Глава 313.0

Время, проведенное в маркизате Ричмонд, осталось в памяти Родена теплым воспоминанием. Хотя воспоминания склонны приукрашиваться, Роден действительно многого добился за два года, проведенные в маркизате Ричмонд.

В то время Роден стал магом 6-го круга, а Ларри и Бьянка твердо утвердились как мечник и маг. Он находился под теплой опекой Маргарет и смог немного восполнить недостаток своего жизненного опыта.

«И Карис с Дженой тоже здесь».

Не будет преувеличением сказать, что благодаря Мэттью он встретил Кариса и Джену.

Все началось с болезни Мэттью, связанной с маной. В процессе лечения ему пришлось отправиться в пустошь Моуд, где в подземелье он и встретил Кариса и Джену.

— Здравствуйте, господин!

— Ты все еще называешь меня господином? Теперь можешь обращаться ко мне как к младшему брату, Мэттью.

— Господин всегда останется господином. Благодаря щедрой зарплате, которую вы мне платили, я смог легко обосноваться. Спасибо вам.

Мэттью поклонился в сторону невидимого Родена. Внезапно его поклон приняла Эмилия, которая оказалась в том направлении.

— Ну и Мэттью. А что ты здесь делаешь? Ярмарку устроил?

— Да. В деревне мои питомцы продавались слишком дешево. Мне было так жаль, что я решил открыть своё собственное ранчо.

— Ого, как идут дела?

— К счастью, многим нравятся мои лошади. Добро пожаловать!

В этот момент к Мэттью подошел новый покупатель. Мэттью поспешно поприветствовал его, почесывая голову.

— Иди. Торговец должен торговать, а не болтать со мной.

— Я скоро вернусь.

— Не торопись, Мэттью. Я тоже посмотрю на лошадей.

— Хорошо, господин.

Пока Мэттью занимался новым клиентом, Роден осмотрел его ранчо.

Повсюду были видны следы умелых рук Мэттью. Даже заборы были сделаны с любовью, а конская сбруя была безупречной.

— Хорошо ухожено.

— Это же Мэттью! Он не из тех, кто халтурит.

— Да, Мэттью очень дотошный.

Роден неторопливо осматривал лошадей, выращенных Мэттью. Их шерсть блестела, а глаза были ясными.

— Хорошо выращены. Отличные лошади.

— Атрия, ты что-то понимаешь в лошадях?

— Сколько я видела лошадей Карлеса! Ухаживать не умею, но разбираюсь.

Боевые куклы ездили на кукольных механизмах, которые были сильными и обладали почти бесконечной выносливостью. За ними не нужно было ухаживать, и они были устойчивы.

На первый взгляд, у них были одни преимущества, но имелся и один существенный недостаток.

Кукольные механизмы были медленными и плохо маневрировали. В двух самых важных аспектах боя они не шли ни в какое сравнение с боевыми конями.

— Карлес не ездил на кукольных механизмах?

— Нет. Считал их слишком медленными.

— Из-за скорости?

— И из-за этого тоже. И еще они медленно реагируют. Как будто всегда на шаг позади.

Фатальный недостаток кукольных механизмов заключался в низком уровне душ, которые в них помещали. Без замены души этот недостаток было невозможно устранить.

Низшие фамильяры изначально не были предназначены для боя. Они в основном использовались в качестве рабочих, поэтому им не хватало необходимых для боя качеств.

Если бы человек получил крылья, он не смог бы сразу же взлететь, просто взмахнув ими. У него не было бы самого чувства, как двигать крыльями.

Конечно, человек мог бы думать, размышлять и в конце концов найти способ. Пусть не так плавно, как птица, но он смог бы летать.

Но кукольные механизмы с душами низших фамильяров не думали и не размышляли. Они просто выполняли приказы, оставляя все как есть.

Поэтому боевые куклы ездили на кукольных механизмах, но их хозяева предпочитали настоящих лошадей.

Они были благородного происхождения и им не нужно было самим ухаживать за лошадьми, поэтому им не приходилось жаловаться на неудобства.

— Хочу найти кукольный механизм.

— Роден, ты тоже хочешь ездить на нём?

— Да.

Роден не считал недостатки кукольных механизмов недостатками.

Практически бесконечная выносливость, возможность в любой момент убрать его в ожерелье, отсутствие необходимости в корме.

Все это было тем, чего Роден страстно желал.

— Карлес считал их неудобными.

— Я буду использовать их для кареты, так что неважно. И я вообще медленно двигаюсь. Никогда не ездил на полной скорости в карете.

— Ты, как всегда, странный.

Неторопливо осматривая лошадей, Роден заметил нечто странное. Он склонил голову, и Джена посмотрела на него.

