Глава 17.0

Леди Айрис, тетя Джерии по мужу, была влиятельной фигурой в свете, особенно среди замужних дам. Когда она впервые стала частью семьи, Джерия невероятно этим гордилась.

— Если старшая сестра затворничает в доме, это может плохо повлиять и на Джерию. Пожалуйста, учтите ее чувства, она переживает и хочет помочь.

Леди Айрис ловко намекнула на мою “тень”, делая вид, что защищает племянницу.

— А разве лорд Винсент - не прекрасная партия? Вести себя так агрессивно с ним - кто теперь осмелится подойти к леди Сиерре?

Ее тон звучал почти как поучение.

Взгляд говорил: “Неужели тебе нужно раздувать скандал из-за такой мелочи?”

Некоторые начали поддерживать ее странную логику.

— Верно, она просто хотела помочь, без злого умысла. Они же одна семья, живущая в одном особняке - неужели леди Сиерре нужно было позорить ее при всех?

— Где еще Вы найдете такую партию, как лорд Винсент? Не понимаю...

— Леди Джерия еще молода, она, наверное, не разобралась...

— Пфф.

Я рассмеялась, и все взгляды устремились ко мне.

Леди Айрис слегка сузила глаза.

— Дамы и господа, Джерия недавно с отличием окончила академию. Она не пятилетний ребенок.

Я намеренно констатировала очевидное, говоря размеренным тоном.

— И если лорд Винсент действительно так прекрасен, то это слишком для меня. Я лучше отдам его Джерии.

— ...

Леди Айрис едва заметно изменилась в лице.

Я не стала избегать ее колкого взгляда и продолжила с хитрой улыбкой:

— Джерия, кажется, смущена - наверное, это был лишь предлог, чтобы сблизиться с лордом Винсентом...

Ловко сменив направление беседы, я заставила Винсента рефлекторно обернуться к Джерии.

— Это правда?

Его слишком надеждный взгляд выглядел особенно жалко, учитывая, что он делил кров с Людвигом.

Несмотря на знатное происхождение, весь свет знал о скандальном образе жизни Винсента. Именно поэтому у него до сих пор не было невесты. Даже став официальным наследником Карсиан, он не был мужчиной, готовым к серьезным обязательствам.

«Пытаются подсунуть бомбу замедленного действия от общества кому-то другому».

К тому же, он имел привычку патологически зацикливаться на объекте интереса, пока не пресыщался.

«Он цепляется за жертву, но это так не работает».

— Тогда почему Вы отказали, когда я приглашал Вас... А! Наверное, Вы просто стеснялись!

Когда Винсент заговорил с саркастичной ухмылкой, Джерия покраснела от унижения.

— Боже мой, так Вы влюблены в леди Джерию, лорд Винсент?

— Вы приглашали меня на свидание, почему я только сейчас об этом узнала?

Вероятно, потому что Джерия хотела сохранить это в тайне.

Чтобы не запятнать свою репутацию.

— Именно! Если честно, я просто хотел вызвать ревность у Вас, Джерия, обратив внимание на леди Сиерру!

Удар ниже пояса.

Винсент быстро сменил позицию - видимо, поняв, что со мной ему не светит. Судя по всему, семья давила на него, ведь он рисковал навсегда остаться холостяком.

Теперь в нем читалось отчаяние.

Голоса собравшихся стали громче, подхватывая его слова.

Теперь меня будто и не существовало.

Все наблюдали за интригующим признанием.

Джерия, оказавшись в центре внимания, не знала, куда деваться, и в конце концов убежала, краснея от стыда.

— Куда Вы, Джерия?!

Винсент бросился следом, и с их бегством гостиная погрузилась в хаос.

Слухи о беспрецедентном романе в высшем свете начали распространяться со скоростью лесного пожара.

Леди Айрис застыла на месте.

Она потеряла возможность влиять на ситуацию, которая поменялась так внезапно.

Я слышала, что Джерия в последнее время активно выведывала мои планы. Половина ее усилий была напрасна.

Если бы я проигнорировала это, история повторилась бы.

Я знала Джерию лучше всех.

Думая, что наконец разорвала с ней все связи, я вдруг вспомнила случай из прошлого.

Когда мне было двенадцать, пропало мое самое дорогое украшение - единственная память о матушке.

Джерия, которая всегда тайно завидовала ему, взяла ожерелье из моей комнаты, но потеряла.

Впервые в жизни я пришла в ярость.

Дело дошло до дедушки.

Он велел Джерии извиниться, и тетя привела ее ко мне.

[Прости.] — Джерия, прижатая к тете, пробормотала с виноватым видом.

