Глава 58.0

— ...Разве это не подозрительно? Вы хотите сказать, что всё это время не сообщали о таком человеке?

— Господа благородные маги могут не понимать, но на окраинах подобные вещи случаются слишком часто. Наука и разум — слова, которые не подходят деревенскому люду. Нас гораздо легче привлечь суевериями и чем-то причудливым.

На резкое замечание Сехвы старик ответил сухим, пустым смехом.

— К тому же, когда кто-то совершает такое невозможное чудо, кому какое дело — подозрительный он или нет? Полагаю, те, кто получил такую благодать, были бы не против, даже если бы этот человек оказался темным магом или бедствием в человеческом обличье.

— ...

— И большинство здесь — люди скромного происхождения, низший класс, не получивший должного образования. Я самый образованный среди них, окончил всего лишь начальную школу, и это говорит о многом. Так что кто-то, должно быть, почувствовал неладное и тайно сообщил в Бюро Безопасности. Увидев своими глазами невозможное зрелище — как мертвец возвращается к жизни...

— Кажется, вы их не боитесь, дедушка. Учитывая, что вы продолжаете жить в деревне бок о бок с кем-то, кто вернулся с того света.

— Как я могу не бояться? Но у меня нет другого выбора. Куда еще я пойду, если покину эту деревню?

— ...Я понимаю. Так куда же делась эта так называемая целительница?

— Она ушла через восточный выезд, так что, должно быть, отправилась проверить другие поселения первопроходцев, соединенные этой дорогой. Но выслеживать ее сейчас бесполезно. Она сказала, что покидает восточный регион и не сможет вернуться, а затем ушла из деревни.

— ...Тьфу. Какая неудача. Мне следовало поторопиться.

Са Джэхёк пробормотал это с глубоко нахмуренным лицом. Они упустили самую важную улику, которая могла подтвердить их подозрения.

— Мы всё еще можем сделать выводы, осмотрев окрестности. Дедушка, где находится место захоронения, где были погребены тела?

Сехва успокоила Джэхёка и повернулась к старику.

— На солнечном склоне холма есть общинное кладбище. Это недалеко. Я покажу дорогу.

Джэхёк и члены команды обменялись взглядами и кивнули. С суровыми лицами они поднялись со своих мест, готовясь отправиться на кладбище.

— Ой, а это что?

Когда Е Джин встала, ее глаза расширились от увиденного. Ее взгляд остановился на потрепанном серванте рядом с обеденным столом.

На шкафу стояла слегка наклоненная рамка с чьей-то фотографией.

Девочка с каштановыми волосами, карими глазами и милыми веснушками ярко улыбалась в камеру.

Джин рефлекторно подумал о Хёне. Девочка казалась примерно его ровесницей.

— Кто это?

Старик ответил на вопрос Джэхёка:

— Моя внучка.

Ответ старика был несколько озадачивающим. Хотя дом не был маленьким, нигде не было ни следа того, что здесь живет молодая девушка.

— ...Она тоже была...?

Старик спокойно покачал головой.

— Этот ребенок не имеет никакого отношения к случившемуся. Она умерла давным-давно от неизлечимой болезни.

— ...Ее тело кремировали?

— Нет. Мы пустили ее по реке. Ее предсмертным желанием было стать свободной, как вода. Она так хотела ходить в школу и общаться с друзьями, но я не мог себе этого позволить, о чем до сих пор глубоко жалею.

При словах старика Чхэвон посмотрела на фотографию сочувствующим взглядом. Внизу рамки был виден мелкий, аккуратный почерк:

— ХХ/Х/21ХХ. Счастливый момент. Йена.

В горных районах дни особенно коротки. Солнце, садящееся за пики, бросало свой последний свет на общинное кладбище.

Бесчисленные надгробия заполняли каждый уголок долины, словно свидетельствуя об истории поселения первопроходцев.

Но это больше не было местом, где можно обрести покой. По всему кладбищу изнутри были вытолкнуты холмики земли, как будто что-то с силой пробивалось наружу.

Прогнившие гробы валялись в беспорядке, некоторые с открытыми крышками, обнажая свое содержимое.

— ...Уф.

— Ну и запах...

Чхэвон скривилась от тошноты при виде кладбища. Сехва сморщила нос и тихо пробормотала.

Джэхёк направился к центру долины. Он шел медленно, пересчитывая надгробия одно за другим.