— Мастер, что случилось?

— Все оставшиеся лошади — кобылы. Жеребцов всего несколько.

— Что?

После слов Родена Атрия резко опустила голову. Она занималась неловким делом, пытаясь рассмотреть половые органы лошади.

— Боже, как стыдно. Атрия, пожалуйста, прекрати.

— Давайте сделаем вид, что не знаем ее. Она с нами не знакома.

Карис и Джена отошли от Атрии. Остальные тоже отдалились от нее.

— Что я такого сделала? Я просто хотела посмотреть, кобыла это или жеребец.

— Нужно ли было так демонстративно это делать?

— Так надежнее. Но Роден узнал, что здесь одни кобылы, даже не посмотрев.

Роден молча стоял и смотрел в сторону Мэттью. Мэттью, который был занят обслуживанием клиентов, вскоре представил несколько лошадей.

— Просто другое ощущение.

— Какое другое ощущение?

— Сложно объяснить. Это как будто само собой разумеющееся. Кстати, Атрия, ты долго будешь за мной ходить?

— Роден, ты обижаешь меня своими словами. Я тоже пришла сюда купить лошадь. У меня нет кукольного механизма, что мне делать? Придется ездить на лошади.

Атрия сделала вид, что ничего не произошло. Она всегда так делала, когда ей было неловко.

Роден покачал головой, глядя на Атрию.

Хотя Атрия была довольно неприятной, Роден не отталкивал ее. Он понимал ее страх, оказавшись одной в незнакомом мире.

— А платить буду я?

— Нужно помогать тем, кто в беде.

— И ты, Атрия, всегда помогала тем, кто в беде?

— Нет. Но теперь я собираюсь это делать.

С Атрией было интересно разговаривать. Возможно, благодаря тому, что она полностью освободилась от магического круга подчинения, она говорила без стеснения. Она была второй после Лоэль Райца, кто мог возразить ему.

— Мастер, Мэттью идет.

— Продал лошадь. Интересно, по хорошей цене?

Вскоре Мэттью вернулся с улыбкой. Его лицо по-прежнему сияло.

— Мэттью, продал лошадей?

— Да, господин. Из-за войны цены на лошадей выросли почти втрое. Хотя я надеюсь, что войны не будет, но я чувствую себя виноватым, зарабатывая на этом деньги.

— Ты же не начинал эту войну. Забудь об этом. Кстати, здесь в основном кобылы. Есть какая-то особая причина?

— Это тоже из-за войны. Люди предпочитают покупать жеребцов. Существует предрассудок, что жеребцы храбрее кобыл.

Храбрость лошади зависит от тренировки. Кобылы не трусливее, а жеребцы не храбрее.

Однако, в среднем, жеребцы действительно крупнее кобыл. Из-за этого люди предпочитают жеребцов.

— Вот как война сказывается даже здесь. Как дела у тебя, Мэттью? Слухов о призыве не было?

— Конечно, были. Одно время в Деревне Дубов все пребывали в панике. Но сейчас все в порядке. Жители Деревни Дубов заключили сделку о поставке боевых коней.

Королевский двор лично отправил людей в Деревню Дубов для переговоров.

Ожидались сложные переговоры, но, как ни странно, они прошли гладко. Потому что обе стороны хотели одного и того же.

Жители Деревни Дубов хотели избежать участия в войне. Они были готовы понести некоторые финансовые потери, лишь бы не воевать.

Королевский двор, в свою очередь, хотел обеспечить стабильные поставки боевых коней. Они считали, что один боевой конь полезнее, чем несколько человек с оружием.

Оставалось только определить количество лошадей, и в итоге договорились на одного боевого коня за одного призывника.

В каждой семье Деревни Дубов было в среднем более 10 боевых коней и более 30 вьючных лошадей. Один боевой конь за одного призывника был вполне приемлемой ценой.

— Это хорошо. Мэттью, я хочу купить лошадей.

— Купить? Просто скажите, и я вам их отдам.

— Так не пойдет. У меня много денег. У меня ничего не осталось, кроме денег, так что я заплачу полную цену. Только не завышай цену.

— Ну и господин…

Роден выбрал 8 лошадей, которых он присмотрел заранее. В это число входила и лошадь для Атрии.

— Господин, вы специально выбрали одних кобыл? Если вы сделали это ради меня, то не стоило. Кобылы тоже полезны.

— Нет. Я выбирал не по полу. Я выбрал самых здоровых лошадей, так что не беспокойся, Мэттью.

Роден не врал. Он действительно выбрал самых здоровых лошадей, и все они оказались кобылами.

