Правда в тенях.

Глава 52: Правда в тенях

Кан стоял в купе, его взгляд был прикован к Лиаре, которая всё ещё касалась его плеча, её пальцы были холодными, но в этом прикосновении было что-то, что удерживало его от того, чтобы отстраниться. Её слова о правде, которая может быть опасной, эхом отдавались в его голове, но он не собирался отступать. Звонок матриарха, её насмешливое "игрушка" и уклончивость Лиары только разожгли его решимость.

— Я хочу ответов, Лиара, — сказал он, его голос был твёрдым, но без гнева. — Ты скрываешь от меня слишком многое. Золотой Человек, моя семья, моё прошлое — я не слепой. Расскажи, что ты знаешь.

Лиара посмотрела на него, её красные глаза слегка сузились, но затем она убрала руку и отошла на шаг, словно давая себе пространство для дыхания. Её лицо на мгновение стало уязвимым, но она быстро скрыла это за привычной маской спокойствия. Она указала на диван в купе, её голос стал тише, почти усталым.

— Сядь, Кан. Это будет... не короткий разговор.

Кан сел, его руки сжались в кулаки, но он заставил себя расслабиться. Лиара опустилась рядом, её движения были грациозными, но в них чувствовалась тяжесть. Она молчала несколько секунд, собираясь с мыслями, а затем начала говорить.

— Твоя семья, Кан... Мы изучили её, как только ты попал в Зазеркалье. Твой отец, Эрик, — сирота, без прошлого, но каким-то образом он стал успешным строительным магнатом. Моя мать считает его просто удачливым человеком, но я... я не уверена. Что-то в его истории кажется слишком аккуратным, слишком... пустым. Твоя мать — обычная женщина, ничего примечательного. А Лейн... — Лиара сделала паузу, её взгляд стал острее. — Она была случайной жертвой. Икон выбрал её не потому, что она была твоей сестрой, а просто потому, что она была лёгкой мишенью. Твоя встреча со мной, Кан, тоже была случайностью. Но твоя магия... — Она посмотрела на него, её голос стал тише. — Ты владеешь магией, которая не должна быть доступна человеку, пока он не попадёт в Зазеркалье. Это то, что привлекло моё внимание. Это то, что сделало тебя... интересным.

Кан слушал, его лицо оставалось непроницаемым. Он уже подозревал, что Лиара и её Дом копались в его прошлом — это было логично, учитывая их контроль над Зазеркальем. Но слова о случайности задели его. Лейн, его сестра, оказалась в опасности из-за прихоти вампира, а он сам стал гулем просто потому, что оказался в нужное время в нужном месте. Или в неправильном. Он не злился — это было бесполезно. Вместо этого он чувствовал странное спокойствие, как будто правда, какой бы горькой она ни была, наконец-то начала обретать форму.

— А Золотой Человек? — спросил он, его голос был ровным. — Почему ты не рассказала мне о нём? Ты знала, кто он, знала о Тейлоре. Почему молчала?

Лиара вздохнула, её пальцы слегка коснулись края платья, словно она искала, за что зацепиться. Впервые Кан заметил в ней неуверенность, и это было... странно. Она отвела взгляд, глядя на зачарованные светильники, которые отбрасывали мягкие тени на стены купе.

— Я... забыла, — призналась она, её голос был почти шёпотом. — Звучит глупо, правда? Но когда ты рядом, Кан, я... — Она замолчала, её щёки слегка порозовели, но она быстро взяла себя в руки. — Я хотела твоей крови. Ты был здесь, и я отвлеклась. Это не оправдание, но это правда. А потом, когда я вспомнила, было уже поздно. Ты начал задавать вопросы, и я поняла, что не могу просто отмахнуться.

Кан смотрел на неё, пытаясь понять, лжёт она или нет. Её слова звучали искренне, но с Лиарой никогда нельзя было быть уверенным. Он кивнул, давая ей продолжить.

Лиара повернулась к нему, её глаза встретились с его, и в них была смесь решимости и страха.