— ...Ха.

Он внезапно остановился перед одним из надгробий, проверил имя и выпустил холодный вздох.

Затем он опустился на колени и зачерпнул горсть земли.

Совершенно почерневшая почва не несла в себе никаких следов жизни. В воздухе витал лишь вызывающий головную боль запах серы.

И насколько он знал, обугленная почва и запах серы означали только одно.

Эрозия.

— Эти червивые суки...

Джэхёк отчетливо стиснул зубы. Одной рукой он крепко сжал медальон, висящий на шее.

Хотя он не видел саму «целительницу» лично, того, что он увидел и услышал в этой деревне, было уже более чем достаточно.

Действия молодой женщины, которая внезапно исчезла и вернулась.

Все сверхъестественные явления, которые целительница якобы демонстрировала — чудеса, которых невозможно достичь с помощью современной магии.

Это были чудеса, состоящие из фраз, а не из отточенных формул и теорий — божественная сила.

И теперь эрозия, которая начала проявляться в местах, где она оставалась на длительное время.

Он чувствовал, как кошмар, который он пытался похоронить, медленно поднимает голову.

Все в точности как пятнадцать лет назад.

Это путешествие должно было стать его последним путем, чтобы избавиться от старых привязанностей, но он снова не смог найти покоя.

— ...Довольно. Возвращаемся. Здесь больше не на что смотреть.

Джэхёк покинул кладбище, не оглядываясь.

Когда они вернулись в деревню, солнце уже село, погрузив всё во тьму. Узкие тихие улочки наполнились жуткой, сверхъестественной атмосферой. Тьма, опустившаяся на переулки, легла на их лица, делая выражения абсолютно невидимыми.

— Ну как всё прошло?

Старик Ха приветствовал их, когда они вернулись к особняку.

— Думаю, мы разведали всё, что было нужно.

— Вот как? Вы хорошо потрудились. Проходите внутрь. Я не могу отпустить гостей в такой час...

— Старик. Позволь мне спросить тебя об одном. Ты знаешь, какое сегодня число?

При вопросе Джэхёка старик нахмурился и на мгновение задумался.

— Посмотрим... сегодня 7 января. Время летит быстро...

Джэхёк крепко зажмурил глаза.

Дата, названная стариком, давно прошла — еще до того, как он получил анонимное письмо из Бюро Разведки.

— Послушай, старик.

— Почему ты всё время зовешь меня? Заходи скорее, пока те твари снаружи не причинили тебе вреда...

— Не пора ли тебе отдохнуть?

— ...? Ну, уже поздно...

— Старик. Ты знаешь, что я не об этом.

— О чем ты...

— Я проверил надгробия на кладбище и нашел одно с твоим именем.

— ...

Позади Джэхёка было слышно, как члены команды сглотнули слюну. Затем мимо их ушей пронесся леденящий ветер.

— ...Ч-что? Это... это невозможно...

Всё тело старика начало дрожать. Словно внезапно прозрев, он посмотрел на свои руки и заикнулся.

С осознанием иллюзия рушится. Поселение первопроходцев, в котором они находились, уже было частью загробного мира.

То, что стояло перед ними до этого момента, было не человеком, а гниющей плотью и трещащими костями. Кто-то бросил вызов законам природы, чтобы удержать их на месте. Всё это время они разговаривали с призраками.

— Э-этого не может быть... кхе, кха...

Старик обхватил горло обеими руками и зашелся сухим кашлем. Его рот больше не мог произносить человеческие слова. Было чудом, как они могли общаться до сих пор. Его голосовые связки давно сгнили.

— Кха-ак... кхак..! Хрусть..!

— ...Прощай.

Вместе с приветствием вспышка света прорезала воздух. Клинок, висевший у Джэхёка на поясе, теперь был в его руке.

С глухим стуком голова старика упала прямо на землю. Тук, тук. Джэхёк тут же разрубил голову, покатившуюся к его ногам, вертикально пополам.

Осмотрев ее изнутри, он лишь издал пустой смешок. Там не было никаких признаков того, что должно было быть, если бы старик был гулем. Никакого белого мицелия, заполняющего мозг, никаких грибов, которые должны были торчать из шеи — ничего, кроме пустоты.

На самом деле, это был ожидаемый результат. У какого гуля хватит рассудка, чтобы нормально разговаривать с людьми и даже самому заявить в Бюро Безопасности?

