Дьявольская отдача

Глава 1031: Дьявольская отдача

Поначалу этот свет казался обычным, но в короткой вспышке он появился позади облака черной Ци Старого Дьявола Цяня.

Под сиянием тысячи лучей света Цянь взревел от муки. Дьявольская Ци рассеялась, обнажив багровую Зарождающуюся Душу и Знамя Просеивания Инь под ней.

Короткое мгновение спустя бесчисленные нити лазурного тумана намертво сковали его душу. Какое бы сопротивление он ни оказывал яростными вспышками зеленого света и ревущим багровым пламенем, ему не удавалось вырваться из них.

Вспышкой серебра Хань Ли стремительно возник рядом с Зарождающейся Душой Цяня. Он улыбнулся и поднял руку.

Пространственные колебания появились над ними обоими, после чего возник Небесный Котел.

Как только котел опустился в его руку, он посмотрел на плененную Зарождающуюся Душу.

Зарождающаяся Душа Цяня забилась в ужасе, и его сердце ушло в пятки, когда он увидел, что Хань Ли смотрит на него с враждебными намерениями, но вскоре в его душе родилась свирепая решимость, и он с гримасой прикусил кончик языка.

Взгляд Хань Ли похолодел.

С двумя хлопками талисманы прилипли к телу души, один золотой и один серебряный, замораживая его магическую силу и растворяя самоубийственную атаку, которую тот собирался предпринять.

Сразу после этого человекоподобная марионетка средних лет в желтых одеждах появилась позади Цяня во вспышке света, это была марионетка с культивацией поздней стадии Зарождающейся Души. Она бесшумно возникла там в неизвестное время. Хань Ли загадочно улыбнулся после ее появления.

В самом начале засады Хань Ли заставил марионетку укрыться в направлении дворцовых ворот. Если старый дьявол действительно так хитр, как он полагал, то сбежал бы без лишних раздумий. И поскольку марионетка не была живой, ее аура скрывалась с крайней легкостью. Если не увидеть ее собственными глазами, обнаружить ее было бы невозможно.

В результате Цянь попал в засаду стрелы из Бамбука Золотой Молнии, когда совершал свой побег, и был насильно оттеснен глубже в зал.

Но поскольку Хань Ли нужно было захватить его Зарождающуюся Душу живой, он использовал Божественную Молнию Истребления Дьяволов, чтобы отпугнуть его после того, как уничтожил Жемчужину Крови Дьявола с помощью кинжала, выкованного из Алмаза Дьявольской Сущности. Затем, пока старик бежал в панике, его марионетка прокралась сзади и использовала свои ведьмины глаза, созданные из Драгоценного Камня Сверкающего Сияния, чтобы сковать его Техникой Очарования.

Испытав пугающую мощь ее ведьминых глаз на себе, Хань Ли был уверен, что она сможет на мгновение вывести старого дьявола из строя, какой бы мощной ни была его духовная интуиция.

И когда эксцентрик потерял сознание, как он и ожидал, он использовал эту возможность, чтобы развернуть Небесный Котел и с легкостью удержать его.

Следуя этим мыслям, Хань Ли обратил внимание на маленький котел в своей руке. Поскольку он очистил только первый слой Техники Печати Артефакта, он мог лишь приказывать ему выпускать немного своего света. Если он действительно желал открыть котел, похоже, ему придется сначала достичь поздней стадии Зарождающейся Души.

— «Товарищ даос Хань, что мне делать с этими дьяволами?»

Пока Хань Ли радовался успеху, тяжелые шаги раздались позади него. Гуй Лин выпустила из руки облако черно-белой Ци, в котором находились пять чисто-белых скелетов, уменьшившихся до футовой высоты.

Потеряв связь с Зарождающейся Душой Цяня, аватары пяти дьяволов замертво упали на землю, что позволило Гуй Лин сковать их.

— «Эти пятеро...»

Хань Ли собирался продолжить, как вдруг пять черных черепов, впившихся в Зарождающуюся Душу старого дьявола, внезапно разжали хватку и закричали, развернувшись и вернувшись к пяти скелетам неподалеку.

Их крики были не только невероятно громкими, но и вселяли леденящий душу страх, пронзающий разум.

Затем запертые скелеты вдруг что-то почувствовали, и их глаза яростно замерцали багровым светом, наполняя воздух запахом крови.

Скелеты разом открыли рваные пасти и одновременно поразили одну точку в черно-белом тумане темно-зеленым пламенем дьявола.

Раздался грохот взрыва. Застигнутое врасплох, ограничение Гуй Лин было уничтожено.

Пятерка рванулась полосами белой Ци к своим иссиня-черным черепам, но когда Хань Ли увидел это, он холодно фыркнул и взмахнул рукой в сторону маленького котла.

Лазурный туман хлынул из него и мгновенно образовал стену, заблокировав пять полос.

Затем он приказал части лазурного тумана окутать их, не давая футовым скелетам добраться до черепов.

Скелеты после этого погрузились в безумное неистовство.

Хотя нити крепко удерживали их, их конечности боролись изо всех сил. Они неустанно выплевывали струйки изумрудного пламени в связывающие их лазурные нити.

Когда Зарождающаяся Душа Цяня увидела это, след страха исказил его лицо, и он вдруг закричал:

— «Нет! Вы... быстро отпустите их!».

