Монастырь Королевской Безмятежности

Глава 924: Монастырь Королевской Безмятежности

Когда это было сказано, юноша в белом провел учителя Яня и Хань Ли внутрь.

Некоторое время они шли по тропе, проходя через несколько внутренних двориков, откуда Хань Ли слышал шелест бумаги и переворачиваемых страниц — точь-в-точь как в обычной академии. Хотя она и носила такое название, зачем культиваторам низкого ранга тратить время на учебу вместо того, чтобы развивать Ци?

Заметив удивление Хань Ли, юноша в белом улыбнулся и пояснил: — «Это ученики нашей младшей академии на полуденных занятиях. Чтобы поступить в старшую академию, требуются не только духовные корни, но и взращивание благородного духа. В конце концов, большинство конфуцианских техник опираются на помощь благородного духа; чем сильнее и тверже благородный дух человека, тем дальше он продвинется в своей культивации, что значительно расширит его будущие перспективы». — Поскольку учитель Янь привел молодого культиватора с культивацией, казалось бы, схожей с его собственной, юноша в белом решил проявить инициативу и подружиться с ним.

— «Так вот оно что!» — ответил Хань Ли на это проявление доброты с улыбкой.

В этот момент троица проходила через зону, заполненную павильонами. Сделав несколько поворотов, они подошли к небольшому безмятежному дворику. Звуки перелистываемых страниц внезапно исчезли, как только они вошли внутрь — явный результат звукоизолирующего ограничения.

Учитель Янь при этом не выказал ни малейшего удивления. Казалось, он бывал здесь и раньше. Что касается юноши в белом, он не осмелился войти и попрощался с ними у ворот двора.

Увидев, что юноша скрылся в одном из боковых павильонов, учитель Янь поправил одежду и медленными шагами направился к самой большой комнате.

Но стоило ему сделать шаг, как в дверь раздался легкий стук, и она открылась сама собой. Затем изнутри раздался голос старшего учителя Лу: — «Брат Янь, входи, пожалуйста! Я как раз составлял компанию монахине Хуалянь из Монастыря Королевской Безмятежности. Позволь мне представить тебе моего брата Яня».

— «Монастырь Королевской Безмятежности?» — на лице учителя Яня промелькнул след шока, но он вошел без дальнейших колебаний. Хань Ли последовал за ним по пятам.

Войдя в приемную, они увидели сидящих внутри мужчину и женщину.

Мужчине на вид было за сорок, у него было худое лицо и длинная борода. С первого взгляда можно было сказать, что это крайне проницательный и спокойный человек.

Женщине на вид было около двадцати лет, она была одета в желтые даосские одежды, обладала светлой кожей и черными волосами. По её великолепной осанке и грации можно было понять, что она даосская монахиня.

Когда учитель Янь и Хань Ли вошли, сидевшие окинули их взглядами.

Прежде чем учитель Янь успел заговорить, молодая монахиня улыбнулась и обратилась к нему: — «Так это и есть знаменитый учитель Янь Яо? Хотя я, скромная даоска, не обращаю внимания на мир смертных, я слышала о великой славе учителя Яня из Академии Величественной Гармонии». — Затем она скользнула взглядом по Хань Ли и больше не обращала на него внимания./1/

Женщина была всего лишь культиватором поздней стадии Заложения Основы, но держалась исключительно спокойно и непринужденно в присутствии старшего учителя Лу. Было ясно, что она принадлежит к числу людей с серьезным прошлым.

Учитель Янь не смел проявлять небрежность и поспешно поклонился ей: — «Я не смею принимать вашу похвалу. Я также давно слышал о вашем великом имени. Рад встрече с вами, монахиня Хуалянь!»

— «Я, младший, приветствую двух Старших!» — Хань Ли сделал полшага вперед и тоже поклонился им.

Старший учитель Лу моргнул и спокойно спросил: — «Кто этот молодой друг?»

— «Это мой почтенный племянник Хань», — сказал учитель Янь. — «Дальний кровный родственник моего доброго друга. Поскольку он упоминал о репутации Академии Чистого Откровения, я не смог ему отказать и привел племянника сюда, чтобы посмотреть, есть ли у него квалификация стать учеником академии».

Старший учитель Лу посмотрел на Хань Ли и после минутного молчания спокойно произнес: — «О! Племянник доброго друга брата Яня. Его духовные корни и способности кажутся заурядными. Впрочем, давай внимательно проверим его атрибуты. Юный друг Хань, подойди сюда».

— «Да, Старший!» — услышав это, Хань Ли без малейших колебаний подошел и позволил мужчине средних лет обхватить свое запястье холодной ладонью.

С его огромным духовным чутьем Хань Ли не боялся быть разоблаченным. Независимо от его духовных корней, атрибутов или даже костей, старший учитель Лу увидел бы только то, что хотел показать Хань Ли.

Впрочем, Хань Ли не желал привлекать к себе лишнего внимания, чтобы иметь возможность спокойно культивировать в академии незамеченным. Поэтому он раскрыл свои истинные способности и духовные корни, показав самый низкий приемлемый уровень для входа в мир культивации — свои корни четырех атрибутов. Что касается костей, он просто скрыл их возраст, чтобы в них не было ничего странного.

