Трещины под светом

После ухода императора особняк ещё долго не засыпал.

Мира стояла у окна в своей комнате, опираясь ладонью о холодный мрамор подоконника. Дыхание было ровным — слишком ровным, будто она сознательно контролировала каждый вдох.

Он знает.
И не знает одновременно.

Это пугало сильнее прямого разоблачения.

— Госпожа, — тихо произнёс Леннон, появляясь у двери. — Вы побледнели.

— Я в порядке, — ответила она автоматически.

Но в тот же миг мир качнулся.

Не резко — коварно, почти ласково. В ушах зазвенело, зрение на мгновение потускнело, будто кто-то приглушил свет.

— Мираэль! — Леннон успел подхватить её за плечи.

Она сжала его рукав.

— Тише… — прошептала она. — Никому ни слова.

Он нахмурился.

— Это уже не просто усталость.

Она знала.

Дело было во снах, хоть она долго не посещала его, но тех визитов хватило чтобы так сильно её истощить.
Тепло, которое она дарила… не возвращалось полностью.

Морвен говорил, что это нормально.

Но почему тогда каждый раз становилось хуже?

На следующий день, утром когда Мира делала утренние процедуры, но с заметной слабостью

-Госпожа, не хотелось вас тревожить но это важно,- заставил себя сказать Леннон

-Извещение пришло ранним утром.

Плотная бумага с императорской печатью, короткая формулировка, без излишней вежливости:

«Леди Мираэль Ауреллин Сью Лихананна обязана явиться во дворец для участия в расширенном совете по делу торгового судна и действиям дома Ровейн».

Мира прочла строку дважды.

Ровейн.

Имя кольнуло, как всегда. Слишком часто оно стало звучать рядом с кровью, оправданиями и «вынужденными мерами».

—Раздражает. — с заментной нервозностью сказала она.

Медленно сложила письмо, положила его на стол и на мгновение закрыла глаза.

Отец бы не позволил этому дойти так далеко.

Мысль пришла неожиданно — не горькая, а тихая. Она редко позволяла себе думать о нём. Холодный, отстранённый, всегда занятый делами дома… но в моменты опасности он всегда оказывался между ней и миром.

Теперь между ней и миром — никого.

— Леди, — Леннон стоял у двери, внимательно наблюдая за её лицом. — Карета будет готова через час.

— Хорошо, — ответила она спокойно. — Благодарю.

Когда дворец показался впереди, сердце сжалось странно — не от страха, а от ощущения, что сегодня что-то изменится.

Она ещё не знала — что именно.

Зал совета был заполнен.

Дворяне великих и малых домов, представители гильдий, военные советники — все говорили вполголоса, но напряжение чувствовалось почти физически.

Мира заняла своё место, держа спину ровно, движения — выверенными. Она ощущала на себе взгляды. Любопытные. Оценивающие. Иногда — завистливые.

Лисандер уже был там.

Он не смотрел на неё открыто, но она чувствовала его присутствие так же ясно, как тепло от огня. Это странным образом успокаивало… и одновременно делало всё опаснее.

— Мы собрались, — начал один из старших советников, — чтобы рассмотреть действия Вальтера Ровейна…

Речь текла ровно, сухо. Слова «безопасность», «угроза», «проверка» повторялись слишком часто.

Мираэль слушала, но с каждой минутой внутри нарастало странное ощущение — будто что-то медленно вытягивает из неё силы. Не боль, нет. Скорее… пустота.