Побочная история - Мама, папа! (2)
В комнате ощущалось чье-то присутствие. Я приоткрыла глаза и в слабом лунном свете заметила знакомый блеск черных волос.
«Ты пришел? Который час?» - прошептала я.
«Немного за полночь. Прости, что разбудил. Спи дальше.»
«Ты поздно...Ты хоть поужинал?»
«Как думаешь, сколько сейчас времени? Конечно, поел. Моя жена всегда спрашивает об этом в первую очередь.»
[Ну, для корейца еда, это святое. Я могу стерпеть начальника, который не платит за переработки, но никогда не прощу того, кто заставляет пахать допоздна голодным. ..Хотя кого я обманываю? Наверное, я бы не стерпела ни того, ни другого.]
Веки, отяжелевшие от сна, то и дело смыкались. Мой живот уже заметно округлился, и я спала гораздо больше обычного. В остальном же перемен не было. Джерас скользнул в постель и лег рядом. Его руки и тело, всегда горячие, собственнически обвили меня.
[Обогреватель, это, конечно, хорошо, да и мягкий Южный воздух приятен, но тепло Джераса всё равно лучше всего на свете.]
«Хочешь, я почитаю тебе, пока ты не уснешь?» - тихо спросил он.
«Днем мне уже читал отец. Похоже, я уже совсем взрослая: сказки больше не кажутся интересными.»
«Он наверняка выбирал самые занудные, «в воспитательных целях». Что же мне тогда для тебя сделать?»
«Просто спи. Тебе завтра снова рано уходить. И я тоже устала.»
«Тогда я спою тебе. Слушай и засыпай.»
[Что за безумец поет песни посреди ночи?]
Я была слишком измотана, чтобы ворчать, и просто закрыла глаза. [Если он затянет строевую в духе «Сокрушим их! Разобьем в щепки!», как тогда на прогулке среди цветов, я вышвырну его из кровати. К счастью, Джерас запел нормальную колыбельную.] Его нежные руки поглаживали мой живот, а приятный голос мягко напевал прямо в ухо, утягивая в глубокую дрему.
«Элое.»
«...М-м?»
«Я люблю тебя.»
Сладкий шепот коснулся слуха. Я слышала это по десять раз на дню, но каждый раз мои уши горели, а кончики пальцев начинали покалывать. Не дождавшись ответа, он, должно быть, решил, что я уснула, и уткнулся лицом в мой затылок.
«Оставайся вот так, рядом со мной, навсегда. Никуда не уходи.»
[Он признался, что ему иногда снится сон. Сон, в котором я пожертвовала собой, чтобы одолеть Агтатиуса. Если бы не Джерас, это видение могло бы стать реальностью.]
[Нет, оно бы точно стало реальностью. Тогда я была в полном отчаянии. Я искренне считала, что мое исчезновение - малая цена за спасение всех остальных.]
«Я никуда не уйду.»
«Ты разве не спала?»
«Кое-кто постоянно меня трогает, так что уснуть невозможно.»
Я положила ладонь поверх руки Джераса, покоившейся на моем животе. На тыльной стороне его левой кисти виднелся крупный шрам, след его отчаянных попыток спасти меня. Он лишь улыбался, называя шрамы на руках и теле «прекрасными медалями.»
«Мы женаты, и у нас скоро будет ребенок. Куда я, по-твоему, могу уйти?»
«И всё же я не могу избавиться от чувства тревоги. Это сильнее меня.»
«Тогда тебе придется стараться ещё лучше. Чтобы мне самой хотелось быть только с тобой.»
«Моя жена такая умная. Сразу видно, что самый юный профессор. Узнал сегодня много нового.»
Джерас дерзко поцеловал меня в щеку, а затем крепко переплел свои пальцы с моими. Ночь была спокойной, как и всегда.
