Ноа безупречно исполняет обещание

Тем временем до Леонарда дошли поразительные новости о морском чудовище, атаковавшем лайнер, на котором прибыли Ноа и Оливия. Свидетельства пассажиров и членов экипажа, находившихся на борту, печатались во всех газетах и расходились нарасхват. Когда пресс-секретарь докладывал королю о героических поступках второго принца, тот обернулся к сыну, лениво прислонившемуся к подоконнику. Что за черт, что это с ним? Последние месяцы один за другим только хорошие поступки?! Значит, он все же хочет, чтобы я им гордился?

Ноа в этот момент беседовал с Артуром и напрягся под откровенно пылким взглядом короля. Второй принц повернулся к Леонарду, и лицо его окаменело. И впрямь, отец смотрел на него с той нежностью, которой одаривал только любимую младшую дочь. Само собой разумеется, Ноа лишь холодно уставился в ответ, и даже Артур невольно нахмурился, проследив за взглядом брата.

Бросив короткий взгляд на пресс-секретаря, стоявшего рядом с отцом, Ноа коротко сказал:

— Никаких интервью я давать не буду.

— После всего, что ты сделал, разве ты не заслуживаешь хотя бы похвалы за старания? — спросил Леонард.

— Я сделал это не ради лести, а чтобы мы не погибли в море.

В воздухе повисла ледяная тишина. Секретарь, встретившись с холодным, до предела презрительным взглядом Ноа, поспешно наклонился к Леонарду и прошептал:

— Я сам подготовлю пресс-релиз и передам журналистам в максимально благоприятном виде, Ваше Величество.

— Хорошо, — нехотя откликнулся он. Ноа Астрид выполнил свое обещание — теперь настала очередь Леонарда Астрида сдержать свое.

Пресс-секретарь уже собирался повернуться и уйти, как в зал вошел камергер. Поднявшись с кресла, Леонард спросил:

— Все прибыли?

— Да, Ваше Величество.

Леонард бросил взгляд на сыновей и направился к выходу. Артур похлопал младшего брата по плечу, а затем пошел за отцом. Ноа двинулся следом. Втроем они направились в Комнату Подписей, находившуюся рядом с королевским кабинетом. Когда они вошли, все члены рода разом поднялись со своих мест.

— Ваше Величество! — радостный голос тут же раздался в зале.

Леонард исказился в гримасе. Увидев своего бесчестного и бесстыдного брата Уолтера, который ухмылялся во весь рот, он выругался про себя. Черт возьми, ну почему мы так чертовски похожи? Хоть бы этот подонок заткнулся и держался где-нибудь в углу, подальше от глаз моих, — но нет, он слишком близко в очереди на престол! 

Король лениво махнул рукой младшему брату, а Уолтер осыпал ослепительными улыбками обоих племянников. Артур улыбнулся в ответ, тогда как Ноа лишь кивнул. Его не только утомляло бесконечно расхлебывать последствия дядюшкиных делишек, но и сама эта заискивающая ухмылка слишком уж напоминала Риверо Аквитена.

Мужчины заняли места в порядке наследования престола. Устроившись рядом с Ноа, Уолтер бестактно прошептал:

— Поздравляю с женитьбой!

— Благодарю, — бесстрастно ответил принц.

Не заметив бездушного тона племянника, Уолтер сиял от радости. Ноа недоумевал, что привело его в столь приподнятое настроение, но решил больше об этом не думать. Какая разница? Главное, чтобы я снова не оказался втянут в то, чем бы он там ни занимался.

Леонард, глядя на чересчур сияющего брата, ощутил тот же укол тревоги, но, как и сын, решительно отбросил ненужные размышления.

— Начнем, — сказал он, переходя прямо к делу. Камергеры внесли тяжелую стопку документов и аккуратно разложили перед каждым членом королевской семьи.

Когда все были готовы, Леонард провозгласил:

— Я, Леонард Астрид, глава королевского дома Астридов, настоящим признаю и утверждаю брак Ноа Астрида с Оливией Либерти.

Это не стало новостью для собравшихся, но все же кое-кто из родственников тяжело вздохнул.

Артур напрягся, бросив взгляд на сидевшего напротив брата, но тот оставался безмятежно спокойным, даже вызывающе невозмутимым.

Тогда с конца стола заговорил маркиз Вериус, дядя короля и старейшина рода:

— Вижу, вы приняли весьма драматичное решение, Ваше Величество.

Его замечание побудило других высказаться.

— В истории семьи Астридов такого еще не бывало.

— Хоть и стоит радоваться… я не могу не тревожиться.

Никто не осмелился прямо возразить против того, что Оливия была простолюдинкой и к тому же сиротой, но выражения их лиц говорили сами за себя. Все они считали, что имя Оливии Либерти подорвет авторитет королевской семьи.

Леонард никому не сказал, что выбрал невесту Ноа как долгосрочное средство стабилизировать свое правление после инцидента в Фолии. У слухов, как известно, быстрые ноги, поэтому король должен был выглядеть лишь как отец, поддержавший выбор сына, сделанный по любви.

Молча выслушав ворчание родственников, принц медленно поднялся. Когда их голоса стихли и взгляды устремились на него, он выпрямился и почтительно обратился к ним. С самым хладнокровным выражением лица Ноа Астрид заговорил твердым голосом:

— Понимаю ваши опасения. Однако я никогда не доставлял неприятностей королевской семье и не намерен делать этого впредь. То же касается и моей супруги. Мы никогда не совершим ничего, что могло бы опозорить Его Величество короля и Ее Величество королеву — и уж тем более после всей поддержки, что они нам оказали.

