Святой древних времён

Пророк, последний охотник человечества, величайший мудрец.

Орфей.

— Не знаю, зачем ты сам пришёл сюда, но, похоже, у тебя есть что-то срочное.

Запрет.

Размышляя о том, какие именно ограничения могли быть наложены, я заметил, что остальные Древние виды уже несколько дней не покидали своих мест.

И только Орфей, похоже, свободно разгуливал где угодно.

То в Культе Злого Бога, то у Культа Небесного Бога, то в королевстве Аск.

Насколько я слышал, его Запрет не сковывал его пределами территории.

Либо в его Запрете изначально не было ограничений на передвижение, либо он сумел выйти сам.

— Ц-ц-ц. С твоими способностями ты мог бы пронзить всё сущее и дотянуться до того, что лежит за горизонтом, но отказался от этого ради жалкой симпатии и сострадания. Какая печаль.

— Не знаю, что ты снова пришёл мне сказать.

Мне не было нужды применять на нём свои силы.

Передо мной стоял не он сам, а лишь аватар, проекция — подделка.

Я решил не провоцировать его, а просто выслушать, что он собирается сказать или о чём предупредить.

По крайней мере, он обычно бросал важные намёки между насмешками и издёвками, а не проявлял открытую враждебность.

— Злой бог, время близится. Если ты вернёшь себе силу древних времён, то сможешь сам решить — оборвать эту эпоху или позволить ей продолжиться. И в конце ты всё равно сделаешь тот же выбор, что и прежде. Надеюсь, твои идеалы не будут сожраны чувствами, злой бог, злой бог. Прошу, дай славе угаснуть.

Внезапно став серьёзным, он разрушил все мои ожидания.

Я думал, он снова начнёт осыпать насмешками и проклятиями, но вместо этого дал почти искренний совет — и исчез.

Все эти Древние виды до невозможности непостижимы.

Я не понимал, зачем вообще выпускать из печатей именно таких существ, как он.

Если они враждебны ко мне, логичнее было бы выпустить тех, кто меня ненавидит. Если же они, как мои последователи, хоть в какой-то мере верят в меня, тогда им вообще не стоило ломать печати, а следовало бы молиться мне — или, по крайней мере, выборочно выпускать только тех, кто действительно уничтожит мир.

Так что я не понимал, зачем они так стараются, ломают запреты и выбираются сюда.

— И этот кулон тоже.

Демьян. Священный артефакт Злого Бога.

Это был предмет, идеально подходящий для использования сил, ведущих мир к гибели, и Люсия сказала, что время, когда мне придётся им воспользоваться, уже близко.

Но зачем мне его использовать?

Я ведь не Демьян.

— …Ладно, двинемся к следующему Древнему виду.

Тот, кто скрывается глубоко под землёй, во влажной тьме, неизвестной никому.

О нём мне удалось узнать от Лилин.

— Давно, хозяин, первый жрец, Папа, Декартес, есть, под землёй.

Декартес.

Властелин самого долгого времени.

Первый жрец и последний Папа древних времён.

— Двенадцать стражей, охраняют, рядом.

Значит, рядом с ним 12 стражей…

Первый жрец и последний Папа.

Я не знал, какой вере он служил, но, учитывая, что он из древних времён, возможно, это была какая-то… местная древняя вера? Что-то вроде поклонения зверям.

— Лучше сначала самому всё увидеть.

Туда, вниз.

Следуя по следу этой энергии, я нашёл вход… хм?

Это же те самые руины, в которых мы уже были.

— …Руины…

То место и без того казалось мне странным.

Кто бы мог подумать, что мы найдём фотографию людей, которые выглядят точь-в-точь как Абель?

На фото сидели Абель и Вероника, хотя оба утверждали, что это не они.

— Не думал, что вернусь сюда снова.

На этот раз я пришёл один.

У меня было дурное предчувствие: если привести сюда детей ради того, чтобы закалить их на Древних видах, это добром не кончится.

Разве не странно?

Руины, в которые мы уже приходили, Древний вид внутри храма Культа Злого Бога под этими руинами, да ещё и Папа.

Во всей истории только Злой Бог был Папой Культа Злого Бога.

— …Я должен хотя бы увидеть его лицо.

Мне нужно было хотя бы раз взглянуть на него.

Скорее всего, то фото было создано на основе воспоминаний Пророка.

Но зачем вообще оставлять после себя такую фотографию?

Мне нужно было всё выяснить.

И я чувствовал: этот Папа по имени Декартес связан с той фотографией.

— …Да, хорошо, что я пришёл один.

Сюда мне определённо следовало прийти в одиночку.

Я медленно спускался всё глубже.

С каждым шагом энергия ощущалась всё ближе, всё плотнее подбиралась ко мне.

