Глава 342.0

Чувство унижения немного утихло, когда они начали разговаривать лицом к лицу. Роден начал привыкать и притуплять свои эмоции.

— Драконы, естественно, начали использовать хатанцев.

— Как дворяне и королевская семья, верно?

— Да. Им не хотелось двигаться. Одно слово, даже просто молчание, и слуги всё делали за них. Как удобно. К тому же, хатанцы, хоть и были слабы, оказались умелы. А цивилизация Хатана была высокоразвитой.

Драконы наслаждались своим положением, получая всё, что хотели, лёжа на боку. Проще говоря, они начали править.

— Сладкая жизнь. Но я спрашивал о фрувалах. Когда же появятся фрувалы?

— Какой ты нетерпеливый. Сейчас, сейчас появятся. Драконам было удобно, но они не были удовлетворены. Хатанцы оказались немного некомпетентны.

— Я не понимаю. Вы же говорили, что они создали великолепную цивилизацию? И при этом некомпетентны?

— У них были хорошие головы. Они владели магией, заклинанием духов, призывали фамильяров — всё делали. Но уровень был слишком низким. Просишь принести еды — ждёшь несколько часов, просишь сделать что-то — опять несколько часов. Это раздражало.

Когда человек стоит, он хочет сесть, когда сидит — хочет лечь.

Драконы ничем не отличались. Помыкая хатанцами жестами и словами, они захотели более способных слуг.

— И что?

— Драконы собрались и пришли к согласию. Создать новую расу. Более способную.

— Не похоже, что вы говорите о скрещивании или гибридах.

— Конечно, нет. Речь шла о создании жизни с нуля. А! Должна сказать, что я не участвовала в первом создании жизни.

Принцесса Эланариэн потерпела неудачу в создании жизни. Она вырывала души фамильяров и пересаживала их, потому что не могла создать душу сама.

Похоже, драконы проводили те же исследования. Судя по выражению лица верховной старейшины Седры, их исследования увенчались успехом.

— Это фрувалы?

— Нет. Фрувалы были созданы гораздо позже. До них были другие существа, у которых даже имени не имелось.

— Создание жизни — это впечатляет.

— Впечатляло. И требования были жесткими. Они должны были быть достаточно способными, чтобы быстро и идеально выполнять наши поручения. Чтобы служить почти 3 миллиардам драконов, им нужна была высокая способность к размножению. Мы не могли создавать их всех. И они должны были быть слабее нас, драконов.

То, что они должны быть слабее драконов, казалось очевидным. Неконтролируемый нож может ранить своего владельца.

То, что они должны быть способными, тоже понятно. Создание жизни было затеяно из-за некомпетентности хатанцев, поэтому неспособные существа были бы бессмысленны.

Но в части, касающейся способности к размножению, Роден почувствовал что-то неладное. Как будто он открыл ящик Пандоры.

— Это похоже на… безумие.

— Почему мы, драконы, не поняли того, что понимаешь ты?

Почему, почему… Потому что они были ослеплены жадностью. Эти богачи всегда хотят большего.

Лоэль Райц, привязанный к спине Родена, ругал драконов. Роден был с ним согласен, поэтому не стал его останавливать.

— И что дальше?

— Мы думали, что это великолепно. Мы думали, что создали идеальную форму жизни. Они были достаточно способными, чтобы удовлетворить нас. И у них оказалась отличная способность к размножению. Целых 2 999 999 990…

— Может, просто назвать их 3 миллиардами?

— Давай. У меня уже язык болит.

Верховная старейшина Седра потрогала свой рот и пристально посмотрела на Родена. Её взгляд говорил: «Налей мне ещё чашку сладкого чая».

Разговор снова прервался. Было очень трудно поддерживать беседу с верховной старейшиной Седрой.

Роден достал из подпространства чай и стал ждать продолжения.

— На чем мы остановились?

— Вы сказали, что у них была отличная способность к размножению.

— Да. За 33 дня все 3 миллиарда драконов получили по два способных слуги.

У Родена отвисла челюсть.

Это означало, что за 33 дня их стало 6 миллиардов. Это была невероятная скорость размножения.

— Это выглядит очень опасно.

— Опасно было. Я ненадолго отвлеклась, а их уже стало больше триллиона. Чем больше их становилось, тем быстрее они размножались.

— Магия сложных процентов.

— Да. Они росли слишком быстро. Тогда мы поняли, что это опасно.

Размножение — энергозатратный процесс. Для такой скорости размножения им требовалось огромное количество энергии.

Если энергия — это пища, то в том мире уже начался голод. Если энергия — это мана, то мана уже должна была иссякнуть.

