Глава 15.0
Аннет шла по коридору, настраивая себя на то, что завтракать ей придется в полном одиночестве. Она с тоской вспоминала их маленькую кухню в поместье Уэллсли: вечный смех Адама, ворчание отца над газетой и аромат свежего хлеба Луизы. Там всё было пропитано теплом, а здесь — лишь блеском холодного мрамора.
Однако, когда лакеи распахнули перед ней тяжелые двери обеденного зала, Аннет замерла на пороге.
За длинным столом сидел Теодор. В утреннем свете его лицо казалось высеченным из камня — ни одной лишней эмоции, лишь холодная сосредоточенность. Но больше всего Аннет поразил его вид. На нем не было привычного мундира. Вместо него — узкие черные брюки и тонкая черная кофта из дорогого мягкого трикотажа с глубоким вырезом на груди.
Ткань была настолько эластичной, что не скрывала, а скорее подчеркивала его атлетическое телосложение. При каждом его движении под тонким слоем черного шелка перекатывались мощные мышцы груди и плеч. Аннет невольно сглотнула, почувствовав, как щеки начинают гореть.
— Доброе утро, Аннет, — произнес он, не оборачиваясь, но ощущая её присутствие. — Проходи. Ты выглядишь так, будто увидела привидение.
— Доброе утро, — Аннет осторожно прошла к столу и села по правую руку от него. — Я просто… не ожидала увидеть вас здесь. Элиза сказала, что вы обычно не завтракаете и сразу уходите в кабинет.
— Элиза слишком много болтает, — Теодор наконец повернул к ней голову. — Планы изменились. В этом замке сейчас небезопасно завтракать в одиночку, особенно после вчерашних угроз.
Он подал знак рукой. Через минуту из дверей кухни вышел не просто слуга, а сам главный повар в белоснежном колпаке. Он лично нес массивный серебряный поднос, и его руки заметно подрагивали.
— Ваше Величество… Леди Уэллсли… — повар поклонился так низко, что едва не задел подносом пол. — Позвольте представиться, я Жан-Поль, шеф-повар императорской кухни. Я… я приготовил для вас лучшее, что было в запасах. Утиная печень в меду, омлет с трюфелями, пять видов свежей выпечки и заморские фрукты…
Жан-Поль бросал на Аннет испуганные взгляды. Было видно, что он до смерти боится Теодора и того, что «провинциальной» невесте не угодит его высокая кухня.
Теодор окинул взглядом гору еды на столе, и его брови сошлись у переносицы. — Жан-Поль, — его голос прозвучал как надвигающаяся гроза. — Кто приносит целый пир в семь утра? Мы собираемся завтракать или устраивать бал в честь урожая? Здесь еды на целый полк.
Повар побледнел и начал заикаться: — Н-но, Ваше Величество… я думал… особенный случай… леди впервые у нас…
— Это не особенный случай, это расточительство, — холодно отрезал Теодор. — Забери половину.
Аннет увидела, как у несчастного Жан-Поля задрожали губы, и её сердце сжалось. — Погодите! — она мягко коснулась ладони Теодора, заставив его замолчать от неожиданности. — Теодор, ну зачем вы так? Посмотрите, сколько труда он вложил в эту красоту.
Она повернулась к повару и тепло улыбнулась: — Жан-Поль, это выглядит просто божественно. Я никогда не видела ничего прекраснее этих круассанов. Вы, должно быть, встали до рассвета, чтобы всё это подготовить. Пожалуйста, оставьте всё как есть. Я хочу попробовать каждый кусочек.
Повар застыл, глядя на Аннет так, словно она была святой, сошедшей с иконы. Его страх сменился искренним изумлением.
Теодор посмотрел на руку Аннет, всё еще лежащую на его запястье, а затем на сияющего повара. Его суровое лицо на мгновение смягчилось. — Ладно, — буркнул он. — Свободен. Но в следующий раз умерь пыл.
Жан-Поль снова поклонился, но на этот раз в его жесте было глубокое уважение именно к Аннет. — Благодарю вас, леди! Искренне благодарю за доброту к старому повару. Приятного вам аппетита!
Когда за поваром закрылась дверь, Теодор усмехнулся, приступая к кофе. — Ты только что купила себе самого верного союзника в этом замке, Аннет. Теперь тебя будут кормить лучше, чем меня.
— Иногда доброе слово работает лучше, чем ваши указы, — парировала она, победно откусывая кусочек теплого круассана.