Контракт с Изабель Сеймур

Молодые люди как раз собирались начать игру, когда вдруг в клуб пришел принц Ноа, чем вызвал у них немалое недоумение.

— Ну так что, играем или как? — коротко бросил он, стягивая перчатки.

— Ну и ну! Наконец-то вы нашли для нас время, — хмыкнул один из лордов.

Еще не дойдя до раздевалки, Ноа уже снял пиджак и протянул его в сторону. Он знал, что слуга, как всегда, тут же подойдет и заберет его.

— Подготовьте мою лошадь, — приказал принц.

— Я передам в конюшню, — мягко откликнулся голос.

Ноа резко остановился и повернул голову. Он был уверен, что рядом окажется его камердинер, но увидел женщину с огненно-рыжими волосами. Она держала его одежду и перчатки, спокойно улыбаясь.

Это была Изабель. 

Не дав ему и слова сказать, она сама передала вещи слуге и вручила ему форму для игры в поло.

Принц, усмехнувшись ее дерзости, принял форму и скрылся в раздевалке. В голове вертелась мысль: неужели все, чего она добивается, — лишь пересудов?

Когда он вышел, Изабель уже ждала его с клюшкой в руках. Услышав приглушенные смешки и одобрительные возгласы других игроков, она вспыхнула застенчивым румянцем.

Видя, как естественно она следует за ним, принц наклонился к ней и холодно прошептал:

— Помни, я предупреждал: за твою репутацию я не отвечаю.

— Знаю.

Ноа бросил на нее беглый взгляд — Изабель лишь улыбнулась в ответ.

Он бесстрастно вскочил на коня, а молодая дворянка отошла на несколько шагов в сторону. Когда двери конюшни распахнулись, Ноа, будто только этого и ждал, пришпорил коня и рванул вперед по безбрежному зеленому полю, не удостоив ее даже взглядом. Изабель еще долго смотрела ему вслед, прежде чем наконец повернуться, чтобы уйти.

Сердце — вещь непостоянная. Сначала ее переполняла благодарность уже оттого, что она единственная женщина рядом с ним. Но со временем привычка притупила чувства, и душа стала жаждать большего — новых волнений, новых доказательств.

Что бы я почувствовала, если бы он хоть раз улыбнулся мне? Суждено ли мне вообще стать его женой?

С тех пор как поползли слухи, свататься к ней больше не приходили. И даже родители недавно осторожно, словно невзначай, спросили: не делал ли ей предложение сам принц.

Но прежде чем погрузиться в отчаяние, Изабель нарочно подталкивала себя к светлым мыслям. По словам мадам Жуберн, слухи дошли и до королевы, которая не раз спрашивала сына об этом. А значит, она наверняка упоминала и о браке. Так или иначе, к этому времени принц хотя бы раз рассматривал ее как потенциальную жену. Вероятно, он уже прикидывал такую возможность.

Вернувшись в клуб, Изабель застала слугу, который собирался повесить пиджак Ноа.

— Оставьте, — сказала она. — Я сама. Займитесь одеждой в раздевалке.

Так поступила бы супруга. Слуги, занятые делом, скользнули по ней удивленными взглядами, но тут же отвели глаза. За последние месяцы они привыкли: Изабель Сеймур ведет себя словно возлюбленная Ноа Астрид, а он не считает нужным это опровергать.

Она взяла пиджак принца и медленно провела пальцами по лацканам. В нем он выглядел как леопард — стройный и гибкий. Плечи у пиджака были куда шире ее собственных. Каково это — оказаться в его объятиях?

Плотно сжав губы, она разгладила складки и повесила пиджак. Девушка уже собиралась отойти, когда заметила, что из кармана торчит какой-то предмет.

— Хм? — решив, что это перьевая ручка, она наклонилась, чтобы спрятать как следует. И тут Изабель вспомнился разговор с Мэттом, ее братом.

— Есть ли у принца Ноа что-то, чем он особенно дорожит, Мэтт? Может, любимая вещь?

— Он последний человек на свете, привязанный хоть к чему-то, Изабель. Для него ничто не имеет особой ценности. Он даже собственному коню для поло имени не дал.

— Правда?

— Но есть одна вещица, которую он носит с собой каждый день. Думаю, уже около года. Держит ее в кармане пиджака как талисман.

Сердце Изабель забилось быстрее. Похоже, это и была та «вещица», о которой говорил ее брат.

Убедившись, что никто не смотрит, она осторожно достала предмет. Серебряный цилиндр длиной с ладонь. Даже для нее, драгоценной дочери знатного графа, он оказался совершенно незнаком.

— Что это? — Изабель разглядела находку и заметила, что конец сделан так, чтобы его можно было провернуть. Она попробовала, но ничего не произошло. На нем не было гравировок, какие обычно украшают футляры, портсигары или личные печати.

— Зачем он носит это с собой? — Не понимая назначения, она поспешно сунула цилиндр обратно в карман, остро ощущая на себе взгляды слуг. 

Но что-то в этом ее тревожило. Очевидно, это была пустяковая вещь, и все же… Если бы она была совсем ничтожной, не было бы причин для Ноа Астрид держать ее при себе каждый день.

⚜ ⚜ ⚜

Игра в поло завершилась после шести чаккеров. Лошади тяжело дышали, всадники раскраснелись — матч выдался напряженным.

— Черт возьми, Ноа, да что с тобой сегодня?! — с жалобным выражением выдохнул Лоуренс.

