Как я стал мужем и отцом в другом мире
Ещё чуть-чуть — и Дороти тоже сможет выпускать пламя

Ещё чуть-чуть — и Дороти тоже сможет выпускать пламя

Как я стал мужем и отцом в другом мире Том 1.0 Глава 42.0

『Над главой работали: Shephed и MrPicals 』

『Редактура: brock-berrigan』

『Спасибо за редактуру и работу над главой - brock-berrigan и MrPicals<3 』


Фр-р-р, конь мотнул головой. Гоблины были ещё далеко, но лошадь, похоже, уже чуяла опасность. Возбуждённая, она перебирала ногами и беспокойно водила корпусом из стороны в сторону.

— Чёрт!

Джухван встряхнул поводья, пытаясь заставить коня сменить направление. Но, делая это впервые, у него ничего не получалось. Конь не слушался команд. Казалось, вопли гоблинов и крики людей напугали его.

Из повозки подала голос Лиззи:

— Джухван, может, мне попробовать?

— Нельзя, — коротко отрезал он.

Вдалеке он увидел, как одна женщина попалась гоблинам. Вокруг неё уже собралось двое, трое, четыре твари. Её пронзительный крик долетал даже сюда. Никто не пытался ей помочь. Все были заняты лишь собственным спасением.

— Сиди внутри. Прошу тебя.

Он понимал желание Лиззи помочь, но сейчас ей нельзя было выходить наружу. Эти гоблины снаружи словно взбесились. Они наверняка нацелятся на Лиззи.

Лиззи, казалось, хотела что-то сказать, но замолчала. В задней части повозки на мгновение повисла тишина.

Джухван знал, что его мана далека от полного восстановления. Та, что он потратил в дневной схватке, ещё не вернулась. Он был не в лучшей форме.

Он должен защитить жену и ребёнка любой ценой. Но и вероятность того, что ему это не удастся, не давало ему покоя. Одна единственная ошибка… Что, если он на мгновение не сможет вызвать огонь?

Сердце похолодело. Он не хотел допустить даже ничтожной, призрачной вероятности ошибки. Оставаться внутри крепкой повозки было куда безопаснее.

И-и-и! — конь тревожно заржал, нервно переступая ногами. Гоблинов становилось всё больше. Скорее всего, именно здесь собралось больше всего людей. Поэтому они и стекались сюда.

«Тпру, тпру», — Джухван несколько раз натянул поводья, пытаясь успокоить коня. Наконец лошадь развернулась и начала набирать бег в нужную сторону.

Со стороны главных ворот было слишком много гоблинов. Напуганный конь ни за что бы туда не пошёл.

«Остаются только задние ворота».

Не было никакой гарантии, что там безопасно. Он вспомнил, что, когда они въезжали, ворота были открыты. Вероятно, это сделал Гас, чтобы заманить гоблинов. Джухван закрыл их, но Гас наверняка снова оставил проход открытым.

Единственная дорога для повозки вела либо через парадные ворота, либо через те задние, которыми они прибыли. В остальных местах повозка не проехала бы — даже при сломанной изгороди. Бросить же её они не могли, так что оставался только один путь.

Повозка пронеслась мимо кричащих и разбегающихся людей.

Но в конце пути, там, где находились задние ворота, они увидели лишь полыхающую внешнюю стену деревни. От края до края, вся изгородь в их поле зрения была объята огнём.

«Это неестественный огонь».

Похоже, здесь использовали что-то для розжига. Неизвестно как, но пламя мгновенно охватило всю ограду.

Джухван снова развернул повозку. Из-за задних ворот уже валили толпы гоблинов.

Что же делать? Он не мог собраться с мыслями. Куда идти? Он просто не знал, как защитить жену и ребёнка.

Один гоблин спереди бросился прямо на повозку.

Джухван наклонился в сторону и вытянул руку. Кончики пальцев не доставали. С чуть большего расстояния, чем прежде, он изо всех сил выплеснул магическую энергию. Тело гоблина вспыхнуло пламенем на небольшом расстоянии от него.

Хорошо, получилось. Джухван выпрямился и сильно встряхнул поводья.

Гоблинов стало заметно больше, чем когда они находились у хижины. Раз уж Гас специально заманил их сюда, по всей деревне их наверняка ещё больше. Это было очевидно.

Доверять жителям деревни было нельзя. Это те самые люди, которые бросили его и его семью умирать в горах. При первой же возможности они попытаются спастись сами, используя Лиззи и Дороти как приманку.

Но что же тогда делать? Как в одиночку защитить свою семью? Как?

Его сжигало изнутри. Он и не подозревал, что груз ответственности за тех, кого нужно защитить, будет так сильно сжимать сердце. Казалось, оно сгорает и превращается в пепел.