На самом деле, все лошади здесь были здоровы. Это было видно по тому, с какой любовью Мэттью за ними ухаживал.

— Понял. Я сам подберу сбрую.

— Две лошади будут для кареты.

— Карету в стоимость не добавлять… Ах да, господин, вы всегда возите ее с собой.

— Да. Карету в стоимость не добавлять. Просто дайте мне лошадей и сбрую.

— Хорошо, господин.

Лошади были куплены. На этом внешние дела на сегодня закончились.

***

Роден был рад видеть, что Мэттью, которого он давно не встречал, в порядке.

Времена были неспокойные. Центральный и Восточный континенты страдали от войны. Число жертв продолжало расти, а экономика разрушалась.

В такие времена уже само выживание было удачей. А у Мэттью еще и бизнес по дрессировке и продаже лошадей процветал.

Роден вернулся в гостиницу. Он привязал лошадей в конюшне во дворе и бросился на мягкий диван в гостиной.

— Вау, и такие гостиницы бывают? Почему мы раньше останавливались только в обшарпанных гостиницах?

— Это всего лишь одно место.

— Все равно, там было не очень.

— Это была деревенская гостиница. А это все-таки город. В больших городах есть еще более крупные и роскошные гостиницы.

Атрия прыгала на диване. Она была так взволнована, что использовала весь диван как аттракцион.

— Хи-хи-хи. Здорово!

— Ты разве не жила во дворце? Там, наверное, условия лучше, чем здесь.

— И что с того? Это было тысячи лет назад.

— Ах, да.

Это была ошибка Родена. Он забыл, что Атрия провела более 5000 лет в темной гробнице.

— Завтра уезжаем?

— Да. Нам здесь больше нечего делать. Мне интересно посмотреть на остров Катрон, о котором говорил Плуто.

— Остров Катрон… Карлес часто туда ездил. Это было лучшее место для отдыха.

Роден знал, что остров Катрон — курорт. Он слышал, что там даже был специальный дворянин, который управлял островом, так что это было фактически личное место отдыха императорской семьи.

— Мне нужен кукольный механизм.

— Я же говорил, что их отправили на север. Это в противоположной стороне от острова Катрон.

— Вдруг повезет. Нужно осмотреть окрестности.

Роден доверял своей интуиции. Если вход был запечатан магией, будь то маной или магической силой, он мог бы его найти.

«Хотя вероятность мала».

Найти потерянную вещь даже в маленьком поместье было непросто. Даже если перерыть всю землю и отправить людей во все стороны, вероятность найти ее была крайне мала.

А чтобы найти кукольный механизм, нужно было обыскать весь север времен Магической Империи. Это была территория больше, чем нынешний Центральный континент. Ему нужно было самому объехать и обыскать все это место.

На следующий день Роден отправился в Гильдию наемников, чтобы узнать последние слухи. Ничего особенного не произошло. Просто война стала еще более ожесточенной.

Тем временем Карис и Джена искали подходящие задания для Сесилии и Плуто, которы енедавно стали наемниками.

К счастью, по пути на юг было много мест, где появлялись магические звери. Они выбрали подходящее задание и приняли его.

— Пойдем.

— Да, мастер.

Закончив дела в Гильдии наемников, Роден покинул Хеденс. Пробиваясь сквозь прохладный утренний ветер осени, он продолжал двигаться на юг.

По пути они несколько раз выполняли задания Плуто и Сесилии. Убив магических зверей, они возвращались в город с доказательствами, отчитывались о выполнении задания и брали новое, продолжая свой путь на юг.

Примерно через 10 дней Роден оказался перед огромной равниной.

Выполняя задания, Плуто и Сесилия набрали 10 очков. Они оказались в той же ситуации, что и Клиф, Эмилия и Брокс.

Они еще не могли повыситься до серебряного ранга, так как стали наемниками недавно. Но, набрав нужное количество очков, им больше не нужно было искать задания.

— Постойте.

— Враг?

— Нет. Мы входим в регион Эзиле.

Боевые куклы не поняли, что имел в виду Роден, упомянув «Эзиле».

Те, кто присоединился к нему после того, как он вошел в Лес Чудовищ, естественно, не знали, а Карис и Джена, которые были с ним дольше, выглядели неуверенно.

— Не помните? Рогатые обезьяны.

— А! Эзиле! Регион, где растет флип-фрукт. Рогатые обезьяны его любили.

— Точно. Раз уж мы здесь, нужно купить побольше флип-фрукта.

Флип-фрукт можно было купить в крупных городах Центрального континента, но, конечно, он не мог сравниться с тем, что продавался на его родине.

И с точки зрения цены, и с точки зрения свежести, лучше всего было купить его здесь как можно больше.