Слова, которые спасли

Прошло несколько дней с тех пор.

Мы все это время сидели в номере, никуда не выходили и почти не пересекались с девочками. Дождь, начавшийся тогда, все еще не прекращался, хотя на следующий день обещали солнце.

Из-за непогоды перенесли и фестиваль Танабата, на который так рвалась Рэй. Вернее, рвется до сих пор — теперь она ждет, когда небо прояснится. Если завтра погода наладится, вечер мы проведем под открытым небом, наблюдая за огромным фейерверком.

— Пацаны, может, в карты? — предложил Кента, разжевывая жвачку.

— Да хватит уже с этими картами! Мы в них целыми днями играем! — я махнул рукой, глядя в окно.

— Предлагаю хоть из номера выйти. А то мы появляемся за его пределами только во время еды, — Рэн взглянул на часы. — Как раз время ужина.

— Ну, хавать — это святое! — Кента подскочил и уже направился к двери. — Догоняйте!

Я тоже посмотрел на время и удивился: до ужина оставалось еще минут двадцать.

— Ты его специально выпроводил?

— Да. Мне есть что сказать. — Рэн встал и сел рядом. — Еще тогда, в том мире, я хотел тебе это сказать, но не мог. Ты ее не убивал, пойми.

— Не начинай…

Совесть по-прежнему грызла меня. Да, я понимал: я не знал. «Или я, или она». Но все же… Киоки сама не понимала, куда попала. Пытаясь уничтожить зло, я убил человека, который даже не осознавал происходящего.

— Не могу промолчать. — Рэн положил руку мне на плечо. — Я, может, и не человек, но вижу, как ты замкнулся в себе. Даже Рэй не может вывести тебя на диалог. Даже на конфликт, которые у вас раньше случались постоянно.

— Насчет второго есть простое объяснение: я привык. И недавно признался себе… да и не только себе… в чувствах, которые сам не мог принять. Хотя, может, и принял — не знаю. — Я посмотрел ему в глаза. — Даже если я когда-нибудь пойму, что не виноват, осадок все равно останется.

Я встал с кровати. От резкого движения слегка закружилась голова — или это просто от стресса. Сейчас я вообще мало что соображал.

— Пойдем, а то сейчас ворвется разъяренный Кента и устроит допрос, зачем ты его обманул…

За столом Кента тут же набросился на Рэн, доказывая, насколько тот неправ. Я молча наблюдал за их перепалкой, пропуская слова мимо ушей.

Вскоре подошли остальные. Рэй снова начала рассказывать о своих планах по улучшению клуба и слегка затронула недавние события. Все быстро успокоились — только я сидел, как понурая рыба, не находя себе места.

— Харуто! — крикнул Кента рыжему парню, который стоял рядом с Каэде, выбирая, где сесть. — Идите к нам!

Мы подвинулись, освободив место, и слегка скучились, чтобы пара могла присесть. Каэде устроилась рядом со мной и сразу же принялась уплетать суп, лишь потом обратив на меня внимание.

— А ты чего такой грустный?

— Я? Да нет, все нормально… — я слабо улыбнулся.

Девушка продолжила есть, а я вдруг поймал на себе взгляд Саюри. Непривычно обеспокоенный. Впервые за все время она так долго не отводила глаз, не пряталась.

Когда все закончили ужинать и перешли к болтовне, Саюри незаметно дернула меня за рукав футболки и жестом пригласила выйти.

Мы остановились у выхода, освещенные бледным светом восходящей луны. Я молча наблюдал, как девушка нервно перебирает пальцами, подбирая слова.

— Мне… Рэй рассказала, почему ты такой… — наконец заговорила она, избегая прямого взгляда. — Хотя она и сама не уверена. Ты ведь ничего не объясняешь, но… Пожалуйста, не переживай так.

— Почему сегодня все вдруг решили меня утешать? — я сдавленно выдохнул, сжимая кулаки. — Понимаешь, ее слова «Ты убил меня», это лицо в слезах и крови… Это не то, что забудешь за пару дней.

— Я… я понимаю… — Саюри сделала неуверенный шаг ко мне. — Просто… Я хотела, чтобы ты перестал так мучиться. Попробовал взглянуть на все иначе!

— Что ты имеешь в виду?

— То… то есть… — она растерянно замолчала, затем вдруг подняла на меня глаза, и в них читалась редкая для нее решимость. — Что ты, несмотря ни на что, прекрасный человек! Я всегда чувствовала себя лишней в клубе, но только ты… ты никогда не смотрел на меня свысока. Всегда находил слова поддержки. И не только мне!

