Дороти, Оз и Тото
Джухван проснулся посреди глубокой ночи — он спал мёртвым сном. Небо за окном ещё оставалось чёрным, и даже Лиззи, всегда встававшая рано, ещё спала.
Дороти, спавшая у очага, каким-то образом забралась между ногами Джухвана и Лиззи.
Она свернулась калачиком под одеялом как улитка. Видя, как она зарылась головой под одеяло, Джухван прежде чем рассмеяться, ощутил беспокойство. Сможет ли она нормально дышать?
Благодаря купленной соломе постель стала более комфортной. Для Джухвана, знакомого с современными матрасами, тычущаяся под тканью в тело солома была весьма неудобной, но Лиззи и Дороти приняли её на ура. Дороти без конца каталась по одеялу, приговаривая, что оно мягкое.
Джухван бесшумно выскользнул из постели. Слышно было только потрескивание дров. Дабы не разбудить Лиззи он тихо оделся и вышел наружу.
Гас сказал, что не сможет приходить несколько дней. Похоже, он был чем-то занят.
На улице Джухван подкинул дров в костёр и продолжил работу над калиткой, которую вчера не успел доделать.
Это было сложнее, чем он думал. Как ни пытался он сделать так, чтобы Лиззи и Дороти без труда смогли открыть ее, он с досадой осознавал, мастерства ему не хватает.
Перед самым рассветом проснулась Лиззи. Лицо его жены все еще было сонным.
Он прервал работу и пошёл к источнику за водой.
Тем временем Лиззи занялась стиркой.
В этом мире без стиральных машин стирка была трудной задачей.
Бельё, замоченное на ночь в воде с золой, с раннего утра прополаскивали и перестирывали с чистой водой, а к восходу солнца развешивали сушиться.
С мелкими вещами ещё можно было управиться, но большего размера вроде одеял, женщине было трудно отжимать и вешать на бамбуковые шесты.
Без отжима в центрифуге мокрая ткань весила куда больше.
Когда Джухван находился рядом, он всегда помогал, но по какой-то причине Лиззи стремилась справляться с работой без его помощи. Каждый раз Дороти рвалась помочь, отчего задача становилась только хлопотнее.
К счастью, сегодня стирка была небольшой. Одно платье Дороти и одежда Джухвана.
Джухван вернулся к работе над калиткой. Когда он, наконец, закончил установку, солнце уже стояло высоко в небе.
Вчера он не проверял силки. Поскольку позавчера кролики не попались, он решил, что ежедневная проверка необязательна.
Дороти тогда сильно разочаровалась. Ребёнок, казалось, думал, что каждый день будет попадаться по два-три кролика.
Честно говоря, Джухван тоже был слегка разочарован. Он думал, что они будут ловить хотя бы одного кролика в день. Он надеялся, что сегодня попадётся хотя бы один.
Прежде чем уйти, Джухван подлечил крольчонка, который проснулся и завозился. Хотя на раненой области ещё не вырос мех, плоть уже заметно затянулась. Внутренние органы, должно быть, тоже по большей части восстановились.
В тот момент, когда он подумал, что влил достаточно маны, на лбу у крольчонка будто загорелся слабый свет. Это было место, где находился рог. Свет не вырывался наружу, а скорее напоминал включённую лампочку, горящую где-то под тканью.
Но когда он моргнул и посмотрел снова, перед ним был уже обычный кролик. Крольчонок уставился на Джухвана широко распахнутыми чёрными глазами.
«Гас ничего такого не говорил».
Странно. Вчера, пока он учился стрельбе из лука, Джухван расспрашивал Гаса о рогатом кролике. Опасен ли он, можно ли его выращивать — тому подобное.
Он понял не всё, но со слов Гаса, рогатый кролик — это животное под названием «масу», обитающее в лесу или полях. Из того, что он примерно уяснил, это было похоже на земных монстров или диких зверей.
Судя по словам Гаса, дикие рогатые кролики опасны. Если подойти близко, они могут укусить и даже загрызть ребёнка.
Но если вырастить их с самого юного возраста, всё будет в порядке. Гас жестами объяснил, что есть люди, которые на самом деле выращивают масу.
И всё же, сколько Джухван ни вспоминал, о том, чтобы они светились, речи не было. Если бы Гас знал, он бы точно упомянул. Может, существуют разные виды рогатых кроликов.
Джухван обратился к крольчонку, глядящему на него круглыми глазами:
«Ты, не знаешь, отчего светишься, верно? Ты точно рогатый кролик? Только не вздумай оказаться каким-нибудь подозрительным. Ты не должен подвергать опасности Лиззи и Дороти».
