Разоблачение Тени.

Глава 57: Разоблачение Тени

Вагон-ресторан замер в напряжённой тишине, все взгляды были прикованы к магическому экрану, где эльф, известный как Тень Зеркала, продолжал свою трансляцию. Его серебристые волосы слегка колыхались, словно под невидимым ветром, а звёздные глаза горели решимостью. Кан, Найс и Селеста сидели неподвижно, каждый по-своему реагируя на происходящее. Кан чувствовал, как его сердце бьётся быстрее — слова эльфа о Белом Человеке и его потомках задели что-то в глубине его сознания, хотя он пока не мог понять, что именно. Найс, широко раскрыв глаза, едва дышал, а Селеста, сохраняя внешнее спокойствие, сжимала вилку так, что её костяшки побелели.

Эльф на экране сделал паузу, его холодная улыбка стала шире, и он продолжил, его голос резонировал с магической силой.

— Сейчас я объясню вам генеалогическое древо Белого Человека и особенности его настоящего потомка — если, конечно, такой найдётся, — сказал он, его тон был одновременно насмешливым и уверенным. — Во-первых, у Белого Человека есть родственники в прошлом. Это локальные герои мира людей, и я докажу вам это.

Экран мигнул, и на нём появилось изображение массивного воина, ростом около двух метров, в серебряных доспехах без зазоров, покрытых тонким слоем льда. В его руках была гигантская двуручная булава, от которой исходил холодный пар.

— Это Ледяной Гигант, — пояснил Тень Зеркала. — Герой мира людей, живший в холодной части их мира. Он помог завершить локальную войну между двумя царями своего времени. По легендам, он ушёл на восток, и его следы теряются.

Изображение сменилось. Теперь на экране был воин в самурайских доспехах без зазоров, также серебряного цвета, с катаной в руках. Его шлем скрывал лицо, но от фигуры исходила аура непревзойдённой силы.

— На востоке, спустя время, появляется Хатиман, — продолжил эльф. — Герой XVI века по летоисчислению людей. Он служил Токугаве Иэясу, императору Японии. В конце XVI века Япония переживала эпоху Сражающихся Провинций, полную гражданских войн. Хатиман сыграл ключевую роль в битве при Сэкигахаре в 1600 году, где Токугава одержал победу. Хатиман основал клан, который существует и процветает до сих пор. Им принадлежат заводы по производству стали.

Кан нахмурился, его мысли путались. Он никогда не слышал о Хатимане, но упоминание прочной кости и клановую особенность заставило его напрячься. Его собственная мутация — кости, в восемь раз прочнее обычных — вдруг показалась не такой уж уникальной.

Тень Зеркала продолжил:

— По легендам клана, первый сын Хатимана, разочарованный поражением от неизвестного старика в дуэли, ушёл, забрав доспехи отца. Его назвали Великим Потерянным. Но у Хатимана были другие дети, и их потомки живут до сих пор. И у них есть особенность: их кости выдерживают удары катан и, как показала современность, даже пули.

Экран показал видео: пресс-конференция в честь открытия нового завода. Мужчина в деловом костюме, явно из клана Хатимана, выступал перед толпой. Внезапно раздался выстрел — убийца в маске выстрелил ему в голову. Зрители в вагоне-ресторане ахнули, но мужчина на видео лишь пошатнулся, его череп выдержал пулю. Спецназ тут же скрутил нападавшего.

— Главную ветвь клана называют Бурой Костью, — сказал эльф, его голос стал тише, но ещё более зловещим. — А теперь — современность.

Экран показал Белого Человека в его легендарных серебряных доспехах. Кан наклонился ближе, его глаза сузились. На записи было видно, как огромный кусок здания придавил правую руку Белого Человека, лишённую доспеха. Но он поднялся, и его рука была цела — ни перелома, ни повреждений. Затем, словно жидкость, броня из основной части доспехов покрыла его руку, восстановив защиту.

— Я делаю вывод: Белый Человек — потомок Великого Потерянного, — заявил Тень Зеркала. — Его кости невероятно прочны, чего не скажешь о Тейлоре. В его биографии указано, что в семь лет он упал с первого этажа монастыря и сломал руку. Обычная человеческая кость.

Кан почувствовал, как его сердце пропустило удар. Его собственная кость выдержала бы гораздо больше, чем падение с первого этажа. Он сжал кулак под столом, стараясь не выдать своего волнения. Найс, не замечая его реакции, тихо присвистнул, а Селеста бросила на Кана быстрый взгляд, словно что-то заподозрила.

Эльф продолжил, его тон стал ещё более язвительным:

— И это не всё. Доспехи Белого Человека и Золотого Человека — разные. Доспехи Белого Человека позволяли ему летать, словно он использует продвинутую магию полёта, поглощали магический и физический урон и могли восстанавливаться. — Экран показал Белого Человека, парящего над разрушенным городом, его броня сияла, отражая атаки. — А доспехи Тейлора? Нет функции полёта. Они поглощают и копят физический и магический урон, перенаправляя его обратно или создавая ударную волну.

На экране появилась запись: члены "Воли Бога" атаковали Золотого Человека огнестрельным оружием и магией. Тейлор стоял неподвижно, его золотые доспехи впитывали удары, а затем он выпустил мощную волну энергии, сметающую врагов.

— Признаю, это впечатляюще, — сказал эльф. — Но главное — материал. Доспехи Белого Человека сделаны из настоящего серебра, а не его синтетического аналога. Настоящее серебро смертельно для всех рас, кроме людей. Оно вызывает химические ожоги, блокирует способности кланов и даже простое прикосновение к нему делает магию недоступной. Серебро широко используется в военном деле в мире людей и Зазеркалье.

Кан вспомнил слова Лиары о радикальной церкви, к которой принадлежит Тейлор. Если серебро безвредно для людей, то почему Тейлор не носит доспехи Белого Человека? Его мысли прервал голос эльфа:

— И вот ещё что. Тейлор — из радикальной ветви церкви, которая считает людей выше всех рас. Если бы у них были доспехи Белого Человека, они бы тут же отдали их Тейлору, ведь серебро для него безопасно. Но они этого не сделали. Почему? Потому что Тейлор — не тот, за кого себя выдаёт.

Трансляция оборвалась, экран потух, оставив вагон-ресторан в ошеломлённой тишине. Кан уставился на пустой экран, его разум бурлил. Прочные кости, серебряные доспехи, клан Хатимана... Всё это казалось слишком близким к его собственной жизни, к его мутации. Он почувствовал, как браслет на запястье слегка нагрелся, и невольно подумал о Лиаре. Знает ли она об этом? И что она подумает, если увидит эту трансляцию?

Найс первым нарушил тишину, его голос дрожал от возбуждения:

— Это... это просто безумие! Если Тейлор — не наследник, то кто тогда Белый Человек? И где его настоящий потомок?

Селеста медленно отложила вилку, её красные глаза снова остановились на Кане.

— Интересный вопрос, — сказала она тихо, её голос был почти шёпотом. — Очень интересный.

Кан промолчал, но его мысли уже унеслись далеко. Он знал, что эта трансляция — только начало. И что-то подсказывало ему, что он сам может быть ближе к ответам, чем хотел бы.

Конец пятьдесят седьмой главы.