— Тейлор, Золотой Человек... Он опасен, Кан. Не только потому, что он силён, но из-за того, во что он верит. Он из радикальной ветви церкви, тех, кто считает людей высшей расой, а нас, вампиров, — проклятием. Они верят, что Каин, первый вампир, убил Авеля и тем самым обрёк нашу расу на вечное изгнание. Тейлор может казаться героем, но его мотивы... они могут быть связаны с желанием уничтожить Зазеркалье, или, по крайней мере, очистить его от таких, как я. Как мы.

Кан нахмурился. Он не знал Тейлора, никогда не встречался с ним, и всё, что он знал, было из эфира и слов Найса. Но слова Лиары о радикалах вызвали у него тревогу. Если Тейлор действительно верит в это, то гуль, вроде Кана, был бы для него не просто врагом, а чем-то хуже — предателем человеческой природы.

— Почему ты думаешь, что он связан со мной? — спросил Кан, его голос стал тише. — Ты упомянула моего отца. Что ты подозреваешь?

Лиара молчала, её губы сжались в тонкую линию. Она явно боролась с тем, сказать ему больше или нет. Наконец, она покачала головой.

— Я не знаю, Кан. Это просто... чувство. Твой отец, Эрик, — загадка. Тейлор — наследник Белого Человека, а Белый Человек исчез три года назад. Время совпадает с тем, когда Эрик начал своё восхождение. Это может быть совпадением, но я не верю в совпадения. Мой Дом... мы не нашли ничего конкретного, но я не могу избавиться от мысли, что между вами есть связь. И если Тейлор узнает о тебе... — Она замолчала, её глаза расширились, словно она увидела что-то ужасное.

Кан заметил её реакцию и наклонился ближе, его голос стал настойчивым.

— Что? Что ты представила?

Лиара вздрогнула, словно её поймали на чём-то личном. Она посмотрела на него, и на мгновение её маска исчезла, открывая страх, который она так тщательно скрывала.

— Я представила, что будет, если ты встретишься с Тейлором, — сказала она тихо. — Ты — гуль, созданный мной, вампиром. Для него ты будешь... абоминацией. Он может попытаться убить тебя, Кан. Или хуже — использовать тебя, чтобы добраться до меня, до моего Дома. Это... это пугает меня.

Кан смотрел на неё, поражённый её откровенностью. Лиара, которая всегда была воплощением контроля, признавалась в страхе. Он не знал, что ответить, но чувствовал, как что-то между ними меняется. Они сидели рядом, их плечи почти касались, и в этот момент они оба молчали, погружённые в свои мысли.

Пять минут прошли в тишине, но это не было неловким молчанием. Это было понимание — понимание их положения в этом мире, где они оба были пешками в играх более могущественных сил. Кан чувствовал, как его гнев на Лиару растворяется, сменяясь странной солидарностью. Она была его тюремщиком, но она тоже была связана — своим Домом, своей матерью, своими страхами.

Лиара наконец повернулась к нему, её голос был мягким, почти нежным.

— Я не хочу, чтобы ты столкнулся с ним, Кан. Не сейчас. Не пока мы не узнаем больше. Обещай мне, что будешь осторожен.

Кан посмотрел на неё, его глаза были серьёзными, но в них мелькнула искра упрямства.

— Я буду осторожен, — сказал он. — Но я не собираюсь прятаться. Если Тейлор или кто-то ещё стоит на моём пути, я разберусь с этим. С тобой или без тебя.

Лиара улыбнулась, но её улыбка была горькой.

— Ты всегда такой упрямый, — сказала она, но в её голосе не было раздражения. — Это одна из причин, почему ты мне нравишься.

Кан не ответил, но его сердце пропустило удар. Он отвернулся, глядя на тёмное окно, за которым мелькали огни Зазеркалья. Правда была ближе, чем когда-либо, но она всё ещё была окутана тенями. И он знал, что эти тени скоро обретут форму.

Конец пятьдесят второй главы.