"…"
Крольчонок, только что затихший, снова шевельнул ртом и издал слабый звук.
«Пии».
"…"
Странно. Разве кролики издают звук «пии»? Масу, возможно, похожи на кроликов, но могут быть совсем другим видом животных.
Джухван присел и пристально заглянул рогатому кролику в глаза.
"Ты меня понимаешь?"
«Пии».
"Не понимаешь?"
«Пии».
Похоже, не понимает. На всякий случай он снова подлечил крольчонка, но тот больше не светился. Он подумал, что, возможно, это была иллюзия, но нет. Свет точно исходил из того места, где рос рог.
*«В следующий раз, когда встречу Гаса, надо спросить, бывает ли такое масу».*
Джухван собрал лук и стрелы и вышел наружу. Обед он с собой не брал. Место, где он впервые поставил силки на кроликов, находилось далеко от дома, но теперь, бродя в одиночку, он находил кроличьи следы рядом с домом. Не было нужды уходить далеко.
Из пяти поставленных силков в три попались кролики.
Быстро разобравшись с ними и сложив в матерчатый мешок, Джухван ещё какое-то время бродил вокруг, высматривая следы или помёт других животных.
Он знал не все звериные следы. Он научился распознавать кроличьи и оленьи от Гаса, но пока других не было видно.
И всё же важно почаще смотреть и учиться. Так наставлял его Гас. Даже если не узнаешь сразу, важно привыкать их видеть.
Снега было ещё много, так что время от времени удавалось находить следы. В основном мелких животных.
Странно, но некоторые звериные следы выглядели совсем как человеческие. Например, беличьи. Казалось, будто их оставили человеческие кости. К счастью, они были маленькими, и количество пальцев на лапах отличалось, иначе это выглядело бы жутковато.
Особо примечательных следов не попадалось. В основном — отпечатки мелких зверьков.
Джухван ещё побродил по горе, разглядывая землю и высматривая, не попадётся ли что-нибудь, что можно поймать или съесть. Но, кроме кроликов, добычи не было.
К обеду Джухван вернулся домой.
Калитка была заперта изнутри. Джухван сам велел так делать.
Подойдя к ней, Джухван собирался позвать Лиззи. Но не успел он издать и звука, как из щели в двери донёсся голосок Дороти.
"Папа!"
"Дороти?"
Вздрогнув, он посмотрел на дверь и в узкой щели приоткрытой створки увидел детские глаза.
"Папа, Дороти открывает дверь!"
С этим криком послышался звук отодвигаемого изнутри деревянного засова. Дверь тут же распахнулась, и ребёнок выскочил наружу.
"Папа, Дороти открыла дверь!"
"Ты ждала папу?"
"Да! Дороти ждала. Ждала папу. Долго, Долго!"
Дороти показала десять пальцев, а потом показала их снова. Похоже, она всё это время ходила туда-сюда, поглядывая в щель, чтобы открыть дверь.
"Спасибо, Дороти».
"Да! Дороти занята!"
Ребёнок широко улыбнулся и побежал обратно в дом. На этот раз она громко позвала Лиззи.
"Мама! Папа пришёл! Папа пришёл!"
Она и правда выглядела очень занятой. Джухван снова запер калитку и вошёл внутрь.
Раз уж Дороти открыла дверь, она теперь требовала дать имена кролику и кукле. Он обещал, что пока подумает над хорошими именами, но как-то так вышло, что это внезапно превратилось в условие для обмена.
Он назвал кролика Оз. Раз есть Дороти, должен быть и Оз. Кукла получила имя Тото. Так звали собаку, которую Дороти держала в той самой книге.
"Дороти, Оз и Тото».
Глаза Дороти засияли. Кажется, ей понравилось.
"Дороти, Оз и Тото!"
Дороти ещё долго бродила по дому, непрерывно выкрикивая эти имена вместе с крольчонком и куклой в корзине.
В деревне было шумно и снаружи, и внутри. Даже собравшись вдвоём, люди с тревожными лицами увлечённо обсуждали гоблинов. Они слышали, что гоблины такие-то, и деды рассказывали истории из давних времён, и всё в таком духе… Стоило им взглянуть друг на друга и открыть рот, как разговор заходил о гоблинах.
Все были обеспокоены и не находили себе места, потому что Гас обнаружил гоблинов. Эта атмосфера, вероятно, сохранится до прибытия авантюристов.
На самом деле авантюристы не были чем-то особенным, но для необразованных и бессильных селян, те, кто расправляется с монстрами, казались внушительными.