Если старик и был виноват, то только в том, что искренне считал себя живым.

Джэхёк перевел взгляд на стол, за которым сидел со стариком ранее. Одна ножка была настолько гнилой, что вот-вот должна была подкоситься.

Угощения на тарелке оказались тонкими костями пальцев, а в треснувших чайных чашках была черная жидкость, гнившая неизвестно сколько лет.

Единственным нетронутым предметом там была фотография внучки.

— ...Чхэвон. Сехва. Джин.

— ...Да.

При словах Джэхёка члены команды кивнули и направились вон из особняка. А затем багровое пламя и предсмертные стоны ада начали пронзать слух.

Всё, что он и его команда могли предложить — это вернуть эти души к покою.

— За что, за что вы так, внезапно..!

— П-почему..! Кха-ак..!

— Хрусть!

— БУМ!

Мольбы мертвецов, которые даже не знали, что они мертвы, продолжались одна за другой. Громко катились кости по полу. Взрывы старых зданий, рушащихся в пламени, разлетались во все стороны.

Джэхёк, не обращая на это внимания, погрузился в раздумья. Его тревожили два вопроса.

Если ведьмы уже давно появились снова, то в различных регионах уже должен был начаться одновременный хаос.

Кроме того, их путь должен был лежать к густонаселенным городам, а не к скитаниям по окраинам, как сейчас.

Это было чем-то вроде инстинкта, вшитого в гены этих существ.

Хотя модель поведения, столь отличная от той, что была пятнадцать лет назад, на мгновение вызвала у него головную боль, вскоре он перестал размышлять.

Ему не нужно было понимать ведьм. Ему нужно было только делать то, что должно.

— Сколько? — спросил он членов команды, вернувшихся через некоторое время.

— ...54 человека. Столько же, сколько надгробий.

— Хорошая работа. Какое ближайшее воинское подразделение отсюда?

— Вероятно, 33-я горная бригада. Это в нескольких днях пути, но...

Джэхёк цокнул языком, выслушав ответ Чхэвон.

— Тьфу. Это впритык. Чхэвон, отправляйся туда и запроси подкрепление. Используй мое имя, используй имя «Черного Лотоса», сделай всё возможное, чтобы привести войска. И убедись, что все пути к близлежащим городам тщательно перекрыты.

Он начал раздавать указания членам команды.

— Джин. Сехва. Вы двое возвращайтесь прямо в столицу. Явитесь на заседание Верховного Совета, объясните ситуацию и убедите членов совета объявить чрезвычайное положение. Возьмите почву с места эрозии в качестве доказательства. Эти идиоты. Я же им говорил...

— Т-тогда как же ты, брат...?

Джэхёк немедленно ответил на вопрос Е Джин:

— Я, очевидно, пойду по следу ведьмы. Я не могу оставить их в покое. Я даже не знаю, что они замышляют на этот раз. Так что...

— Что за чушь!! Как ты можешь делать это в одиночку..!

— Ты понимаешь, о чем я. Это слишком опасно. Тебе стоит поспешить назад...

Решительные слова Джэхёка были прерваны Сехвой, которая крепко схватила его за воротник.

Она смотрела на него с таким выражением лица, будто была на грани слез.

— ...Ты обещал... больше не делать этого... в одиночку...

— ...

Джэхёк замялся и огляделся. Выражения лиц Чхэвон и Е Джин мало чем отличались от выражения Сехвы.

В душе он посетовал. Сегодня он не мог не согласиться с тем, как их оценивает общественность.

Они были поистине глупыми и в каком-то смысле жалкими женщинами.

— ...Прости. Я оговорился. Пойдем вместе. Для начала отправим воронов.

— ...Хорошо.

Только тогда Сехва отпустила его воротник. Каждый из членов команды свистнул, чтобы быстро призвать воронов, прикрепил к ним письма и предметы и отправил их обратно в небо.

Джэхёк посмотрел на небо, видимое сквозь рухнувшую крышу особняка. Ему на ум пришел мальчик в маске. Бедный ребенок, невольно попавший в пучину событий.

— ...Тьфу.

Первоначально он планировал подать рапорт об увольнении после этого путешествия. Он даже думал заскочить в столицу, чтобы посмотреть, как поживает Хён.

Но, похоже, у него всё еще оставались дела.

— Интересно, нашел ли этот малец... себе уже подружку...

Его голос гулко разнесся в пустоте.