В этот момент через проем подала голос Лиззи:

— Джухван, всё хорошо. Не волнуйся. Я не выйду. Я останусь здесь. Внутри безопасно. Сражайся и ни о чём не думай. Мне нестрашно. Всё хорошо. Ты сильный. Я верю в тебя.

Судя по всему, Дороти была рядом с Лиззи. Голос ребёнка раздался прямо за его спиной:

— Папа! Оз сильный! Оз и Дороти защитят тебя!

Джухван выдохнул. Их голоса звучали бодро и решительно, но он уловил в них лёгкую дрожь. Крики людей становились всё громче. Им не могло быть нестрашно.

«Что же я за человек…»

Он должен сохранять спокойствие. Иначе Лиззи и Дороти начнут паниковать.

Джухван глубоко вздохнул и улыбнулся. Слегка повернув голову, он улыбнулся им обоим:

— Не бойтесь. Я обязательно вас защищу. Лиззи, Дороти, я вас защищу во что бы то ни стало.

Сказав это, Джухван огляделся. Его взгляд устремился вдаль. Было ясно, что огонь полыхает даже за пределами видимой изгороди. Самого пламени не было заметно, но даже отсюда было видно, как высоко в небо поднимается дым.

Кто-то с криком бежал, вопя, что горит ограда. Он кричал, что вся изгородь в огне, что они в ловушке и не могут убежать.

Повозка постепенно отдалялась от этого человека. Его крик вскоре затих, сменившись новыми воплями вокруг.

«Сохраняй спокойствие. Нужно думать».

Зверь попадает в капкан и не может пошевелиться именно потому, что пытается вырваться, не думая. Чем больше он дёргается, тем сильнее затягивается петля. Сейчас Джухван был в таком же положении. Чтобы выбраться из опасности, ему нужно успокоиться.

Неподалёку он заметил группу авантюристов, которые, прикрывая друг друга, убивали гоблинов. Похоже, убегая из центра деревни, они столкнулись с монстрами. Они, кажется, ещё не знали, что изгородь горит.

Авантюристы бились грамотно. У них не было навыков, как у Джухвана, чтобы в одиночку противостоять десяткам врагов, но они могли бы стать хорошей боевой силой в схватке с гоблинами.

Джухван натянул поводья, замедляя коня.

«Это наверняка тоже входило в план Гаса».

Он не знал, что задумал старик. Но то, что гоблины напали как раз тогда, когда в деревне находились авантюристы, скорее всего, тоже было частью его плана.

Как бы то ни было, сейчас им не оставалось ничего, кроме как убивать гоблинов. Чтобы выжить в этой ловушке, нужно было их уничтожить.

Джухван остановил повозку прямо перед ближайшим домом. Несколько раз ударив топором по деревянной части здания, он сделал выемку, чтобы привязать поводья в месте, откуда лошадь не сможет убежать.

Один гоблин внезапно выскочил из-за угла здания. Видимо, он рыскал где-то поблизости.

Прежде чем гоблин успел его заметить, Джухван взмахнул топором. Тварь рухнула на землю, не успев даже вскрикнуть. В воздухе резко запахло терпким запахом крови.

Осмотрев окрестности, Джухван не нашёл поблизости других гоблинов. Он громко крикнул авантюристам:

— Сюда! Идите сюда! Пожар! Ограда бесполезна. Наружу не выбраться!

Авантюристы посмотрели на Джухвана. Запах гари уже доносился до них, но самой горящей изгороди отсюда видно не было. Они снова огляделись по сторонам и на мгновение заколебались. Их лица выражало сомнение — можно ли доверять этому человеку? Правду ли он говорит, действительно ли нельзя выйти через ограду? Может, безопаснее объединиться друг с другом?

Вдалеке Джухван заметил, как одного деревенского мужчину схватил гоблин. «Неужели они нападают не только на женщин?» — подумал он, и в тот же миг гоблин впился в мужчину зубами. Боже милостивый. Гоблины, похоже, пожирали людей.

Увидев эту сцену, авантюристы переглянулись и тут же направились к Джухвану. Очевидно, они решили, что сотрудничать будет выгоднее.

Отбиваясь от нападающих гоблинов, авантюристы побежали к дому и повозке.

За последним авантюристом по пятам следовал ещё один гоблин. Топор Джухвана рассёк воздух. Лезвие наискось вошло в шею и плечо твари.

— Спасибо! — тяжело дыша, авантюрист посмотрел Джухвану в глаза и слегка склонил голову.

Встав спиной к дому и повозке, Джухван и авантюристы выставили оружие, готовые ко всему.

