Глава 2.0

Эпизод 2

2. Лжесвятая (2)

Подземный коридор был тих, так как все надзиратели сбежали.

Оставшись в одиночестве, я начал вспоминать о Святой, какой знал ее.

Она была трансцендентным существом, с которым было трудно справиться даже в прошлых жизнях.

Бесчисленное множество героев Империи, попав под ее чары, стали предателями и врагами.

Эта безумная ситуация, когда сегодняшний надежный союзник завтра замахивался на меня мечом, повторялась снова и снова.

Но в битвах с ней я добыл и ценную информацию.

Анже происходила из павшего дворянского рода, ее родители были казнены как изменники.

После этого ее отправили в подземелья Святого Престола, где она выживала в череде жестоких экспериментов.

Единственным временем отдыха среди ужасных страданий было чтение священных текстов.

Говорят, в темном подземелье она перечитала Священное Писание несколько тысяч раз.

Примерно тогда же она и уверовала в то, что сама является Святой.

Особенно фанатично Анже относилась к персонажу из писания — «Пророку».

Это был стойкий мужчина, который, получив божественное откровение, покинул пост капитана рыцарей.

Встретив Святую, он вместе с ней посвятил себя спасению народа, что в конечном итоге привело к конфликту с королевством.

Протесты и их подавление продолжались годами.

Когда дух народа пал, Святая попросила Пророка пронзить ее мечом.

Она пожертвовала собой, чтобы пробудить массы.

Святая встретила героический конец, наблюдая за падением королевства.

А оставшийся в одиночестве Пророк построил новую эру на руинах павшего государства.

На первый взгляд — идеальная история о свержении коррумпированного режима.

Однако это было фальшивое писание, созданное Святым Престолом для манипулирования ею.

План заключался в том, чтобы она, подстрекая народ, разрушила Империю, а Святой Престол затем легко поглотил бы государственную власть.

В итоге Святая, в одиночку поднявшая революцию, встретила смерть от моей руки.

Не от рук Пророка, а от ненавистного ей имперского Мастера Меча.

Но, как ни странно, она совсем не грустила.

Наоборот, она благодарила меня за то, что смогла умереть смертью, похожей на ту, что описана в Писании.

До самого конца она так и не смогла вырваться из лап Святого Престола.

Кки-и-ик —

Просторная камера.

Под потолком, откуда падал единственный луч света, сидела женщина.

Из-за очков ее лицо было плохо видно.

Но даже размытый силуэт белых волос и красного бархатного платья...

Создавал чувственную атмосферу, присущую лишь обладательнице исключительной внешности.

— Не те люди, которых я привыкла видеть.

— Я начальник тюрьмы Дерек. Сегодня я проведу беседу лично.

Тонкая, хрупкая рука убрала челку в сторону.

И тут же показались мутные красные глаза, в которых не чувствовалось ничего человеческого.

— Ваше лицо тоже плохо видно.

— Я тоже не вижу твоего лица. Давай поговорим на этом расстоянии.

Уголки губ, такие же красные, как ее платье, приподнялись.

— Хорошо. Может, сначала скажете, зачем пришли?

— Раз уж попала сюда за преступление, могла бы сидеть тихо. Зачем постоянно изводишь моих надзирателей?

— Я их не мучила. Просто напомнила им о грехах, которые они совершили.

— Если не собиралась их исправлять, не стоило и вмешиваться.

На мои резкие слова ее белоснежное лицо слегка наклонилось вбок.

Большинство мужчин, очарованные ее внешностью, автоматически проявляли к ней симпатию.

Новый тип человека, встреченный впервые, видимо, вызвал у нее любопытство.

— Ведь у меня есть сила осчастливить всех.

— Какая еще сила? Разве это не просто магия разума и помощь духов?

Я думал, она смутится, если я раскрою ее суть.

Но, как и подобает одному из Великих Бедствий, Анже осталась невозмутимой.

— У вас проницательный взгляд, вопреки слухам о повесе.

Я думал, только я знаю о ней, но Анже тоже уже навела обо мне справки.

Видимо, кто-то из загипнотизированных надзирателей проболтался.

— Но какая разница, какую силу я использую?

Святая медленно поднялась.

