Огонь, чеснок и тени Зазеркалья.

Глава 4: Огонь и чеснок

Я снова очнулся в своей комнате — двадцать четыре часа назад, с тяжёлым дыханием и решимостью, которую невозможно сломить. Магия была опасной, но я знал, что она — ключ к победе над Иконом. Однако мой мозг не выдерживал её длительного использования, и я решил, что на этот раз буду действовать иначе. Интернет снова стал моим союзником. Я углубился в легенды о вампирах, надеясь найти хоть что-то, что могло бы дать мне преимущество.

На форумах и в старых текстах, спрятанных в глубинах сети, я наткнулся на упоминания о слабостях этих существ. Серебро, солнце, святая вода — всё это звучало как сказки, но одно слово выделялось чаще других: чеснок. Легенды утверждали, что вампиры не могут выносить его запах, что он вызывает у них жуткую лихорадку, ослабляя их силы. Это было рискованно, но я решил попробовать.

В мастерской я собрал огнемёт — компактный, но мощный, с резервуаром, заполненным смесью из горючего и измельчённого чеснока. Если легенды правдивы, это должно было стать моим козырем — или хотя бы поджечь его. Я проверил устройство несколько раз, убедившись, что оно работает, и отправился за Лейн и Иконом, как обычно.

Когда они снова оказались в заброшенном районе, я был готов. Икон, как и прежде, показал свои клыки, но на этот раз я не стал сразу использовать магию. Вместо этого я направил огнемёт на него. Пламя, смешанное с чесночным дымом, охватило вампира, и он закричал — не от боли, а от чего-то худшего. Его тело начало дрожать, кожа покрылась испариной, глаза покраснели, а движения стали неровными. Лихорадка. Легенды не врали.

Это был мой шанс. Отбросив огнемёт, я бросился на него, используя всё, чему научился в боксе. Мои кулаки обрушились на него серией ударов. Первый удар — в челюсть, второй — в висок, третий — снова и снова я повторял комбинацию, пока его череп не треснул под натиском. Икон рухнул, его тело больше не регенерировало. Я победил.

Но радость длилась недолго. Из тени за тем же зеркалом, что и раньше, вышла она — эльфийка. На этот раз я смог рассмотреть её лучше. Она была моей ровесницей, с серебристыми волосами, спадающими каскадом, и глазами, полными удивления. На ней была обычная одежда моего мира, которую я знал: джинсы и рубашка. Её лицо — прекрасное и холодное — выражало смесь шока и любопытства.

— Ты... человек? — прошептала она, глядя на меня. — Но как ты смог...

Её слова оборвались, когда я, не выдержав напряжения, снова призвал магию. Огненный шар появился в моей руке, и её глаза расширились от удивления.

— Магия? У человека? Это невозможно! — воскликнула она.

Но я уже не мог остановиться. Голова снова начала раскалываться, как будто кто-то ввинчивал в мой череп гигантское сверло. Кровь потекла из носа, ушей, рта. Я чувствовал, как мой разум рушится, но продолжал атаковать, надеясь, что смогу защитить себя и Лейн. Эльфийка подняла посох, и поток света ударил меня в грудь. Боль была невыносимой, и всё погрузилось во тьму.

Очнулся я, как всегда, двадцать четыре часа назад. Лежа в своей комнате, я понял, что магия — это не подарок, а проклятие. Её сила была огромной, но мой мозг не мог её выдержать. Я мог использовать её только кратковременно, иначе она убьёт меня раньше, чем любой враг. Но теперь я знал ещё больше: эльфийка была ключом к пониманию Зазеркалья, а Икон — лишь частью чего-то большего. Лейн всё ещё в опасности, и я должен был найти способ действовать, не полагаясь только на магию. Дело было сложное, но решаемое.

Конец четвёртой главы.