Танец теней и желаний.

Глава 53: Танец теней и желаний

Кан сидел на диване, всё ещё переваривая слова Лиары. Её откровенность о Тейлоре, его семье и её страхах была неожиданной, но последняя фраза — "Это одна из причин, почему ты мне нравишься" — ударила его, как молния. Он почувствовал, как его щёки запылали, и, судя по тому, как Лиара слегка прищурилась, она это заметила. Её губы изогнулись в лёгкой, почти хищной улыбке, и в её красных глазах загорелся знакомый огонёк — тот, который всегда предвещал, что она собирается играть.

— Что? — сказала она, её голос стал ниже, с лёгкой насмешкой. — Неужели великий Кан, чемпион по боксу, смутился от моих слов? Я же просто сказала правду. Ты мне нравишься, и, знаешь, это не только из-за твоего упрямства.

Кан открыл рот, чтобы ответить, но слова застряли в горле. Его лицо горело, и он знал, что Лиара наслаждается каждой секундой его замешательства. Она наклонилась чуть ближе, её тёмное платье струилось, как жидкая ночь, а её глаза не отрывались от его лица. В этот момент она вспомнила все моменты, когда другие девушки в Зазеркалье — Лира, Ламия, даже случайные прохожие — бросали на Кана заинтересованные взгляды. Она вспомнила его тёмные волосы, острые скулы, решительный взгляд и, чёрт возьми, он был красив. Не просто привлекательным, а тем типом красоты, который заставлял сердца биться быстрее, даже её, вампирское.

— Знаешь, Кан, — продолжила она, её голос стал мягче, почти завораживающим, — ты ведь не только сильный. Ты... притягательный. И я думаю, мы могли бы сделать это путешествие гораздо интереснее. — Она сделала паузу, её улыбка стала откровенно кокетливой. — Например, разделить кровать в этом роскошном купе. Места хватит на двоих, и я обещаю быть... хорошей.

Кан замер, его глаза расширились, а сердце заколотилось так громко, что он был уверен, что Лиара это слышит. Её слова, её тон, её близость — всё это было слишком. Он вскочил с дивана, бормоча что-то невнятное, и, не глядя на неё, направился к двери в спальную комнату купе.

— Я... мне нужно... спать, — выдавил он, его голос звучал выше, чем он хотел. — Уже поздно.

Лиара рассмеялась — звонкий, мелодичный смех, который был одновременно очаровательным и пугающим. Она откинулась на спинку дивана, её глаза искрились весельем.

— Беги, Кан, беги, — сказала она, хихикая. — Но ты не можешь убежать от меня навсегда.

Кан захлопнул дверь спальни за собой, прислонился к ней спиной и выдохнул. Его лицо всё ещё пылало, а мысли путались. Лиара всегда была мастерицей манипуляций, но это... это было что-то новое. Он не знал, играет ли она или... или это было что-то большее. Он потряс головой, пытаясь выбросить её слова из головы, и направился к кровати. Регистрационный браслет на его запястье — тот, который он не мог снять, — слегка нагрелся, как будто напоминая о её постоянном присутствии.

Тем временем Лиара сидела в гостиной части купе, всё ещё посмеиваясь. Её забавляла реакция Кана — его смущение, его попытка сбежать. Но затем её взгляд упал на её собственный браслет, и она вспомнила, что уже поздно, и Кан, скорее всего, действительно ляжет спать. Любопытство — или, может, что-то большее — подтолкнуло её активировать магическое отражение, связанное с браслетом Кана. Она коснулась своего браслета, и в воздухе перед ней появился экран, показывающий спальню Кана с его точки зрения.

Она увидела, как он стоит у кровати, снимая форменную куртку пансионата. Его движения были быстрыми, почти раздражёнными, но Лиара не могла отвести взгляд. Когда он стянул рубашку, её дыхание на мгновение замерло. Его тело было накачанным, мощным — результат лет тренировок по боксу и его уникальной мутации. Мышцы перекатывались под кожей, а шрамы — следы его прошлых боёв — только добавляли ему суровой привлекательности. Лиара почувствовала, как её клыки слегка удлинились, а в груди разгорелся жар. Она хотела его — не только его крови, но его самого, его силы, его упрямства, его... всего.

Она прикусила губу, её глаза следили за каждым его движением, но затем Кан, ничего не подозревая, лёг в кровать и натянул на себя одеяло, полностью скрывшись из виду. Лиара моргнула, её чары развеялись, и экран погас. Она откинулась на диван, чувствуя странное разочарование, смешанное с раздражением.

— Тупое одеяло, — пробормотала она, скрестив руки на груди. Её щёки слегка порозовели, и она сама удивилась своей реакции. Лиара, дочь матриарха Дома Текучего Времени, не должна была так терять контроль из-за какого-то гуля. Но Кан... он был не просто гулем. И это пугало её так же сильно, как привлекало.

Она встала, подошла к окну и посмотрела на мелькающие огни Зазеркалья. Её мысли вернулись к Тейлору, к возможной угрозе, к её матери, к Дому. Но теперь в этом хаосе был ещё один элемент — её собственные чувства к Кану, которые становились всё сложнее игнорировать. Она знала, что играет с огнём, но, чёрт возьми, ей это нравилось.

В спальне Кан лежал под одеялом, уставившись в потолок. Его сердце всё ещё колотилось, а слова Лиары эхом звучали в голове. Он не знал, что делать с её кокетством, с её близостью, с её... признанием. Но одно он знал точно: Зазеркалье становилось всё опаснее, и не только из-за Тейлора. Опасность была в ней — в Лиаре, в том, как она смотрела на него, в том, как она заставляла его чувствовать. И он не был уверен, готов ли он к этой битве.

Конец пятьдесят третьей главы.