Она раскрыла ладонь навстречу теплому солнечному свету, наслаждаясь крупицей тепла.

— Разве не достаточно того, что эта сила может спасти страдающий народ?

— Шестеро надзирателей, приблизившихся к тебе, либо сошли с ума, либо уволились. Это ты называешь спасением?

— Они осознали свои грехи и посвятили себя Богу. Выживших я тоже скоро поведу по пути покаяния.

— Убивая их всех?

Святая Анже указала пальцем вверх.

— Те, кто эксплуатировал других ради собственной алчности. Те, кто сеял раздор среди народа и заставлял людей грызть друг друга.

Ее расфокусированные красные глаза уставились на меня.

Абсолютно точно, несмотря на расстояние более двадцати шагов.

— Когда все они исчезнут, в мире естественным образом наступит покой.

Все герои, попавшие под влияние ее софистики, были так же «естественно» загипнотизированы.

Но...

Я не герой и не революционер.

— Какая бы ты ни была красивая, если несешь чушь, это совсем не привлекает.

Я, как коррумпированный аристократ, любящий тепло и сытость, ответил насмешкой.

— Не все власть имущие — плохие. Мир развивается только тогда, когда лидерами становятся выдающиеся люди.

— Я выступила потому, что критерии отбора выдающихся людей прогнили.

Как бы цинично я ни говорил, в ее голосе не было и тени сомнения.

Наоборот, он звучал мягко, как у воспитательницы детского сада.

— Нынешняя правящая верхушка Империи не дает народу шанса проявить свои способности. Они нанимают только подхалимов, дающих взятки, а те, в свою очередь, эксплуатируют народ, чтобы вернуть потраченное.

Святая щелчком пальца сбила камешек, лежавший на подоконнике.

Словно пинком опрокинула лестницу.

— Они все заслуживают исчезновения. Новой эрой будут править те, кого отберу заново.

— Ты имеешь в виду людей, которых выберешь ты?

Святая Анже светло улыбнулась.

Однако в этой улыбке не было ничего радостного.

Это была вымученная улыбка, которую может изобразить только человек, переживший полное отчаяние.

— По крайней мере, я, слушающая слово Божье, буду лучше коррумпированных властителей.

— Это твое заблуждение. Твои критерии тоже не были особо правильными.

Я сделал шаг к ней.

С каждым шагом лицо Святой в линзах очков становилось немного четче.

— Привести в пример надзирателей, которых ты недавно наказала?

— Это были выходцы из рыцарей, устроившие резню мирных жителей в другой стране.

— Верно. Но они раскаялись в резне на поле боя и впредь нарушали приказы сверху.

— Таким жалким раскаянием грехи не смыть.

Я тихо оглядел мрачную и унылую тюрьму.

Место, где пребывали надзиратели, сосланные за неподчинение приказам.

— Да, это невозможно. Но ведь можно дать шанс искупить вину?

Я достал список надзирателей.

Там были подробно описаны причины их ссылки сюда.

— Благодаря тому, что они отказались убивать мирных жителей, во всей армии возникло негласное правило, запрещающее убийство гражданских.

Они смело ослушались даже приказа монарха.

И за это, став бельмом на глазу, были сосланы сюда.

— Они были простыми солдатами, но благодаря их мужеству выжили сотни невинных граждан.

Я мельком глянул на поднос с едой, который надзиратели, набравшись смелости, оставили здесь.

Анже наверняка голодала несколько дней, но к еде даже не прикоснулась.

— Так почему бы не дать им шанс и тебе?

В холодной одиночной камере я взял в руки совершенно целое яблоко.

Сочный плод, напоминающий цветом ее глаза и платье.

— Тебе ведь тяжело нести всё это в одиночку.

Святая, чье выражение лица до этого никак не менялось от моих слов, после этой фразы медленно моргнула.

— Вы сейчас... беспокоитесь обо мне?

— Да. Магия промывания мозгов, которую ты сейчас используешь... чем дольше ты ее поддерживаешь, тем больше она высасывает твои жизненные силы.

В прошлой жизни, когда я убивал Анже, ее тело действительно было крайне истощено.

Настолько, что, даже пронзив ее, я почувствовал странную пустоту.

— Я помогу. Чтобы наступил тот справедливый мир, которого ты желаешь.