***
С неба обрушился яростный ливень, будто там пробило брешь. Окна дребезжали от резких порывов ветра. Джерас свирепо смотрел на стекло, по которому струилась вода. Его ледяной, острый взгляд был настолько тяжелым, что, казалось, мог физически ранить. Слуги и горничные жались друг к другу, стараясь не попадаться ему на глаза.
В этот момент плотно закрытая дверь распахнулась.
«Хи!» - короткий вскрик Элое вырвался из узкой щели.
В глазах Джераса вспыхнуло пламя. Он схватил за шиворот вышедшего доктора. Бедолага, которого за сегодняшний день хватали за воротник уже двадцать восемь раз, смертельно побледнел.
«Простите! Простите, Ваше Величество! Пожалуйста, подождите ещё немного!»
«Ты хоть понимаешь, что прошло уже больше восьми часов?!»
«Я...Я знаю. Но это требует времени. Её Величество Императрица тоже делает всё возможное, поэтому, прошу вас, просто подождите...!»
«Подождать? Ты ведешь себя слишком нагло. Ты в курсе, что это место станет твоей могилой?»
«Хы-ы-ык...!»
«Ваше Величество! Ваше Величество!»
Дверь открылась снова. На этот раз появилась Карин, личная горничная Элое. На её потном лице сияла улыбка.
«Это прекрасная, очаровательная принцесса, Ваше Величество! Её Величество Императрица просит вас немедленно войти!»
«Можешь поблагодарить Императрицу за свою жизнь.»
Джерас отшвырнул дрожащего доктора в сторону и бросился внутрь. Горничные и лекари, занятые уборкой, склонились в поклоне, но он даже не взглянул на них. Его взор был прикован лишь к Элое, неподвижно лежащей на кровати.
Её и без того бледное лицо было белым как полотно, ни кровинки. Губы распухли и посинели оттого, что она сильно кусала их, сдерживая крик, настолько мучительными были схватки. Она была так истощена, что даже не смогла открыть глаза, когда Джерас подошел к ней.
«Что случилось? Почему Элое в таком состоянии? Почему она без сознания?»
«Она временно лишилась сил. Её сейчас исцеляют божественной магией, скоро она придет в себя.»
«Надеюсь на это. Иначе ваши головы полетят на плаху.»
«Ваше Величество, вот принцесса.»
Джерас, только что источавший жажду убийства, мгновенно спрятал свою ауру. Он бережно принял на руки сверток в изящной розовой ткани. Малышка была невероятно крошечной. Настолько, что ему казалось, будто он может навредить ей, если приложит хоть каплю силы. Джерас бессознательно расслабил руки и посмотрел на дочь.
Младенец с нежным розовым отливом кожи зажмурил глазки и зашевелил крошечными ручками.
«Эта малютка...»
Она была такой маленькой и милой, их с Элое общая кровь. Джерас не мог заставить себя говорить дальше: горло перехватило от избытка чувств. Малышка открывала и закрывала ротик, словно отвечая на его голос. Он не мог оторвать взгляда от её личика. [Это не было просто умилением. Это было чудо, ради которого Элое рисковала жизнью. Плод их любви.]
[Ради этого ребенка я готов на всё.]
«Похоже, она узнала Ваше Величество. Ведет себя так тихо и совсем не плачет.»
«...Джерас...Ты здесь?» - раздался совсем охрипший голос Элое.
Джерас очнулся, подошел к ней и показал ребенка.
«Я здесь. И наша малышка тоже здесь. Видишь? Это принцесса. Красавица-принцесса.»
«Карин...возьми ребенка на минутку...»
«Да? Ой, конечно!»
Карин забрала младенца. Джерас опустился на колени у кровати. Элое медленно открыла глаза. Глядя в её измученное лицо, он почувствовал, как восторг от рождения дочери сменяется острой виной, сожалением и бесконечным облегчением от того, что его жена жива.
В алых глазах Джераса закипели слезы. Он коснулся лица Элое, оно было холодным от пота.
«Прости меня, Элое. Мне так жаль.»
«...Да уж, ты...если у тебя есть совесть...тебе должно быть жаль. Мне было так больно из-за тебя...Я чуть не умерла...»
