Маски и руны.

Глава 39: Маски и руны

Кан сидел на диване, погружённый в "Словарь рун для детей", но его мысли были не только о книге. Он заметил, как Лиара вышла из гостиной, её лицо было мрачнее обычного, а её тон — резче, чем она, вероятно, хотела. Это не ускользнуло от него. Её поведение изменилось, и хотя он не знал, что именно её так взбесило, он решил не давать ей повода для нападок. В Зазеркалье он уже научился одному: с Лиарой лучше быть осторожным. Поэтому он вёл себя максимально естественно, переворачивая страницы книги и делая вид, что полностью поглощён чтением.

Но чем дольше он листал словарь, тем больше росло его раздражение. Книга была простой — слишком простой. Базовые руны, которые в ней объяснялись, были такими элементарными, что даже ребёнок в Зазеркалье, наверное, знал их с пелёнок. А потом он вспомнил, как проходил мимо другого книжного магазина по пути домой. Там, в витрине, лежала точно такая же книга — с той же зелёной обложкой и золотыми буквами, — но ценник был в три раза ниже. Кан стиснул зубы, чувствуя, как щёки горят от досады. Азим, этот старый пройдоха, ободрал его как липку. "Дедушке надо на что-то жить", — вспомнил он слова старика и фыркнул. Ну, хоть руны были настоящими.

Он отложил книгу и уставился в потолок, повторяя про себя базовые символы: Ансуз для общения, Райдо для путешествий, Гебо для равновесия. Это было похоже на изучение иностранного языка или на то, как он в детстве заучивал алфавит, чтобы доказать себе, что может. Руны врезались в память, их угловатые формы мелькали перед глазами, пока он не почувствовал, что может нарисовать их даже во сне. Но мысли всё равно возвращались к Азиму. Что за "штука" в подвале? Почему старик так разозлился, что он гуль? И откуда он вообще знает его?

Кан вздохнул, потирая виски. Завтра пансионат, новая школа, новые гули. А он сидит здесь, заучивает детские руны и пытается не злить Лиару. Его взгляд упал на браслет, холодно блестевший на запястье. Она следит. Всегда следит. Но Азим сказал, что их разговор был скрыт. Может, старик действительно дал ему что-то ценное, даже если это пока только дурацкая книга?

Прошло около двух часов, когда голос Лиары разрезал тишину особняка.

— Кан! — позвала она из своего кабинета, её тон был резким, но не таким холодным, как раньше.

Кан закрыл книгу, чувствуя, как напряжение возвращается. Он встал, сунул словарь в рюкзак и направился к ней, стараясь держать лицо нейтральным. Что бы ни задумала Лиара, он не собирался давать ей повод копаться в его мыслях. Но в глубине души он знал: она что-то подозревает. И это было только вопросом времени, когда она начнёт задавать вопросы, на которые он сам не знал ответов.

Конец тридцать девятой главы.