Ее голос крепчал, слова лились теперь без прежней робости:

— Ты помогал Рэй, когда она попадала в опасные и сумбурные ситуации. Только тебе Рэн мог доверится и всегда что-то рассказывал. Даже Кента, который с одной стороной странный, а с другой дерзкий и смелый парень, ты принимал таким, какой он есть. Разве после этого ты можешь считать себя…

Она запнулась, не решаясь договорить, но смысл был ясен. Луна высветила ее лицо — впервые за все время я видел Саюри такой искренней, без обычной скованности.

— Саюри, послушай… — попытался я вставить слово, но она резко перебила меня.

— Нет, ты послушай! — ее голос прозвучал неожиданно твердо, заставив меня вздрогнуть. В лунном свете я видел, как ее тонкие брови гневно сдвинулись. — Ты даже не понимаешь! Из-за одного поступка, который ты совершил, чтобы защитить себя и друзей, пытаясь при этом помочь самой Киоки, ты готов сломать себе жизнь? Это не твоя вина! Мы до сих пор не знаем, как она там оказалась и кто действительно виноват! Ты действовал правильно в той ситуации!

Ее пальцы вцепились в мою футболку, словно она боялась, что я сбегу.

— Ты просто… глупый, упрямый человек, который днями ходит под этой черной тучкой! — голос Саюри дрогнул. — И из-за этого страдает вся команда. Мы все переживаем, но терпеливо ждем, когда ты сам захочешь с нами поговорить…

Слезы блестели на ее ресницах, отражая лунный свет.

— Но я… я больше не могу… — ее руки дрожали. — Видеть, как ты мучаешься в одиночку…

Последние слова прозвучали как шепот, полный боли и искреннего переживания. Впервые за все время я видел Саюри такой — без намека на привычную робость, с глазами, полными решимости и слез.

Она прижалась ко мне сильнее, сжимая ткань моей футболки до белизны в костяшках пальцев.

— Просто… хватит уже… — ее голос дрожал от сдерживаемых слез. — Дай нам помочь тебе…

Ее пальцы разжались, но вместо отступления Саюри внезапно обвила руками мою талию, прижавшись так близко, что я почувствовал, как учащенно бьется ее сердце.

— Саюри, я… — мой собственный голос предательски задрожал. Я сглотнул ком в городе и попытался улыбнуться. — Спасибо…

Она отстранилась, поспешно вытирая ладонью мокрые щеки.

— Не благодари. Просто пообещай… — ее глаза, еще блестящие от слез, смотрели на меня с необычной твердостью, — что, когда снова станет тяжело, ты придешь к нам.

Лунный свет скользил по ее лицу, когда она продолжала:

— Те слова Киоки… про нас… Она была права. У каждого из нас есть что-то, что может оттолкнуть других. — Ее пальцы осторожно сжали мою руку. — Но в нашем клубе… мы как части одного целого. Даже после всего, что случилось — мы стали только крепче.

Ее голос приобрел неожиданную твердость:

— Наша слабость — это и есть наша сила. Поэтому… — ее ладонь сжала мою крепче, — даже в твой самый темный день — мы не отпустим тебя одного.

Я мягко накрыл ее ладонь своей второй рукой, ощущая под пальцами тонкие, дрожащие пальчики.

— Обещаю, — моя улыбка стала теплее, когда я поймал ее робкий взгляд. — И… ты стала такой смелой.

На ее щеках тут же вспыхнул румянец, видимый даже в лунном свете. Губы нервно сжались, веки дрогнули — старый страх отступал, но не без борьбы. С заметным усилием она заставила себя снова поднять глаза, встретив мой взгляд.

— С-спасибо… — прошептала она, и в этом сбивчивом шепоте слышалась вся Саюри — и прежняя, и новая, та, что только что говорила так уверенно. — Я… правда стараюсь…

Ее пальцы слегка дрогнули под моими, но не отстранились — и в этом маленьком сопротивлении своему страху было больше храбрости, чем в громких словах.

— Так-так-так… — раздался насмешливый голос, заставивший Саюри мгновенно отпрянуть. Я обернулся и увидел Харуто, ловко крутящего в пальцах пару палочек для еды.

— Все там десерты уплетают, болтают, а вы тут… романтичные такие! — он поднял брови, делая ужимку.

— Десерт?! Я-я пойду! — Саюри вспыхнула, как новогодняя гирлянда, и буквально испарилась в направлении гостиницы.

Я глубоко вздохнул. Ее слова действительно принесли облегчение — не полное, но каменная глыба на плечах будто стала легче.