Её голос был слабым. Джерас наконец разрыдался. [Если бы он только мог, он бы сам выносил и родил этого ребенка вместо нее.] Слезы капали на тыльную сторону ладони Элое.
[Прости меня, спасибо тебе. Я люблю тебя.]
Но едва Джерас собрался излить все свои бушующие эмоции, как из его собственных уст вырвался короткий вскрик.
«...Кха!»
«Ах ты, паршивец...Какой же ты негодяй!»
«Элое, стой. Погоди...Мои волосы! Это же мои волосы!»
«Я знаю! Смирно сиди, если не хочешь остаться лысым!»
«Элое, прости! Я был неправ! Я больше никогда...Ой!»
«В-Ваше Величество! Ваше Величество Императрица!»
«Боже мой, что же нам делать!»
Элое, силы которой восстановились благодаря магии, вцепилась в волосы Джераса обеими руками и яростно дернула. Комната, еще секунду назад наполненная нежностью, мгновенно превратилась в поле боя. Стоны Джераса, умоляющего о пощаде, мешались с возмущенными криками Элое, называвшей его «худшим мерзавцем на свете».
«Принцесса...я буду показывать вам только прекрасное. Не смотрите на эти грубости. Ох, какая же вы красавица.»
Карин повернулась спиной к этому хаосу и начала показывать новорожденной картину с красивым пейзажем.
«Чтобы никакого следующего раза! Понял?! Если захочешь ещё - рожай сам! Мерзавец. Ты просто мошенник, который только и умеет, что языком чесать!»
«Элое, успокойся...Ладно, ладно! Больно! Правда больно!»
«А мне, по-твоему, было легко?!»
Зевок...
Малышка, совершенно не интересуясь беспорядком, которую устроили родители, сладко зевнула.
***
«Малыш, малыш. Тебе весело? Тебе удобно?»
«У-у-унг!»
Каэлле, сидевший на спине у сестры, вскинул обе ручки и радостно запищал. Алые глаза Кларии сияли, когда она улыбалась.
[Мой брат такой милашка!]
Эсрик! Куда подевался этот несносный мальчишка?!
Дверь кабинета распахнулась, и оттуда вылетел разъяренный Джерас. Его лицо было перемазано чернилами. Он оглядел коридор, пока его взгляд не встретился с взглядом Кларии, стоявшей там в одиночестве. Крошечная ручка, похожая на листик папоротника, робко высунулась из-за плеча девочки, это явно был младший, Каэлле.
Лицо Джераса, до этого напоминавшее физиономию свирепого бандита, смягчилось.
«Моя маленькая принцесса, ты вышла погулять с малышом?»
«Да-а. Малышу было скучно, вот я его и вывела.» - застенчиво ответила Клария.
Джерас подавил смешок. [Интересно, кто тут кого называет малышом? Первой принцессе Кларие только исполнилось шесть. Казалось, только вчера она спотыкалась и плакала, не умея толком ходить, а теперь уже таскает на спине младшего брата. Нежная и спокойная Клария, видимо, считала своим священным долгом заботиться о младших.]
Элое даже сшила для нее специальный слинг, заговоренный различными заклинаниями, чтобы Клария не ушиблась и не уронила брата. Конечно, в глазах Джераса они оба были всего лишь детьми. [Один чуть побольше, другой чуть поменьше.]
«Принцесса моя, тебе не тяжело?»
«Всё хорошо. Он же маленький, я о нем позабочусь.»
«Но ведь ты и сама еще крошка, разве нет?» - Джерас присел на корточки и поправил её розовато-серебристые волосы. На ощупь они были мягкими, как лепестки цветов, точь-в-точь как у Элое.
Глаза Кларии решительно расширились. Её алые глаза, точная копия глаз отца, вспыхнули праведным гневом.
«Я не крошка! Я уже совсем взрослая!»
«Но ты же намного меньше папы.»
«У меня трое младших братьев! Я самая старшая!»