Закончив осмотр, старший учитель Лу отпустил запястье Хань Ли и спокойно сказал: — «Духовные корни четырех атрибутов, не хватает металла. Ему будет довольно трудно поступить в академию, но, судя по магической силе в его теле, он уже обучился нескольким магическим техникам низкого ранга. К счастью, он культивировал искусство чистой древесной атрибутики, а не нечестивое дьявольское. В этом аспекте проблем не будет. Однако его возраст довольно велик, а вероятность достижения стадии Заложения Основы практически равна нулю. Скорее всего, за всю жизнь он достигнет лишь восьмого уровня Конденсации Ци. В таком случае, тебе лучше остаться вольным культиватором и сохранить себе больше свободы!»

Хань Ли понурил голову в знак беспомощности и произнес искренним тоном: — «Я уже слышал подобную оценку от других старших, но я верю, что мои усилия помогут преодолеть недостатки. Я желаю испробовать путь культивации».

Выражение лица старшего учителя Лу дрогнуло, он взглянул на учителя Яня, затем кивнул и сказал: — «Мне нечего возразить против твоей непоколебимой воли идти по пути культивации, но раз уж ты вольный культиватор, вступающий в секту, владеешь ли ты какими-нибудь особыми техниками, в которых ты искусен?»

Услышав это, Хань Ли был ошеломлен. Он не думал, что тот задаст этот вопрос культиватору стадии Конденсации Ци. Неужели он проверял его по просьбе учителя Яня?

Мысли Хань Ли быстро зашевелились, и он ответил без малейшего колебания: — «Я немного соприкоснулся с Дао создания инструментов. Но при моей культивации и опыте я смог создать лишь несколько самых базовых предметов. Это нельзя считать настоящим мастерством». — После этих слов Хань Ли изобразил смущение.

— «О? Ты понимаешь в создании инструментов? Очень немногие бродячие культиваторы изучают техники создания инструментов. Ведь на их освоение уходит много времени».

Когда монахиня услышала это, на её лице появилось странное выражение.

— «Я раздобыл нефритовый свиток по созданию инструментов и практиковался от случая к случаю». — Хань Ли принижал свои навыки как мог. Простое упоминание об этом сильно повысило бы его шансы на вступление в секту, но демонстрация истинного мастерства была бы лишь напрашиванием на неприятности.

Кроме того, людей, способных к созданию пилюль и магических формаций, гораздо меньше, чем тех, кто занимается инструментами. Было бы слишком вызывающе упоминать два других направления.

— «Собрат Даос Хань, ты смыслишь в создании инструментов? Это великолепно. Старший Лу, кажется, мне не придется одалживать учеников-ремесленников из вашей секты. Раз уж этот собрат Даос Хань еще не стал здесь учеником, как насчет того, чтобы он вступил в Монастырь Королевской Безмятежности?»

Предложение монахини стало огромным потрясением как для Хань Ли, так и для учителя Яня.

Учитель Янь не удержался и строго произнес: — «Монахиня Хуалянь, это не совсем уместно! Ваша обитель — для монахинь. Как такой мужчина, как Хань Ли, может туда войти?»/2/

Монахиня поджала губы в улыбке и сказала: — «Хотя Монастырь — женское учреждение, в нашу секту вступали и несколько даосских жрецов огненного атрибута, и мужчины, но они живут за пределами монастыря, так что учителю Яню не о чем беспокоиться».

— «Так вот оно что... я слишком мало знал о Монастыре. Однако почтенный племянник Хань желает поступить в Академию Чистого Откровения. Его вступление в вашу секту все еще неуместно». — Учитель Янь, казалось, был твердо намерен устроить Хань Ли в академию. Несмотря на то, что он ясно понимал, что стоит перед существом, превосходящим его самого, он все же решился на спор.

Невозмутимая Хуалянь улыбнулась и объяснила: — «С талантами собрата Даоса Хана, даже если он поступит в вашу академию, он будет лишь обычным учеником без будущих перспектив. Однако моя секта готовится к созданию множества сокровищ, и нам как раз не хватает ученика низкого ранга, понимающего в создании инструментов. Если он согласится вступить в мою обитель, его навыки ремесла улучшатся, и я даже позабочусь о его культивации. Не стану скрывать от вас, учитель Янь, но я пришла, чтобы одолжить у академии ученика, знающего толк в создании инструментов. Теперь, когда такой человек появился передо мной, мне больше нет нужды утруждать собрата Даоса Лу».

Учитель Янь на мгновение заколебался, а затем повернулся к старшему учителю Лу, спрашивая: — «Брат Лу, что ты думаешь?»

Со спокойным лицом старший учитель Лу произнес глубоким голосом: — «Юный друг Хань еще не стал учеником, так что он волен выбирать. Естественно, это ему решать, хочет ли он вступить в Монастырь или в академию, но всё так, как говорит монахиня Хуалянь. Даже если он поступит в академию, я не смогу предложить ему никакой помощи, а она как раз пришла одолжить ученика-ремесленника низкого ранга. Вступление в обитель — вовсе не плохой выбор».

С этими словами трое в комнате повернулись и посмотрели на Хань Ли с тревогой, любопытством и даже предвкушением.

— «Монастырь Королевской Безмятежности?» — когда Хань Ли услышал это название, он вспомнил, что это даосский монастырь на горе Нефритового Поля. Однако он не знал, что это женский монастырь, и вообще мало что о нем слышал. Он оказался в полной растерянности.

/1/ - он уже привык

/2/ - импотентам можно