Незаметно стемнело. Вдалеке он увидел языки пламени, которых не было видно днём. От нестерпимого жара воздух дрожал и искажался. Пространство вокруг словно пожиралось пламенем.

Пять, шесть, семь…

Гас, стрелявший из окна здания, вышел наружу. В ноге немного тянуло и болело. Сегодня, в отличие от обычного состояния, он слишком много и резко двигался. Со старыми ранами нужно быть особенно осторожным в холодные дни.

Ха-ха. Гас горько усмехнулся. Теперь ему больше не нужно волноваться о таких вещах. Ведь жить ему осталось всего несколько дней.

Гас тихо прошёл мимо гоблина, сражённого его же стрелой. Хромая, он преодолел некоторое расстояние и заметил скопление гоблинов.

В центре, кажется, кто-то был, но криков слышно не было.

«Потерял сознание, должно быть». Или, возможно, был уже мертв.

Гас укрылся в здании и выпустил в тварей ещё одну стрелу.

Всё шло по плану. Убедившись, что гоблины приближаются к деревне, он рассыпал остатки мускусного порошка повсюду. Почуяв запах, гоблины хлынули через главные и задние ворота, а также через разрушенный участок ограды.

После этого финалом плана стал поджог внешней стены деревни. Огонь быстро распространился, охватив всю деревню. Долгое время, очень долгое время он понемногу сыпал порошок сосновой смолы и пропитывал землю и ограду маслом. Внешняя стена и земля, десятки лет впитывавшие смолу, наверное, будут гореть очень долго. Огонь легко не потухнет. Никто не сможет выбраться наружу.

Кому-то из жителей деревни, возможно, и повезёт выжить. Но даже если староста каким-то чудом выживет здесь, его конец всё равно будет ужасен — его убьёт лорд.

На лице Гаса мелькнула улыбка. Его собственный конец будет похожим. Что наступит раньше — его убьёт гоблин или же прикончат жители деревни? Или, может быть, он испустит дух, увидев, как умирают все гоблины?

Как бы то ни было, до тех пор, пока не останется кто-то один — люди или гоблины — никто не сможет покинуть это место.

Криво ухмыльнувшись, Гас снова спустил тетиву. Несколько гоблинов бросились к нему.

«Ха, медленные».

Он погладил свой лук, который за долгие годы стал как продолжение его собственного тела. Внезапно он вспомнил взгляд Джухвана, который увидел в их последний миг. Этот взгляд был холоден как лёд. Похоже, Джухван питал к жителям деревни такую же ярость, какую сам Гас испытывал долгие годы.

«Никому не верь».

Гас прошептал про себя. В этом мире можно верить только себе. Никогда не доверяй другим. Это его последний урок Джухвану.

«Немного страшно», — прошептала Дороти про себя, крепче прижимая к себе Оза. Оз зашевелился и легонько застучал лапками по телу Дороти: тук-тук-тук.

— Перестань, Оз. Больно.

Было не очень больно, но пинаться — это плохо. Его нужно учить.

Мама Лиззи смотрела в проем в повозке. Она наблюдала за тем, как папа сражается. Снаружи было очень страшно из-за всех этих звуков: грохота и странных криков. Поэтому смотреть не хотелось, но не смотреть было, кажется, ещё страшнее.

Дороти ещё сильнее прижала Оз к себе. Оз снова забил лапками: тук-тук-тук.

— Хватит.

Дороти на коленках подползла к маме Лиззи. Заглянув в щель, Дороти широко раскрыла глаза.

— Ух ты!

Папа, размахивающий топором, вытянул вперёд руку. И тут же монстр — нет, это же гоблин, мама говорила, что это монстр-гоблин — этот взрослый гоблин внезапно вспыхнул ярким пламенем.

— Потрясающе, — непроизвольно пробормотала она.

Папа обычно создавал только крошечную искру — так как же у него получается такое огромное пламя? Очень странно. Но это потрясающе. Невероятно.

Дороти взволнованно посмотрел на Оза.

— Оз! Этот человек — наш папа! Папа Дороти! Правда, он невероятный? Он маг! Маг огня!

Дороти тоже захотелось стать волшебницей.

— Дороти ведь дочка папы, значит, она точно сможет стать магом.

Дороти вытянула руку вперёд — точно так же, как это делал папа.

— Пл...

Она попыталась ещё раз.

Странно. Огонь не появляется. А Оз ведь смотрит. Ей стало ужасно стыдно. Дороти опустила взгляд на мордочку Оза и сказала:

— Когда я стану чуточку старше, огонь обязательно появится. Дороти ещё ребёнок.

Ей стало немного… нет, очень сильно грустно. Когда же появится огонь?