«А-а, так вот почему ты взрослая?»
«Да-а-а!»
Это было нелепо, но настолько мило, что Джерас лишь рассмеялся, целуя дочь в лоб и щеки. Клария залилась звонким смехом. Когда она затряслась от хохота, Каэлле у нее за спиной тоже издал нечто нечленораздельное: «Ка-ву! Ка-ву!».
«Джера-а-ас!»
Крик, донесшийся из конца коридора, принадлежал Элое.
[Ох, я в большой беде.]
Джерас вздохнул и поднялся. Как и ожидалось, появилась Элое, окруженная пугающей аурой. По обе стороны от нее в воздухе парили два мальчика, связанные магическими веревками.
«Говорила я или нет, что занята подготовкой к занятиям?»
«Говорила, жена моя.»
«Тогда почему Ублис и Эсрик оказались в моем кабинете? И чем, позвольте спросить, занимался отец этих маленьких жеребят?»
«Мамочка, а как кричит жеребенок?»
«Глупый Эсрик, ты даже этого не знаешь? «И-го-го!»
«И-го-го-о-о?»
«Вы двое, может, замолчите? Ах, точно. Если подумать, сейчас время учебы. Ублис, Эсрик. Как продвигаются ваши занятия?»
«И-го-го!»
«И-го-го-о-о!»
Бровь Элое дернулась. Джерас инстинктивно понял, что его ждет: наказание за грехи сыновей ляжет на его плечи. [Настоящей верховной властью в Императорском дворце обладал вовсе не Джерас, а Элое. Год назад, после рождения четвертого ребенка, Каэлле, Элое сделала заявление: так как он «обманул» её четыре раза, отныне он обязан беспрекословно выполнять всё, что она скажет. И именно сегодня утром Джерас провалил миссию по присмотру за детьми.]
«Жена моя, возникли непредвиденные обстоятельства. Пожалуйста, выслушай меня...»
«Я занята. У меня нет времени слушать про твои обстоятельства. Я же сказала, что у меня завтра три лекции.»
«И-го-го-о-о!»
Третий сын, Эсрик, совершенно не чувствуя атмосферы, снова заржал. Элое одарила Джераса ледяным взглядом, а затем лучезарно улыбнулась детям.
«Раз уж Его Величество впустую потратил мое время, мне придется работать весь вечер. Сегодня, дорогой, тебе придется спать одному.»
«Жена! Там правда были обстоятельства! Это всё Эсрик, он размазал чернила по моим документам!»
Элое не обратила на него внимания. Она уже протягивала руку Кларие, чьи глаза сияли от предвкушения.
«Мои милые, старшая и младший, пойдемте перекусим с мамой?»
«А-ву-у-унг!»
«Малышу ещё нельзя вкусняшки. Я пыталась дать ему раньше, но ты запретила.»
«Тогда Клария просто съест порцию за двоих. Идемте.»
«Я тоже хочу...»
Элое всучила магически связанных Ублиса и Эсрика цепляющемуся за нее Джерасу и взяла Кларию за руку. Мать, дочь и младенец, похожие на яркие весенние цветы, удалились.
«И-го-го.»
«Вкусняшки... Хочу вкусняшек.»
«Эх. Могли бы хоть попытаться помочь отцу.»
Оставшись один, Джерас отвесил каждому из «жеребят» по легкому щелчку. Он потащил сопротивляющихся мальчишек обратно в кабинет. Плечи человека, у которого было всё, о чем только можно мечтать, поникли от притворного горя, но на губах играла нескрываемая счастливая улыбка.
Это были дни, полные бескрайнего, истинного счастья.
***
На этом всё, друзья! Спасибо, что прошли этот путь вместе со мной. Честно говоря, поначалу история казалась мне довольно обычной, но со временем она по-настоящему запала в душу. Я просто обожаю сюжеты, где главный герой наконец видит истинный облик героини или узнает её настоящее имя. Увидимся на страницах следующей книги!