Люди в этом зале были всего лишь родственниками королевской семьи — они не имели права возражать против брака принца, который уже был одобрен королем и королевой. Когда Ноа косвенно напомнил им об этом, они разом прикусили языки.

Когда в зале воцарилась тишина, Ноа решительно повернулся к отцу и, глубоко склонив голову, поставил точку:

— Искренне благодарю за ваше одобрение, Ваше Величество. 

Так Ноа Астрид в точности исполнил свое обещание. Леонард, довольный до глубины души, невозмутимо обратился к родственникам:

— Как и сказал принц Ноа, я сам прослежу за нашей новой представительницей, чтобы она не запятнала честь Астридов, так что не тревожьтесь.

Король размашисто подписал лежавший перед ним документ и объявил:

— Ноа Астрид унаследует титул герцога Розмонда. Его супруга, Оливия Либерти, также получит соответствующий титул. Все это вступит в силу, как только архиепископ Хамельской церкви узаконит брак.

После этого камергеры подошли к каждому из родственников, включая Ноа, чтобы они начали ставить подписи. Долгое время в комнате слышался лишь ровный, сухой шорох перьев, царапающих бумагу.

Закончив раньше других, Уолтер нерешительно поднял голову и посмотрел на брата. Сердце Леонарда забилось как сумасшедшее. Он упрямо отвел глаза, но, ощущая, что Уолтер по-прежнему изо всех сил старается поймать его внимание, крепко зажмурился и мысленно взмолился: Только бы он не открыл рот.

Но, к несчастью, младший сын покойного короля, с детства избалованный и окруженный вниманием, был, мягко говоря, простодушен, а говоря прямо — напрочь лишен чутья. Уолтера нисколько не заботило, что его племянник женится на простолюдинке. Он верил, что его умный брат знает, что делает. Но кое-что он очень хотел сделать.

— Ваше Величество! — выкрикнул он. Леонард сделал вид, что не слышит, но Уолтер все же продолжил: — Я слышал, что мисс Оливия Либерти, к несчастью, рано потеряла отца,

Рука Ноа замерла, перо остановилось. Что он, черт возьми, пытается этим сказать?

Несмотря на ледяной, убийственный взгляд принца, Уолтер продолжил:

— Если бы у нее были другие родственники… Но, увы, у невесты никого нет.

Даже Артур теперь окаменел, но Уолтер все не унимался.

— Обычно, знаете ли, невесту от кареты до входа в храм сопровождает кто-то из ее родни по мужской линии, но раз в ее случае это невозможно, то, думаю, в качестве альтернативы я…

— Проблем не будет, — немедленно прервал его Леонард.

Уолтер несколько раз моргнул, затем повернулся к младшему принцу.

— Что скажешь, Ноа? Позволишь дяде сопроводить твою невесту в церковь?

Ноа крепко сжал губы. Стоило ему заговорить — и он не смог бы остановиться, а на собрании родни подобное было бы равносильно скандалу. Он лихорадочно думал, как бы вежливо выразить отказ, когда вдруг раздался грозный рев.

— Ты с ума сошел?! — Леонард сверкал глазами. Это событие, о котором будет говорить вся страна! Знай свое место! Куда тебя вообще понесло?!

Даже остальные родственники тихо покачали головами, выражая полное несогласие. 

Когда Уолтер ошарашенно посмотрел на короля, Леонард, побагровев, рявкнул:

— Хочешь испытать, что значит вести невесту к алтарю — помирись лучше со своей дочерью Лилианой и начни, наконец, вести себя как отец!

Плечи Уолтера поникли, и он пробормотал:

— Я бы рад, но у нее характер, сами знаете, не из простых…

— Да не об этом я!.. Ах, черт с тобой, — устало выдохнул Леонард, отмахнувшись.

Уолтер больше не осмелился возвращаться к этой теме, а Ноа впервые за долгое время почувствовал благодарность к отцу и поставил последнюю подпись. Бок о бок с его именем на документе уже стояла изящная подпись Оливии. Он задержал взгляд на двух аккуратных подписях, потом передал документы камергеру. С этого момента его брак с Оливией стал официальным.

⚜ ⚜ ⚜

Совет королевы — быть готовой к тому, что твое тело перестанет принадлежать тебе самой — наверняка исходил из личного опыта.

С помощью Беатрикс, а порой и под руководством мадам Реманн, Оливию заставляли принимать бесчисленные решения — начиная от выбора цветов для букета и заканчивая цветом ленты, которой его предстояло перевязать. По правде говоря, это нельзя было назвать выбором: она лишь подтверждала одобрение тех вариантов, что предлагала королева. Но дел было столько, что даже это утомляло до изнеможения.

Когда Оливия уже начала путаться, что именно она выбрала и где поставила галочку, день незаметно клонился к вечеру. Благодаря заботе королевы ей позволили сразу отправиться в спальню. Но едва голова коснулась подушки, как Оливию уже разбудили на следующее утро.

Такой распорядок — одно лишь планирование и сон — тянулся несколько дней. Положение Ноа мало чем отличалось, и в результате жених с невестой с момента прибытия во дворец так и не смогли даже мельком увидеть друг друга.