Когда я добрался до самого храма,

наружу вышел нежить в короне, с ожерельем на шее и кольцами на каждом пальце, и его кости сухо постукивали друг о друга.

— Добро пожаловать, Отец. Я Декартес, представитель Папы.

— …Представитель?

— Только Отец может быть Папой Культа Злого Бога. Я всего лишь замещаю вас как Святой, пока вы не сойдёте в этот мир.

Отец.

Точно так же меня называли Абель и Вероника.

Так все дети бога, святые и святые девы, обращаются к своему божеству?

— Прошу, входите. Конечно, мы слишком ничтожны и недостойны, чтобы подобающе приветствовать Папу, но раз Отец пришёл лично, мы подготовим для вас достойный приём.

Как мне его воспринимать?

Декартес.

Бывший Святой, представитель Папы, скелет мужчины.

Мне трудно было представить, как он выглядел при жизни, но по костям и характерному телосложению он наверняка был довольно красив.

…Наверное.

— Хорошо, дитя.

— Похоже, Отец полностью стёр память о древних временах. Интересно, хорошо ли вам послужил Святой следующего поколения — хотя сомневаюсь. Но таким, как мы, призракам прошлого, остаётся лишь наблюдать за теми, кто пришёл после.

Декартес, служивший Святым в древние времена.

К Древним видам относились не только драконы, демоны и прочие расы прошлого, но и люди, и всё же я не мог точно определить, кем был Декартес.

Пока что будем считать его просто нежитью.

— Странное чувство. Я и представить не мог, что меня освободят, и я буду бродить по этому месту вместо того, чтобы уйти в загробный мир, тогда как наши потомки уже ходят по земле. Впрочем… сперва я приготовлю трапезу.

Декартес щёлкнул костяными пальцами, и вспыхнула святая сила, из которой появились разные блюда.

Они были явно подземного происхождения, но… стоп, это драконье мясо?

— Поблизости бродил один редкий экземпляр. В древности мы охотились на драконов, но сейчас они всё больше становятся похожи на земляных ящеров.

Хочет сказать, превратились почти в червей.

По сравнению со старыми временами, они ослабели… подождите, а это вкусно!

— Ты очень естественно управляешься со святой силой.

— Ах, в древние времена это было несложно, но здешний воздух сильно загрязнён… жрецы Культа Злого Бога, вероятно, уже не могли как следует обращаться со святой силой.

И правда, наши дети почти не пользовались святой силой.

Когда я спрашивал об этом, мне отвечали, что сила Злого Бога оказалась куда мрачнее и злее, чем ожидалось, и потому ею трудно управлять.

Если не считать боевые приёмы Абеля или Драконий Выдох Адель, я почти не видел, чтобы её правильно смешивали и использовали.

— Возможно, мне стоит пойти и научить их. Раз уж я завершил своё служение как Святой, передать знания следующему поколению было бы правильно. Таков закон Культа Злого Бога, установленный Отцом.

— Ах да, можешь рассказать мне о тех, кто сломал твою печать?

— Хм… о тех, кто снял мою печать… Ах, ты о Петрании.

— Разве ты не под Запретом?

— Как может обычное существо, даже не бог, наложить Запрет на высшее создание? Я представитель бога и Святой Отца. Невозможно, чтобы меня связал Запрет какого-то демона.

Это была очень хорошая новость.

— Разумеется, она, считая себя безупречной, разыграла представление и ушла, но этим потаскухам… прошу прощения, я оговорился.

Хм, понимаю.

Культ Злого Бога не ладит с древними демонами… хотя нет, с Лилин они ладили.

— Я вижу, о чём думает Отец. Лилин была одним из немногих демонов, состоявших в Культе Злого Бога с самого начала. Несмотря на вражду между нами и демонами в древние времена, она сотрудничала с нами. Тогда… ах, Мари бы не понравилось, если бы я продолжил эту тему.

— …Ты знаешь, когда Мари начала верить в меня?

— Её история будет длинной. Она была высшим эльфом, который состоял в Культе Злого Бога ещё до меня. Рассказывать о ней можно бесконечно, но чтобы столь чистое существо…

Постой… чистое?

Мари, что же с тобой произошло после древних времён…

— …Остальное лучше услышать от неё самой. Из-за Запрета, который наложил Отец, мне трудно говорить дальше о древних временах.

Получив достаточно информации, я решил, что остальное услышу позже, и вместе с Декартесом вернулся в Культ Злого Бога.

Петраниа — с какой целью она выпускала из печатей именно тех Древних видов, которые связаны со мной?

Уже 2 фигуры, связанные с Культом Злого Бога: Святой Декартес и Лилин, демон Культа Злого Бога.

…

«Всё запутывается всё сильнее.»

Чем больше я узнавал, тем труднее мне было понять, о чём думает Петраниа.