Когда Хань Ли перевел на них свой взгляд, то почувствовал себя несколько озадаченным, но не собирался слушать его. Последовавший за этим результат поразил его.

Черепа вдруг издали резкое шипение и вернулись обратно к Зарождающейся Душе Цяня.

Сразу после этого черепа не просто принялись грызть Зарождающуюся Душу, но их пасти начали сжиматься с силой, явно намереваясь пожрать его.

«Дьявольская отдача!» — сердце Хань Ли подпрыгнуло, когда он понял, что происходит./1/

Поскольку магическая сила Цяня сильно уменьшилась, он на мгновение потерял контроль, и послушные пять дьяволов внезапно проявили дикость по отношению к своему хозяину.

Однако Хань Ли не имел намерения позволить ему погибнуть. Он без лишних мыслей взмахнул рукой в сторону маленького котла.

Серия чистых звонов раздалась изнутри, и бесчисленные лазурные нити вырвались из света, покрывающего его поверхность, крепко связывая черепа и насильно оттаскивая их от Зарождающейся Души. Даже так черепа все еще дико кусали воздух с силой, рожденной безумием.

Он не стал больше обращать внимания на черепа, сосредоточившись на Зарождающейся Душе старого дьявола.

Хотя это заняло всего мгновение, тело души уменьшилось менее чем до половины своего первоначального размера и находилось на грани смерти. Но в его глазах это не имело значения, пока она все еще существовала.

Затем, глубоко вздохнув, Хань Ли схватил Знамя Просеивания Инь рядом со старым дьяволом и быстро осмотрел его, прежде чем убрать в свою сумку для хранения. Вскоре после этого он перевел взгляд на отдаленное место.

Человекоподобная марионетка шевельнулась и скрылась из виду, после чего вернулась к Хань Ли с черной сумкой для хранения в руке.

Та упала на землю, когда Жемчужина Крови Дьявола Цяня была уничтожена.

Он не стал больше обращать внимания на предметы в сумке для хранения и повернул голову к Гуй Лин:

— «Товарищ даос Гуй, разберись пока с пятью дьяволами. Я займусь этой Зарождающейся Душой».

Он не желал, чтобы кто-то другой наблюдал, пока он находится в процессе извлечения души.

— «Пожалуйста, продолжай. Я разберусь с пятью дьяволами», — спокойно ответила Гуй Лин. Затем она открыла рот и окутала скелеты и черепа черно-белым туманом, перенимая у Хань Ли их сдерживание.

Он кивнул и протянул руку к лазурному туману, создав большую лазурную руку, которая схватила Зарождающуюся Душу.

Полоса лазурного света затем улетела прочь и исчезла в Огнях Великой Северной Сущности неподалеку.

Что касается человекоподобной марионетки, она осталась неподвижной.

Когда Гуй Лин увидела, как он исчез, она принялась подолгу рассматривать марионетку. Затем след шока появился на ее лице. Если бы она лично не видела, как Хань Ли призвал ее из сумки для хранения, она бы вряд ли поверила, что культиватор перед ней на самом деле является марионеткой.

Время медленно шло, и четверть часа пролетела. Огни Великой Северной Сущности зашевелились и расступились, позволяя Хань Ли выйти. Он не выказывал никаких эмоций, а Зарождающейся Души Цяня нигде не было видно.

Когда он приблизился к Гуй Лин, она указала на пять дьяволов и спросила:

— «Как нам с ними поступить? Насколько мне известно, нет другого способа стереть их из этого мира, кроме медленного очищения великим пламенем Ян».

— «Очищения?» — Хань Ли на мгновение замер. — «В этом нет необходимости. У меня есть для них другое применение. Я просто запечатаю их на время».

— «Пусть будет так», — несмотря на свое удивление, она охотно согласилась.

Хань Ли взмахнул рукавом, призвав плотный рой талисманов изнутри, и мгновенно покрыл скелеты и черепа разноцветными шарами света.

Затем он захлопал в ладоши и щелкнул пальцем, пуская молнию из руки и сплетая ее вместе с золотыми нитями слой за слоем вокруг них.

Когда свет вспыхнул, более десяти шаров золотого света появились перед ними.

С заклинательным жестом Хань Ли выпустил магические печати в сторону шаров, быстро уменьшая их до размеров кулака.

Когда Хань Ли посмотрел на них, то нахмурился, когда кое-что пришло ему в голову. Он открыл рот и выплюнул пузырь, светящийся буддийским светом.

Это был Барьер Ваджры, которым он взращивал свое тело.

Он указал на предмет в своей руке, и семицветное сияние подхватило их все, поглощая внутрь золотой сферы.

С Божественной Молнией Истребления Дьяволов и буддийским сокровищем, подавляющими их, как бы жестоко ни вели себя те, кто находился впереди, у них не должно быть никакой возможности сбежать.

Он наконец почувствовал себя спокойно и поместил Барьер Ваджры в нефритовый ящик, после чего осторожно убрал его.

— «Пошли! У тебя, товарищ даос Гуй должны быть какие-то скрытые места на этой горе. Мы спрячемся там на несколько дней и подождем, пока брешь в печати снова восстановится».

— «Скрытое место?» — с воодушевлением Гуй Лин мгновенно ответила: — «Я действительно непреднамеренно обнаружила подобное место, и никто другой не должен знать о нем».

/1/ -недавно Гуй Лин говорила старику об этом, а тот проигнорировал ее