— Ну и как же Рэй? — Харуто непринужденно облокотился на перила рядом. — Я-то думал, угадал с твоими чувствами, а ты, оказывается, таинственный романтик! Скромницу выбрал.

— Да нет, я не влюблен в Саюри! Она просто…

— А в Рэй?

— Харуто, иди ты! — я толкнул его в плечо, но он тут же нагнал меня и обхватил за шею в дружеской захвате.

— Да перестань красоваться! — он размахивал свободной рукой, как настоящий оратор. — Хочешь, научу, как девушек завоевать? У меня куча проверенных методов!

— От тебя-то? — я фыркнул. — У самого ни одной пассии не было.

— Э-э-э… — он замер, как компьютер с зависшей программой. — С чего ты взял?!

— Ну… Единственную кандидатку ты сам дисквалифицировал, назвав ее «просто подругой детства», — парировал я.

Харуто открыл рот для возражения, но вдруг застыл, услышав знакомый голос:

— Вы тут о чем? — из темноты появилась Рэй с двумя порциями моти.

— Ни о чем! — мы хором ответили, обмениваясь виноватыми взглядами.

Харуто тут же оживился:

— О, моти! Ты случайно не для…

— Для Саюри, — Рэй холодно посмотрела на него. — Хочешь сказать что-то еще?

— Я… пожалуй, пойду проверю, не съели ли там весь десерт! — и он поспешно ретировался.

Рэй протянула мне одну порцию:

— Держи. А то вообще поникший!

Я принял сладость, неожиданно осознав, что впервые за это время чувствую… легкость.

— Спасибо… — Я улыбнулся. — Спасибо, вам всем за все.

— Ты чего это? — Удивилась Рэй.

Я собрался пойти обратно в холл, как положил на ее плечо руку:

— Я кое-что понял…

Та проводила меня с глуповатым взглядом, а после откусила кусочек моти.

— Ну фтранный… — Жуя сказала она.

***

Мой день начался в одиночестве.

С самого утра я отправился по магазинам — погода наконец-то была хорошей. Хотел купить что-нибудь для себя и для семьи: безделушки, игрушки, мелочи…

Пока бродил по торговому центру, мой взгляд упал на магазин оптики.

Точно… Очки…

Вспомнил, как во время нашего падения в океан очки Рэй унесло течением — тогда не было времени за ними плыть.

Дверь оптики с колокольчиком мягко звенела за моей спиной.

— Добро пожаловать! — приветливо улыбнулась девушка-консультант.

— З-здравствуйте… — неуверенно ответил я, оглядывая витрины с линзами и оправами.

— Вам что-то конкретное нужно или пришли проверить зрение?

Я сделал шаг вперед, слегка растерянный.

— Д-да! Мне бы очки для зрения…

Почему я так нервничаю?

Недавно покупал плюшевую игрушку — общался нормально. А сейчас веду себя как застенчивый школьник.

— Отлично! Какая у вас диоптрия? — девушка по-прежнему улыбалась. — У нас большой выбор готовых моделей, но некоторые варианты придется заказывать.

— Какая… диоптрия?..

Я замер, перебирая в памяти обрывки разговоров. Логичнее всего было позвонить Рэй и спросить напрямую, но… почему-то хотелось сделать сюрприз.

Сам не понимаю, зачем.

— Точно! Плюс пять! — вдруг выпалил я и тут же смутился. — Извините…

— Поняла! — консультант достала несколько оправ и разложила передо мной. — Вот разные варианты: есть подешевле, подороже, брендовые тоже в наличии.

Взгляд скользил от одних очков к другим, пока не остановился на зеленых, с тонкой оправой. У Рэй были другие — покрупнее. Подойдут ли эти?

— Вот эти зеленые, пожалуйста.

— Отличный выбор! Хотите примерить, чтобы убедиться, что удобно сидят?

— Я? — удивился я и, хотя в очках не нуждался, машинально надел их. Глаза тут же сощурились.

— Ой… — девушка смутилась. — Кажется, они вам не подходят…

— Да, я знаю. Они не для меня.

— Тогда зачем примерили?

— Вы же предложили…

Девушка слегка посмеялось, забирая очки и достала такие же, но не с витрины и в футляре.

Девушка слегка усмехнулась, забирая очки и доставая из-под прилавка такую же модель, но новую, в футляре.

— А кому берете? У человека такое же стройное лицо? Очки ведь не всем подходят.

— Стройное?.. Думаю, да… — мысленно представив Рэй, ответил я.

— Ну, тогда отлично!

Она аккуратно упаковала очки в небольшой пакет и пробила чек на кассе.