[Теперь все? Это же просто безделушка.]

[Тебе повезло - у тебя есть матушка, которая может обнять. Это ожерелье было моей единственной памятью.]

[Я знаю. Поэтому я извинилась.]

[Она уже сказала “прости”, Сиерра. Хватит, ты ее сестра]

Фальшивое раскаяние.

Но на этом все не закончилось.

В детстве у меня не было сил противостоять этому.

«Но сейчас все иначе».

Я слишком изменилась, чтобы молчать.

Пока царил хаос, я взяла Людвига за руку.

— Давайте уйдем отсюда.

Он позволил мне вести себя, и мы вышли, избегая любопытных взглядов.

Но во всем особняке не было укромного уголка.

— Везде люди.

— Если хотите уединения, я знаю место.

Людвиг повел меня в небольшой сад за замком.

Судя по отсутствию посетителей, это было частное владение.

Я наконец перевела дух.

— С Вами все в порядке?

Людвиг взглянул на меня, когда я вздохнула.

— Ох, запястье? Все хорошо.

Остался синяк от хватки Винсента, но завтра он исчезнет.

Благодаря тому, что Людвиг ударил Винсента, я чувствовала облегчение.

— Простите, что не пришел раньше.

— Нет, за что Вы извиняетесь?

Несмотря на то что я сказала это, он смотрел на меня, как побежденный щенок.

Выглядело так, словно он собирался извиниться, думая, что он вызвал это все.

— Почему Вы извиняетесь?

Мои слова, казалось, ввели его в еще большее непонимание. Он не понимал, почему я не была расстроена

— Я не оставлю его просто так.

По огню в его глазах было ясно - это не пустые слова.

Он только что атаковал Винсента и, кажется, жалел, что не добил.

— Извините за сцену. Я разберусь с ним.

Видя его интенсивный взгляд, я поняла - он говорил это не просто так.

Если бы я не остановила его, он мог бы покалечить Винсента.

«Он всегда был таким безрассудным?»

Мне было интересно - был ли он всегда таким импульсивным? В оригинальной истории он был осторожен даже в мелочах.

Было трудно понять почему он так грубо расправился с Винсентом.

Это могло дать Совету повод для вмешательства.

— Вы увидели мою уродливую сторону. Я потерял контроль на мгновение...

— Все в порядке. На самом деле, это было... приятно. Мне следовало использовать свою способность, чтобы защитить себя, но...

Хотя Винсент получил по заслугам, Людвиг мог пострадать.

Почему-то он выглядел более подавленным, чем я.

Его глаза, острые как лезвие, казалось, разрезают пространство.

Даже зная, что гнев направлен не на меня, я почувствовала страх.

Я сменила тему, чтобы разрядить обстановку:

— Что более важно, сад здесь прекрасен.

Он был меньше великого сада, который я видела ранее, но излучал простое и скромное очарование.

Напряжение наконец отпустило меня.

Острая аура Людвига смягчилась, когда он заговорил.

— Это сад, за которым ухаживала моя матушка.

Его матушка ухаживала за этим садом?

В это было трудно поверить, учитывая прекрасный вид цветов и деревьев. Выглядело так, будто за ними ухаживали вчера.

Но его матушка умерла десять лет назад...

— Она наложила заклинание сохранения. Хотя ее нет, она хотела оставить частичку себя.

Ночной бриз принес прохладу.

Людвиг смотрел на сад, вспоминая прошлое.

В этом месте двое изгоев своих семей, должно быть, находили здесь утешение.

— Может, прогуляемся? Сменим обстановку.

— Конечно, — Людвиг с готовностью согласился на мое предложение.

Мы бродили по саду, любуясь его красотой. Он был маленьким, но можно было почувствовать заботу от всего сердца в каждом уголке.

Затем, необычный цветок привлек мое внимание.

— Этот цветок выглядит необычо.

Я никогда раньше не видела подобного цветка. Он был сияюще-золотого цвета, который не терял свое свечение даже в темной ночи.

— Ох, это эдельвейс с родины моей матушки. Цветет раз в год.

Цветок, цветущий только один раз в год?

— Он тоже под заклинанием, чтобы постоянно оставался цветущим?

— Нет. Магия не действует на эдельвейс.

Значит, сегодня был день его цветения.

Несмотря на то что это цветок, который цветет лишь раз в год, его сияющий облик завораживает.

— Его сажали в честь особых событий.

— Так... должно быть, сегодняшний день был особенным для Вашей матушки. Интересно, что это за день, в который она посадила этот цветок.

— Это мой день рождения.

— Ах, день рождения Людвига... А?

«Он только что сказал “день рождения”?!»