Зеркальный глаз и экзамен.

Глава 64: Зеркальный глаз и экзамен

Паром скользил по тёмным водам, оставляя за собой серебристый шлейф магических рун, которые мерцали на поверхности моря. На палубе и в общих залах царила напряжённая атмосфера: новички-гули, их господа-вампиры, а также несколько людей с сопровождающими вампирами заполняли пространство. Среди них мелькали редкие представители других рас — пара эльфов с сияющими глазами, оборотень с жёлтым взглядом и кто-то, чья фигура была скрыта плащом, возможно, ламия. Кан заметил их в начале пути, но вскоре они исчезли в толпе, и его внимание переключилось на гул разговоров и взгляды, которые бросали на него и Лиару.

Кан стоял у перил, глядя на горизонт, где уже проступали очертания острова. Лиара сидела неподалёку на скамье, её пальцы лениво постукивали по браслету. Она казалась спокойной, но Кан чувствовал её напряжение — то ли из-за его близости, то ли из-за предстоящего прибытия в пансионат. Внезапно её браслет издал тихий мелодичный сигнал, и на его поверхности появилось голографическое изображение — видеозвонок. Лиара нахмурилась, её глаза сузились, когда она увидела, кто звонит.

— Кан, — сказала она резко, не глядя на него, — уйди куда-нибудь. Это личное.

Кан кивнул, привыкший к её приказам, и отошёл к другому концу палубы, где несколько гулей тихо переговаривались, избегая встречаться с ним взглядом. Он прислонился к перилам, делая вид, что смотрит на воду, но его уши ловили обрывки разговора Лиары. Её голос был приглушённым, но он узнал знакомые интонации — матриарх, её мать, снова звонила.

Лиара активировала звуковой барьер, чтобы никто не подслушал, но её лицо выдавало раздражение. На голографическом экране появилась величественная женщина с такими же красными глазами, как у Лиары, но с более холодным и властным выражением. Матриарх улыбнулась, но её улыбка была скорее насмешливой.

— Опять прячешь своего гуля, Лиара? — начала она, её голос был низким и язвительным. — Ты так его бережёшь, будто он твой жених, а не слуга.

Лиара сжала губы, её щёки слегка покраснели, но она быстро взяла себя в руки. — Мама, я уже говорила, что он не игрушка. И сейчас не время для твоих шуток.

Матриарх рассмеялась, но её тон стал серьёзнее. — Я была занята, дочка. В этом году твоя сестра, Мира, поступает в пансионат. Ей всего пятнадцать, но ты знаешь, что её допустили к экзамену для новичков. Она должна попасть в топ-100, а в идеале — в десятку лучших. Это важно для нашего Дома. И твой гуль... он будет в приоритете для тренировок. Мира рассчитывает на его помощь.

Лиара нахмурилась, её пальцы сжали браслет. — Почему Кан? Он сам новичок, мама. Он даже не знает всех правил.

— Именно поэтому, — отрезала матриарх. — Он участвует в том же экзамене, в отличие от тебя. Ты уже прошла его в пятнадцать, заняв девятое место из четырёх тысяч, хотя обычно участвуют только с восемнадцати. Кан — её ровесник по статусу, и его сила... скажем так, неоценима. Мира нуждается в ком-то, кто сможет поддержать её на испытаниях. И я ожидаю, что ты сделаешь всё, чтобы он был готов.

Лиара молча кивнула, но её мысли были далеко. Она знала, что Мира — не просто младшая сестра, а её точная копия, вплоть до манеры держаться в обществе. Мира, пятнадцатилетняя вампиресса, была почти неотличима от Лиары: те же тёмные волосы, красные глаза, изящная фигура и уверенная улыбка. Но за этой маской скрывалась черта, о которой знала только Лиара: Мира была менее сдержанной, её эмоции часто брали верх, хотя она никогда не вела себя недостойно Дома Текучего Времени. Это делало её одновременно очаровательной и непредсказуемой.

Но главное, что отличало Миру, — её редкая мутация, зеркальный глаз. Её левый глаз был полностью зеркальным, как полированная серебряная поверхность, и служил источником отражений. Вокруг неё всегда появлялись слабые магические отражения, которые она не могла полностью контролировать. Этот глаз позволял ей перемещаться между мирами, используя отражения как порталы, но также создавал опасность: любой мог случайно или намеренно выйти из отражения её глаза, если оно было открыто. Чтобы избежать этого, Мира носила белую медицинскую повязку на левом глазу, блокируя свет и предотвращая появление отражений. Магия, блокирующая отражения, не работала на её глаз — он был слишком мощным, слишком уникальным.

Лиара вспомнила, как Мира в детстве гордилась своим глазом, пока не поняла, какую угрозу он представляет. Теперь она скрывала его, но в пансионате, где магия и интриги были повсюду, это могло стать проблемой. И Кан, как новичок, участвующий в том же экзамене, был идеальным кандидатом, чтобы помочь Мире. Его сила, мутация и контроль магии делали его ценным союзником, а его статус гуля Лиары гарантировал, что он не посмеет ослушаться.

Матриарх закончила разговор, напомнив Лиаре о долге перед Домом, и голограмма исчезла. Лиара отключила звуковой барьер и посмотрела на Кана, который всё ещё стоял у перил, делая вид, что не замечает её. Она поднялась и подошла к нему, её шаги были лёгкими, но в её глазах читалась смесь раздражения и решимости.

— Кан, — позвала она, её голос был мягче, чем обычно, но всё ещё властным. — Нам нужно поговорить. О пансионате... и о том, что тебя ждёт.

Кан повернулся к ней, его лицо было непроницаемым, но внутри он чувствовал, как нарастает тревога. Он знал, что Лиара что-то скрывает, и её звонки с матриархом только усиливали его подозрения. Но он кивнул, готовый слушать. Если пансионат — это его шанс доказать свою силу, он не упустит его, даже если это значит играть по правилам Лиары... пока.

Паром приближался к острову, и тёмные силуэты пансионата уже вырисовывались на горизонте. Новый этап их пути начинался, и Кан чувствовал, что он будет полон испытаний — не только для него, но и для загадочной Миры, чей зеркальный глаз мог изменить всё.

Конец шестьдесят четвёртой главы.