— И что вы сделали?

— Что мы могли сделать? Мы попытались избавиться от них.

— Неудачно?

— Они яростно сопротивлялись. С тех пор началась долгая война. Очень долгая война.

Драконы хотели, чтобы их слуги были способными. Поэтому они создали их со свободной волей. И эта воля восстала против решения драконов уничтожить их.

Конечно, даже если бы у них не было свободной воли, всё равно мало что изменилось бы. Если бы они продолжали размножаться в таком количестве поколений, ограничения, наложенные на их предков, ослабли бы сами собой.

— Война, в которой участвовали 3 миллиарда драконов. Мир, должно быть, превратился в руины.

— Ну, так и было. Они оказались очень живучими. Много драконов погибло.

У слуг с невероятной скоростью размножения не было имени. Драконы поняли опасность ещё до того, как дали им имя, и сразу попытались уничтожить их.

В конце концов, попытка уничтожения провалилась, и началась война. Драконы сражались силой, а те — числом.

Роден представил себе драконов, уставших от бесконечного числа врагов.

— Вы создали существ, которые, объединившись, могут победить дракона?

— Да. Поодиночке они слабы, но вместе страшны. Как уже говорила, я не принимала участия в создании. Я тогда жила в тихом месте.

Фрувалы всё ещё не появились в разговоре. Но история оказалась настолько интересной, что Роден не стал менять тему.

— И что дальше?

— Мы решили, что нам тоже нужно увеличить численность. Поэтому мы снова начали создавать жизнь. На этот раз я тоже участвовала. Они попросили меня о помощи, и я не смогла отказаться.

— Вау! Это тоже впечатляет.

— Но на этот раз мы сделали всё правильно. Мы снизили их способность к размножению до минимума. Мы создали существ, которые почти не могли иметь потомство. Это и былы фрувалы.

Наконец, верховная старейшина Седра упомянула фрувалов.

Фрувалы были созданы, чтобы сражаться с бесконечно размножающимися существами.

— А как прошла война?

— Проблема была в том, что фрувалы оказались слабее, чем мы думали. Поодиночке они были сильнее бракованных существ, но если на них нападали хотя бы пятеро или шестеро, они не могли справиться.

— И что дальше?

— К счастью, выход имелся. Фрувалы были неглупы. И у них были способности к магии.

Роден догадался, что было дальше. Они обучили фрувалов магии, чтобы сделать их сильнее. Они решили, что это безопасно, так как у них низкая способность к размножению.

— Вы обучили их магии.

— Да. Хотя их способ использования магии немного отличался от нашего, у нас не было выбора. Фрувалы не могли использовать чистую ману. Поэтому мы создали магию, которая позволяла им использовать то, что вы называете «магической силой».

— Ах!

Магия произошла от драконов. Сегодня он узнал правду о ходившей среди людей легенде.

Магию действительно создали драконы. Но не для себя.

Драконы не используют магическую силу. Увидев сердце дракона, Роден понял, что драконы используют чистую ману.

— Так родились фрувалы.

— А сколько их было? Небольшое количество не помогло бы в войне.

— Что мы могли сделать? Мы создали каждого из них. Мы не могли рассчитывать на их размножение.

Драконы создали не только пару прародителей, но и всех фрувалов, которых использовали в войне, собственными силами.

Это был тяжелый труд, но драконы взяли на себя эту ответственность. Им нужно было исправить то, что они натворили.

— И вы выиграли войну?

— Ха-а-а-а…

— Вы проиграли?

— Мы выиграли, но…

Роден вспомнил о способности к размножению первых созданных существ. Чем занимались эти монстры, пока драконы тратили время на создание фрувалов?

— Их стало ещё больше.

— Да. Их стало слишком много. Даже фрувалы не могли с ними справиться.

— И что?

— С тех пор мы сражались не покладая рук. Мы понесли большие потери, но сражались, чувствуя ответственность.

К счастью, они опомнились, хоть и поздно. В конце концов, они выиграли войну.

Хотя это происходило в другом мире, Роден хотел, чтобы эти ужасные монстры исчезли.

Но лицо верховной старейшины Седры было мрачным. Настолько мрачным, что можно было подумать, что они проиграли войну.

— Вы же сказали, что выиграли?

— Да, мы выиграли. Мы сожгли их всех. Когда война закончилась, в живых осталось всего девять драконов, включая меня.

— Ах!

В войне участвовали 3 миллиарда драконов, но выжило очень мало. Можно сказать, что драконы оказались на грани вымирания.

Хотя они и одержали победу, она оказалась пирровой.

