Взгляд из тени.

Глава 58: Взгляд из тени

Повествование от лица Лиары:

Я сидела в своём купе, лениво постукивая ногтями по подлокотнику кресла. Браслет на запястье Кана, мой маленький шедевр контроля, передавал всё, что происходило в вагоне-ресторане. Через крохотное отражение в его металлической поверхности я видела Кана, Найса и ту вампирессу — Селесту из Дома Лунного Пламени. Её светлые волосы и красные глаза были мне знакомы. Мы встречались на собраниях кланов, где она вела себя с той же надменной грацией, что и сейчас. Обычно я не обращаю внимания на гулей — они лишь тени своих хозяев, — но Кан... Кан — исключение. И то, как Селеста смотрела на него, вызывало у меня лёгкое раздражение.

Я откинулась на спинку кресла, позволяя отражению в браслете показать мне больше. Кан сидел, как всегда, сдержанно, его тёмные глаза следили за экраном, где этот эльф, Тень Зеркала, разглагольствовал о Белом Человеке и его генеалогии. Найс, этот болтливый человеческий щенок, тараторил что-то, размахивая руками, а Селеста... Она бросала на Кана взгляды, которые я знала слишком хорошо. Это не был интерес к его статусу гуля или его магии. Нет, это было что-то другое. Его лицо — резкие скулы, тёмные волосы, падающие на лоб, и эти проклятые глаза, которые будто видели больше, чем он говорил, — явно привлекли её. Я скрипнула зубами. Конечно, она подошла к нему из-за его внешности. Как предсказуемо.

Мои мысли прервал голос эльфа, звучащий через отражение. Он говорил о серебре — о том, как оно блокирует способности кланов, вызывает ожоги и даже смерть у всех рас, кроме людей. Я нахмурилась, вспоминая старые уроки Дома. Серебро — оружие, которое мы, вампиры, ненавидим. Даже на расстоянии пяти метров оно создаёт невидимый купол, подавляющий способности кланов. Магия всё ещё возможна, но её использование становится мучительным, словно ты пытаешься дышать под водой. Гуле тоже страдают от серебра, почти так же, как мы. Химические ожоги, боль, слабость — их регенерация замедляется, и они становятся уязвимыми. Я взглянула на отражение Кана. Его мутация, его кости... Они делали его особенным, но серебро? Серебро могло бы сломить даже его.

Я вспомнила Эрика, отца Кана. Сирота без прошлого, строительный магнат, чьё внезапное богатство совпало с исчезновением Белого Человека. Мои подозрения росли с каждым днём. Трансляция Тени Зеркала только подлила масла в огонь. Клан Хатимана, Бурая Кость, прочные кости... Я сжала кулак, чувствуя, как когти впиваются в ладонь. Если Эрик связан с Белым Человеком, а Кан — его сын, то что это значит? Может ли Кан быть потомком этого клана? Его кости, выдерживающие удары, о которых другие могли только мечтать... Это не просто мутация. Это что-то большее.

Я переключила внимание на Селесту. Её взгляд снова скользнул по Кану, и на этот раз я уловила лёгкую улыбку на её губах. Мой браслет нагрелся, отражая мой гнев. Она думает, что может просто так подойти к нему? К моему гулей? Я глубоко вдохнула, заставляя себя успокоиться. Селеста — не угроза. Пока. Но её интерес к Кану заставил меня насторожиться. Дом Лунного Пламени не славится бескорыстием. Если она что-то заподозрила — о его мутации, о его возможной связи с Белым Человеком, — это может стать проблемой.

Трансляция закончилась, и я услышала, как Найс воскликнул что-то о настоящем потомке Белого Человека. Глупый мальчишка. Он даже не понимает, насколько близко может быть к правде. Кан молчал, но я знала его слишком хорошо. Его молчание означало, что он думает, анализирует, соединяет кусочки головоломки. Я не могла позволить ему узнать слишком много. Не сейчас.

Я поднялась с кресла, поправляя платье. Пора вмешаться. Если Селеста думает, что может играть с Каном, она ошибается. А что до трансляции... Я должна поговорить с матерью. Если Кан действительно связан с кланом Хатимана, это меняет всё. И я не позволю никому — ни Селесте, ни Тейлору, ни этому эльфу — встать между мной и тем, что принадлежит мне.

Я шагнула к двери купе, мои красные глаза вспыхнули в полумраке. Кан, ты даже не представляешь, во что ввязался. Но я позабочусь, чтобы ты остался под моим контролем. Всегда.

Конец пятьдесят восьмой главы.