— С вас 10 000 иен! — объявила она с неизменной улыбкой.

Сколько?!

Деньги у меня, конечно, были. Решил взять все свои накопление, если и так потратил большую сумму, но все же… Впрочем, раз уж решил, отступать поздно.

Дорого ты мне обходишься, Рэй…

Сжав зубы, я расплатился и направился обратно в гостиницу.

Однако, вернувшись в номер, обнаружил, что девочек нет. Как выяснилось, они ушли покупать юкаты — сегодня же Танабата…

***

Мы с парнями стояли в густой толпе, изнывая от душного летнего вечера. Воздух был настолько спертым, что казалось, вот-вот задохнешься.

— Я сейчас сдохну… — Кента отчаянно оттягивал воротник майки, пытаясь поймать хоть глоток воздуха.

— Ты не один такой… — мрачно поддержал я, вытирая пот со лба.

Фестиваль Танабата был в самом разгаре. Вокруг царило оживление: люди толпились у передвижных ларьков, играли в незатейливые игры вроде рыбалки на магнитных рыбок. Не хватало только наших девочек из клуба, которые, как всегда, задерживались.

— Дождались! — раздался знакомый озорной голос, заставивший меня поднять голову.

Перед нами стояли Рэй и Саюри — но в совершенно непривычном облике. Их волосы были аккуратно уложены, а вместо привычной одежды — нарядные юкаты и традиционные деревянные сандалии гэта. Как всегда, Рэй не изменила своему любимому цвету — ее юката переливалась бело-зелеными оттенками. Саюри же выглядела нежно в розовых тонах, что удивительно ей шло.

— Ага… — только и смог выдавить я, невольно застыв при виде Рэй.

— Ну, и что встали? — Рэй строго посмотрела на нас, сложив руки на груди. — Бегом на фестиваль, а то сейчас все такояки разберут!

Не дожидаясь ответа, она решительно зашагала вперед, а Саюри поспешно засеменила следом. Мы с парнями лишь переглянулись, пожали плечами и двинулись за ними, растворяясь в праздничной суете.

Благодаря нашей главе клуба мы успели везде побывать и все перепробовать — ей было интересно абсолютно все. Пока нас, парней, привлек тир, Кента особенно удивлялся качеству призов. Я все никак не мог привыкнуть, что такой здоровяк восторгается плюшевыми игрушками.

Позади нас Рэй тщетно пыталась поймать хоть одну рыбку в магнитной игре. Мы же выстроились в очередь на стрельбу. Первым стрелял Рэн, но, к моему удивлению, он промазал почти все выстрелы, хотя я был уверен, что он попадет минимум восемь из десяти.

— Не повезло, попробуешь в следующий раз! — крикнул владелец ларька.

— Не факт, что я вообще попаду на следующий фестиваль, — многозначительно ответил Рэн, проходя мимо меня к Рэй.

— Теперь я! — объявил Кента, бодро оплачивая свою очередь.

Он попал почти во все мишени. Лишь одна пулька рикошетом отлетела в железное основание, но ему все равно разрешили выбрать любую из крупных игрушек. Взяв пушистого единорога, он уже собрался уходить, но заметил Саюри, наблюдавшую за нашими попытками.

— В-возьми! — не глядя на нее, протянул Кента игрушку.

— А? С-спасибо… — смущенно прошептала девушка, прижимая мягкого единорога к груди.

Неужели наш качок меняется? Или им движет что-то другое? Кента молча отошел к Рэн.

Когда подошла моя очередь, я выступил еще хуже — всего семь попаданий. Выбрав из призов среднего размера белое плюшевое облачко, я задумался.

Может… тоже подарить?

В кармане у меня уже лежал футляр с очками, но, какой бы Рэй ни была, она все же девушка.

— Да! Поймала! — вдруг закричала Рэй, наконец-то выловив свою первую рыбку. Она оглядела нас. — А, вы уже все? Тогда и фиг с этими рыбками, пошли дальше!

Все двинулись вперед, а Рэй, выбравшись из толпы последней, остановилась рядом со мной.

— О, игрушка! Мне? — не дожидаясь ответа, она выхватила у меня облачко.

— Эй, а вдруг она не для тебя была? Как ты могла просто вырвать?

— Ну а что мне было думать, когда ты стоишь тут одиноко, как изгой, с этим облаком в руках?

Я выдохнул, но не смог сдержать улыбки. Ее такое поведение теперь вызывало у меня скорее умиление, чем раздражение.

— Забирай свое облако, — сказал я, делая шаг вперед. — Так, а где все?