— Существовали же драконы, которые не отправились в Хатан?

— Да, но все они участвовали в войне. Мы попросили их о помощи.

— Значит, осталось всего девять?

— Да. Так получилось.

В голосе верховной старейшины Седры не было сил. Казалось, ей трудно рассказывать о трагической истории своего народа.

— Простите. Я не должен был спрашивать.

— Нет. Мне стало легче, когда я рассказала об этом.

— Но что насчет конца света? Я не понимаю, как связаны страдания драконов и разрушение человеческой цивилизации.

— На этот вопрос я не могу ответить. Спросишь у них сам, когда встретишь.

В самый важный момент верховная старейшина Седра отказалась отвечать. Роден не мог больше настаивать.

— Что ж, ничего не поделаешь. А что насчет Слабонериусов?

— Что? Замена, конечно.

— Что?

— Как думаешь, что случилось с Хатаном после долгой войны? С великолепной цивилизацией Хатана?

Роден понял, что имела в виду верховная старейшина Седра.

Хатан был разрушен. Не только мир, но и бесчисленные расы, населявшие его, погибли.

Бесконечно размножающиеся монстры съели или поглотили их, чтобы восполнить свою энергию. Огромный мир опустел.

Слабонериусы былы созданы, чтобы заполнить этот мир. Своего рода бюджетная версия фрувалов.

— Хатанцы были похожи на людей?

— Да, внешне они были почти одинаковы.

— Поэтому вы создали Слабонериусов похожим на людей.

— Верно. Мы всё ещё боимся Бога. Он может внезапно вернуться и спросить, почему мир стал таким.

Возвращение Бога.

Для драконов это был смертный приговор. Они не выполнили свою задачу и только натворили бед, поэтому им нужно было действовать быстро.

Нужно было хоть чем-то заполнить мир. Тогда, когда Бог вернется, они смогут избежать наказания.

С этой мыслью драконы создали Слабонериусов. По крайней мере, внешне они были похожи на хатанцев, поэтому драконы верили, что наказание Бога будет мягче.

— Вы заполнили мир похожей расой. И, в отличие от фрувалов, у них была нормальная способность к размножению.

— С умным человеком приятно разговаривать. Он всё понимает, даже если не договаривать до конца.

— А Магическая Империя, то есть Кобернериусы, которые являлись гражданами Империи, тоже относятся к этому?

— Нет. Это бракованные экземпляры, получившиеся при создании слаби. Мы не могли создать пару слаби и просто ждать, пока они размножатся. В Хатане изначально жило 2 триллиона 330 миллиардов человек. Чтобы хоть как-то приблизиться к этому числу, драконам пришлось создавать слаби вручную.

Создать одну идеальную пару было возможно. Драконы могли по очереди проверять и перепроверять свою работу.

Но было невозможно постоянно повторять одну и ту же работу и ожидать, что всё будет идеально. При повторении работы концентрация внимания падает, и появляются бракованные экземпляры.

— Значит, было много бракованных экземпляров?

— Не так уж и много. Сначала их было немного и мы просто оставили их в покое. А потом, в один прекрасный день, мы обнаружили, что они создали свою собственную цивилизацию.

— Прошло много времени.

— Да. Мы были заняты после войны. Я же говорила, что существует более 3 миллиардов измерений. Нам нужно было проверить, не возникли ли там проблемы.

Хотя драконы и жили в мире Хатан, они не забыли о своих родных мирах.

Они всё ещё боялись Бога, поэтому постоянно следили за своими измерениями. Это была их миссия, данная Богом.

Пока девять драконов обходили 3 миллиарда измерений, Кобернериусы создали свою цивилизацию. А Слабонериусы, оставленные для управления Хатаном, стали правителями Кобернериусов.

— Почему вы отправили их в этот мир?

— Мы их не отправляли. Они сбежали через наш портал.

— Драконы жестоко правят? Убивают, избивают. Хотя нет. Вы же повелители маны, значит, сжигаете огнем, закапываете в землю… Вы что-то такое делали?

Роден слышал о людях, которые убегали в другие места из-за издевательств, но впервые слышал о бегстве в другое измерение. Насколько ужасным должно быть правление, чтобы такое произошло?

— Кхм, кхм. У нас просто не было опыта.

— Да, да. Конечно.

Это было жалкое оправдание. Если они не были уверены, что справятся, им не следовало начинать.

— Но не так много Слаби сбежало. И Кобернериусов тоже было немного.

— Потрясающе.

Даже оправдания оказались нелепы. Трудно было понять, кто перед ним: дракон или неразумное дитя.