Деревенский староста смотрел на жену, входящую в дом с мрачным лицом. Бух, бух — она нарочито громко топала ногами и с силой захлопнула дверь. Она явно была очень недовольна.
Староста вздохнул и спросил жену, глядя ей в затылок:
"С уборкой повозки всё закончено?"
"Ну да».
Жена ответила обернувшись. У неё всё ещё было недовольное выражение лица. Голос был ворчливым, рот кривился, а губы были надуты, словно утиный клюв.
"Чем же ты так недовольна?".
Раздражённо спросил староста, и жена тут же ухватилась за возможность высказаться.
"Я и так с работой не справляюсь, а ты вдруг просишь меня убрать повозку, которой мы даже не пользуемся? Она даже не наша, мне что, всё самой делать?"
"Это потому что…"
Староста попытался ответить, но жена быстро его перебила.
"Ой, ну что с того, что я жена старосты? Даже если я её бережно хранила, если деревня просит, я должна отдать. Мне приходится одной выполнять всю общинную работу, а этой повозкой не пользовались уже десятки лет. Она вообще на ходу?"
Казалось, её до сих пор задевало то, что ей пришлось отдать ткань жене охотника. Ну что за надоедливая у меня жена.
Староста снова вздохнул и открыл рот.
"Я же тебе уже говорил. Эта повозка…"
Но договорить он не смог. Его несносная жена снова затараторила, перебив его.
"Я знаю. На случай, если гоблины придут в деревню или их окажется больше, чем ожидалось, мы сможем на ней сбежать. Но Гас сказал, что гоблинов будет от силы дюжина».
"Да послушай ты меня!"
Староста прикрикнул, и жена, вздрогнув, замолчала. Наконец-то тишина. Вот уж правда, если будешь сидеть тихо, люди думают, что ты тряпка. Староста снова глубоко вздохнул.
"Конечно, Гас так сказал. Но могут быть и гоблины, которых он не заметил. Они могут быть из нескольких племён, и если они нападут на деревню, что мы будем делать?"
"…"
"Не всё в этом мире идёт так, как предсказывают. Сколько всего я пережил на посту старосты? У меня есть свои причины так поступать, так что хватит ворчать».
"Но, милый, мы можем тогда погрузить наши вещи на нашу телегу. Зачем использовать ту большую повозку, которой мы даже не пользуемся?"
Жену, похоже, всё ещё не радовала перспектива в одиночку чистить и обихаживать большую повозку. Её голос стал тише, но жаловаться она не перестала.
Повозка, о которой она говорила, была куплена деревней для общего пользования очень давно.
В хорошие времена её использовали, чтобы отвозить произведённые в деревне товары на продажу в большие города, а в тяжёлые времена или во время голода — чтобы продавать людей.
Иногда её использовали для дочерей, выходивших замуж в дальние края или прибывавших оттуда, или для мужчин, которых забирали на войну, — воистину многоцелевая общинная повозка.
Но со временем повозка обветшала, а народ в деревне поредел, жизнь стала тяжелее, и ею почти перестали пользоваться. Теперь она стояла заброшенная за домом старосты.
Однако хоть она и была старой, это всё ещё была общинная собственность, поэтому раз в несколько лет селяне по очереди чистили и чинили её. Проверяли, нет ли сломанных частей, и поддерживали в порядке.
Она всегда была готова к использованию.
"Наша телега совсем открытая, без крыши. Если мы вдруг загрузим её вещами, люди увидят и подумают, что деревенский староста пытается сбежать в одиночку».
«…».
"Хватит болтать глупости. Погрузи немного еды в карету, пока никто не видит».
«…».
"Поняла?"
«Поняла».
«Грузи щедро. Если ничего не случится, мы просто выгрузим обратно, так что не скупись на припасы».
«… Хватит, замолчи. Я поняла».
Жена надула губы и, топая, ушла на кухню.
*«Эх, совсем она людей не понимает».*
Деревенский староста глубоко нахмурился.
В прошлый раз, когда он ездил в город на встречу с осведомителем, всё прошло не очень хорошо. Говорили, что в наши дни целители — большая редкость, но осведомитель не спешил предлагать свести его с дворянином из другой территории. Он лишь спросил, что это за деревня и насколько сильным казался целитель.
*«Он сказал, что свяжется со мной позже, но мне неспокойно».*
Осведомитель хотя бы пообещал не сбывать сведения другому посреднику и взял скромную сумму. Это слегка успокоило старосту, однако он невольно вздыхал, думая, что итоговая цена может оказаться куда меньше, чем он надеялся. Воистину, в этом мире всё идёт не так, как загадываешь.