— Мне тоже интересно, — подхватил Эйель. — Удивительно, как у тебя клюшка не сломалась. Почему не сказали нам надеть полную экипировку, Ваше Высочество? Я думал, прямо на поле сдохну!

— От того, что целыми днями сидите на задницах и пьете, вы раскисли, — ехидно бросил Ноа.

— Ах, как можно так говорить, Ваше Высочество! 

Принц спрыгнул с коня, похлопал его по гриве и направился прямо к душевым. С него градом катился пот, но он чувствовал себя куда лучше.

Попытка отказаться от королевских обязанностей провалилась. Сначала король сделал вид, что готов пойти на уступки в расписании Ноа, но после инцидента в Фолии тут же нарушил слово и нагрузил его еще большим числом мероприятий.

Ноа понимал, почему так вышло, но это сводило его с ума. Честно говоря, он предпочел бы не понимать вовсе. Ему до чертиков надоело стоять перед прессой. Кто-то мог бы пожать плечами: мол, пустяки. Но ведь у каждого есть вещи, которые он не в силах вынести. Ноа начинал опасаться, что ему суждено до конца жизни быть не более чем ряженным медведем, вынужденным плясать на публику.

Он долго стоял под ледяной струей. В голове крутилась единственная мысль: напиться и хоть на время забыться.

В поло-клубе теперь было темно, лишь кое-где мерцали свечи. Блудные сыновья Герода уже обосновались на диване Ноа и пили без него.

Там была и Изабель. Как только принц сел, она подвинула к нему его коктейль. Он машинально взял бокал и уже поднес к губам, когда услышал знакомое имя.

— Слышали? Оливия Либерти теперь профессор в университете Геролингтона.

С бокалом в руке Ноа поднял взгляд на говорившего и прищурился.

— Ты только сейчас узнал? В газетах писали.

— Правда? А я пропустил, — неловко пожал плечами молодой лорд.

Лоуренс, сидевший напротив, придвинулся ближе и заговорщически понизил голос:

— Знаете моего кузена, у него бизнес в Фаулдере? Так вот, он заехал сюда по делам и рассказал мне одну занятную историю…

— Что? Про Оливию?

Развратные ухмылки и озорные взгляды скользнули по лицам компании. Изабель резко щелкнула языком и поднялась.

— Я, пожалуй, откланяюсь, — сказала она.

— О боже, леди Изабель. Простите нас.

Лоуренс, нарочито сокрушаясь, поклонился Изабель. Та тяжело вздохнула и на миг задержала взгляд на Ноа. Несколько месяцев она строго держалась в отведенных границах… но, может быть, пора сделать шаг дальше?

Мысль о странном предмете в его кармане только усиливала ее тревогу. Эта тревога превращалась в нетерпение, почти в отчаяние.

— Может, присядем вон там, Ваше Высочество? — робко предложила она.

Компания мгновенно оживилась: глаза зажглись, будто они ожидали занимательного зрелища. Ноа лишь нахмурился. Ее слова показались ему нелепыми и назойливыми.

Столкнувшись с его каменным взглядом, Изабель в ту же секунду поняла, что поторопилась.

— Ах, впрочем, дамы, наверное, слишком удивятся, если вы внезапно к ним присоединитесь. Я лучше пойду одна.

Она поспешно отвернулась, сердце громко колотилось. Холодный и отталкивающий взгляд Ноа обжег ее так сильно, что к глазам подступили слезы.

«Не вздумайте надеяться на ухаживания. Он не тот человек».

Изабель вцепилась в юбку, вспоминая совет мадам Жуберн. Месяцы, проведенные рядом с ним, сделали ее жадной. Она начала задумываться, каково было бы иметь с ним настоящую связь, эгоистично надеясь, что он посвятит себя ей.

Она поправила выражение лица и величаво подошла к другим дамам, которые уже наблюдали за ней.

— Похоже, из-за меня джентльмены чувствуют себя скованно, — произнесла она с улыбкой.

Тем временем в мужской компании оживление не стихло. Едва Изабель удалилась, приятели набросились на Лоуренса:

— Ну так что? Что сказал твой кузен?

Ноа тоже внимательно смотрел на вульгарный рот молодого лорда, ожидая продолжения.

Лоуренс облизнул тонкие губы, и уголки его рта изогнулись в двусмысленной ухмылке.

— Знаете Ансена Вильгельма, главу компании «Вильгельм»? Кажется, он положил глаз на Оливию Либерти.

В воздухе повисло ошеломленное молчание.

— Вот это да, серьезно? — вырвалось у кого-то.

Лоуренс кивнул.

— Оказывается, они вместе учились в университете. Даже после того, как Вильгельм бросил учебу, они время от времени встречались.

— А-а, понятно. Но в Фаулдере по-прежнему аристократы держат власть в политике и финансах, верно? Значит, он просто хочет развлечься. Оливия Либерти не из тех, на ком женятся.

— Но она ведь теперь профессор? Кто знает, может, скоро станет мадам Вильгельм.

Пока молодые люди переговаривались, Ноа внезапно поднялся. Он поставил пустой бокал на стол и велел подать ему пиджак.

— Уже уходите, Ваше Высочество? Но вы выпили всего один бокал.

— У вас слишком много времени на пустую болтовню. Оставьте меня вне ваших сплетен о заморских связях.

Когда слуга подал принцу пиджак, тот закинул его на плечо и вышел из клуба. За столиком воцарилась холодная, неловкая тишина.

Лоуренс почесал затылок.

— Чего он сегодня такой злой? — пробормотал он.

— Не обращай внимания. Он еще во время матча был не в духе, — откликнулся кто-то из компании.