Благодаря чутью Мастера Меча я едва уловимо заметил это.

Она испытывала ужасную боль, но все равно продолжала поддерживать магию гипноза.

— .......

Святая медленно выпрямилась.

Красный бархат, облегающий ее соблазнительную фигуру, слегка качнулся.

— Вы, из прогнившей аристократии, хотите помочь мне?..

В тот момент, когда Анже легко сделала шаг вперед.

Расстояние, которое я так старательно сохранял, сократилось до смешного быстро.

— Я не верю словам таких болтунов, как вы.

Анже надменным движением приподняла очки, которые были на мне.

Благодаря этому ее расплывчатое лицо стало отчетливо видно.

Белоснежная кожа и большие красивые красные глаза.

— Поэтому я проверю лично. Ваше грязное нутро.

Беловласая женщина нежно погладила меня по щеке.

Хотя она была на два года моложе меня, от нее исходило тепло, как от материнских объятий.

Обычный мужчина растаял бы от этой красоты и тепла прямо перед глазами.

Но я уже знаю.

Весь этот экстаз — магия разума высшего уровня.

— Если хочешь, смотри.

Тем не менее, я нисколько не испугался.

Наоборот, я притянул ее тонкую талию ближе к себе.

Так близко, что было слышно дыхание друг друга.

— Мое желание защитить эту Империю — искреннее.

От такой моей напористости Анже еще шире распахнула свои красные глаза.

И тут.

Все, что отражалось в ее взгляде, начало меняться.

Она погрузилась в воспоминания детства Дерека Минстера.

Случай в академии, когда его травили за то, что он из семьи коррумпированных аристократов.

Инцидент в таверне, когда он затеял ссору и был до полусмерти избит простолюдином. Все пронеслось как в кино.

「Как и ожидалось, жалкая жизнь, под стать слухам.」

Воспоминания вернулись к недавним событиям: покупка должности начальника тюрьмы.

Но следом шло твердое намерение усердно работать на посту начальника, а не ради личной выгоды.

「Все-таки с возрастом немного поумнел?」

Анже усмехнулась, как будто наблюдала за выходками ничтожного насекомого.

Но.

Вскоре она поняла, что это не единственные его воспоминания.

Святая крепко сжала ожерелье на своей шее.

Она силой высвободила мощную магию, от которой ее сияющие белые волосы яростно взметнулись.

「Этот парень. Неужели он не обычный аристократ?」

Будь он простым повесой, она бы не стала копать так глубоко.

Но то, как он уверенно пришел к ней, несмотря на такое количество погибших надзирателей.

Его поступки разожгли интерес Святой.

「Давненько мне не было так любопытно.」

Магия разума с трудом приподняла темную завесу.

И Святая проникла в нестабильные воспоминания мужчины.

— Уа-а-а-а-а――――!!!

Разъяренная толпа обрушила статую Императора.

Они крушили все вокруг, в ярости глядя на женщину, упавшую посреди площади.

Анже знала, кто эта женщина.

И мужчину, который держал ее в объятиях, глядя на нее с любовью и ненавистью.

「Это же я?..」

Ее лицо в воспоминаниях выглядело безмятежнее, чем у кого-либо.

Словно у Святой, которая достигла всего, чего желала, и вознеслась на небеса.

— Благодаря тебе я добилась желаемого. Спасибо. Дерек.

Дерек — это определенно тот самый новый начальник тюрьмы, которого она только что встретила.

Тот, кто, судя по воспоминаниям, искренне хотел исполнять свои обязанности.

И его путь вскоре...

Стал точь-в-точь походить на путь человека, которым она так восхищалась и которого так жаждала.

Вплоть до того момента, как он собственноручно убил ее, Святую, завершая гибель Империи.

Всё было в точности так, как в божественных записях.

「Если так, то неужели...」

Тот факт, что самым болезненным воспоминанием была смерть самой Святой.

Убедившись в этом, белоснежное лицо Анже начало заливаться краской.

「Неужели этот парень и есть будущий Пророк?」

Она прикрыла рот рукой.

Даже став трансцендентным существом в магии, она не могла скрыть своего волнения.

Хотя видение было нестабильным, так как она подсмотрела его силой, главными героями этой восхитительной сцены определенно были она и он.