Нас окружила плотная толпа, и наших друзей нигде не было видно. Я попытался пробиться сквозь людской поток, но это оказалось не так-то просто.

— Вот черт… — сквозь зубы пробормотал я.

Сунув руку в карманы, я с ужасом осознал, что телефона при мне нет. Неужели забыл его?

— У тебя есть телефон?

— Откуда? — вздохнула Рэй, крепче прижимая к себе игрушку. — У меня даже карманов в этом кимоно нет!

— Дела плохи…

Я лихорадочно соображал, как найти остальных, когда по громкоговорителю раздалось объявление:

— «Главный фейерверк начнется через пять минут…»

Ну просто замечательно! Только мы потерялись — и сразу фейерверк. Вариантов у нас было немного: либо пробиваться сквозь толпу к основной площадке, либо искать альтернативное место для просмотра.

И тут я вспомнил…

Пока мы ждали девушек раньше, я заметил небольшую храмовую постройку на невысоком холме.

— Рэй, держись за меня крепче, — протянул я руку, которую она тут же схватила.

Я ускорил шаг, осторожно расталкивая людей, чтобы быстрее выбраться из толпы. Все время я чувствовал, как Рэй спотыкается на своих гэта, и крепче сжимал ее руку, боясь потерять ее в этой суматохе.

Когда мы наконец выбрались на свободное пространство, Рэй вдруг опустилась на колени.

— Все, больше не могу… — выдохнула она. — Лучше бы я осталась в тапочках, чем в этих деревяшках!

— Да ладно тебе, фейерверк вот-вот начнется! — подошел я ближе.

— Тебе легко говорить! Попробуй сам походи с такими мозолями!

Отсюда действительно ничего не было видно, и нужно было двигаться дальше.

— Снимай их! — скомандовал я, поворачиваясь к ней спиной и приседая. — Давай, залезай!

Девушка не стала спорить и быстро взобралась мне на спину. Подхватив ее за бедра, я неуклюже тронулся в путь. Самым сложным оказалось подниматься по крутой храмовой лестнице — я боялся, что мы оба покатимся вниз, и я придавлю ее своим весом.

— Тяжело? — она положила голову мне на плечо, ее дыхание касалось моей щеки. — Если ответишь «да» — убью!

— А тогда в чем смысл вопроса, если у меня только один вариант ответа? — фыркнул я, чувствуя, как ее смех вибрирует у меня за спиной.

Наконец мы преодолели этот мучительный подъем и оказались на холме, где среди деревьев стояли тории, а за ними открывалось пространство с низкими деревянными ограждениями.

Я осторожно подошел к краю, все еще держа Рэй на спине, когда в небе вспыхнули первые фейерверки.

— Быстрее, закрой уши! — скомандовала девушка.

— Как?! Я же тебя тогда уроню!

Вместо ответа она сама прикрыла мои уши ладонями, затем крикнула так, что я прекрасно расслышал:

— Почему они все смотрят на меня?!

Рэй отпустила мое лицо и заглянула мне в глаза сверху:

— Ты все слышал?

— Врать не буду… Да.

Она резко спрыгнула и встала рядом, приложив палец к губам:

— Тогда никому!

Казалось бы, обычные слова, но, возможно, для нее они значили нечто большее.

— Я давно хотела задать этот вопрос не только в своих мыслях… — ее голос стал тише. — Особенно в этот праздник, в этом маленьком храме…

Новый залп фейерверков озарил все вокруг разноцветными всполохами. В этот момент я вспомнил про очки в кармане.

— Держи… — протянул я футляр. — Не знаю, насколько хорошо ты видишь салют, но вдруг пригодятся.

Ее лицо озарила широкая улыбка, глаза буквально загорелись:

— Ура! — она мгновенно открыла футляр и надела очки. — Идеально! — запрокинула голову, наблюдая за цветными вспышками.

Я тоже поднял взгляд к небу, отдавшись моменту. Не то чтобы я особенно любил фейерверки — обычно приходил на фестивали ради уличной еды, — но сейчас это казалось чем-то важным. Значимым.

Рэй неожиданно придвинулась ближе и положила голову мне на плечо.

Теперь я окончательно понял, что

имела в виду Саюри. Какие бы испытания нас ни ждали, мы пройдем через все — даже будучи такими разными. Глядя на сверкающее небо с Рэй, я вспомнил нашу первую встречу, как она буквально втянула меня в свою авантюру… И все это привело нас сюда.

Что ждет впереди? Не знаю. И не хочу гадать — сейчас важно лишь это мгновение.

Ведь мы команда R.E.I. — а значит, справимся с любыми трудностями. Без лишних слов.