуть.
— Я не мог не прийти.
Она держала его, как могла.
— Тебе нужно лечь.
— Нет… — он слабо усмехнулся. — Я слишком долго шёл к тебе, чтобы теперь уйти первым.
Она провела рукой по его волосам.
— Тогда иди… со мной.
Они медленно пошли к скамье под деревом.
Он сел, опираясь на неё.
— Ты выглядишь… как сон, — прошептал он. — Тот самый.
— А ты выглядишь… как человек, который не умеет беречь себя.
— Потому что берегу тебя.
Она опустила голову ему на плечо.
И впервые за долгое время сад был не местом ожидания —
а местом, где они были вместе и рядом друг с другом в реальности.
Война ещё не закончилась.
Церковь ещё не пала.
Кайлос ещё не пойман.
Но сейчас —
он дышал.
она стояла.
И между ними не было сна.