«Ваши тела больше вам не принадлежат»

Король и королева тепло взирали на Оливию, восседая на тронах, а по обе стороны от них стояли улыбающиеся принцесса и наследный принц. Оливия уловила, как обостренные чувства постепенно приходят в равновесие, и хмурый излом бровей наконец разгладился. Она вновь склонила голову, а затем осторожно произнесла:

— Давно мы не виделись, Ваши Величества. Надеюсь, у вас все было благополучно.

Беатрикс какое-то время всматривалась в нее, затем поднялась на ноги. Возможно, дело было в том, что на протяжении всех этих лет она регулярно получала вести о девушке, но долгожданная встреча совсем не показалась неловкой. Вглядываясь в глубину черных глаз на ее светлом и красивом лице, королева протянула руку и ласково взяла ее ладонь.

— Добро пожаловать, Оливия. Мы ждали тебя.

Такой теплый прием застал Оливию врасплох. Не зная, что еще сказать, она подняла уголки губ в улыбке и тихо прошептала:

— Благодарю за радушие, Ваше Величество.

При этих словах Ноа тихо усмехнулся, что не укрылось от внимательного взгляда Беатрикс.

Настала очередь наследного принца. Сделав шаг вперед, Артур сперва кивнул брату, а затем почтительно обратился к Оливии:

— Рад видеть вас вновь. Добро пожаловать во дворец Герода.

Оливия, уже не столь скованная, ответила чуть свободнее:

— Для меня честь встретиться с вами снова, Ваше Высочество. Благодарю за гостеприимство.

Наблюдая за обменом приветствиями, Ноа подозвал Люси, которая с нетерпением ждала своей очереди. Подхватив подол, она поспешно выбежала вперед, лицо ее озарилось радостью. Несмотря на то что принцесса не видела старшего брата уже несколько недель, ей было совершенно не до него — все ее мысли были устремлены только на Оливию. Ноа фыркнул, заметив равнодушие сестры.

Оливия встретила сияющие голубые глаза принцессы и присела в реверансе.

— Давно не виделись, Лив! — весело защебетала Люси, ее голос прозвучал солнечным лучом в этот хмурый день в Героде.

Видя, как подросла девочка, Оливия широко улыбнулась:

— Я скучала по вам, Ваше Высочество. Как поживаете?

Остальные члены королевской семьи тоже улыбнулись, глядя на эту дружескую сцену.

Затем взгляд Люси упал на ободок в волосах Оливии. Почувствовав это, та поспешила добавить:

— И спасибо за подарок. Я ношу его все время.

— Вам очень идет, Лив, — смущенно произнесла принцесса и, взглянув многозначительно на Ноа, тут же отвернулась и вновь сделала вид, что его не существует.

Когда приветствия подошли к концу, Беатрикс обернулась к сыну и невестке с выражением решимости. Затем она улыбнулась и властно произнесла:

— Надеюсь, вы подготовились.

Ноа, которому эта фраза никогда не нравилась, нахмурился:

— Подготовились к чему, матушка?

Королева слегка покачала головой и пожала плечами:

— С этого момента все пойдет круговертью. Просто знайте — какое-то время ваши тела больше не будут принадлежать вам.

От этих слов Ноа и Оливия одновременно переглянулись, а потом снова посмотрели на королеву. Та улыбнулась еще шире.

Леонард, неотрывно наблюдавший за сыном из-за их спин, тоже хитро ухмыльнулся. Ну вот, я же знал! Он понял это еще тогда, когда Ноа так охотно вызвался отправиться в Фаулдер, но еще больше ободряло то, что теперь сын вернулся таким нежным и заботливым. Да он даже шаг подстраивает под Оливию и уже зовет ее ласковым прозвищем! Невероятно!

— Ну-ка, ну-ка! Оливия, подойди сюда! Бумаг для подписи накопилось — гора!

От слов Леонарда глаза Оливии округлились, и Ноа, наклонившись к ней, шепнул:

— Я же говорил, он еще более нетерпелив, чем я.

За день до отъезда из Фаулдера у Оливии был вопрос к Марго.

— Профессор, что мне делать, когда я приеду в Герод?

Маго прищурилась и в одно мгновение развеяла все ее тревоги.

— Глупый вопрос.

— Простите?

— Потому что, как только ты туда прибудешь, у тебя не будет ни минуты, чтобы задаваться подобными вопросами.

И Марго оказалась права как никогда.

Стоило девушке последовать за королем в его кабинет, он протянул ей лист бумаги. Оливия ошеломленно приняла бумагу, а он уже полез в карман и достал тяжелую перьевую ручку, украшенную гербом Герода, и протянул ее ей. Когда она с удивлением посмотрела на нее, Леонард постучал пальцем по бумаге, давая понять, что это важнее.

— Выбирай. То, что понравится больше всего.

На бумаге стояли пять подписей, каждая — вариант ее имени, выведенный изящным почерком.

— Ты больше не можешь пользоваться старой подписью, — пояснил король. — Выбирай внимательно: эта новая подпись останется с тобой до конца жизни.

Оливия быстро пробежала глазами строки, затем осторожно указала на ту, что была округлой и плавной, но не чересчур мягкой.

— Пусть будет эта, Ваше Величество.

Леонард бегло взглянул на подпись, затем тут же велел ей потренироваться. Следующие несколько минут Оливия медленно выводила новый росчерк, повторяя его до тех пор, пока не запомнила наизусть.

Леонард забрал лист и передал его камергеру.

— Сожги, — приказал он. Так как членам королевской семьи запрещалось ставить подписи где-либо, кроме официальных королевских документов, любая другая бумага с подписью Оливии подлежала немедленному уничтожению. Разумеется, формально она еще не принадлежала к королевскому роду, но порядок соблюдался.

Затем девушке вручили внушительную стопку бумаг. Это был официальный пакет документов, необходимых для любого брака с представителем королевской семьи. На оформление брака Беатрикс и Леонарда ушло вдвое больше документов и целых три дня, поскольку должны были присутствовать обе семьи. Но у Оливии родных не было, и потому процесс несколько упростился.

Скользя взглядом по страницам, Оливия словно слышала голос Марго:

«Там тебя будет ждать гора бумаг, сплошь длиннющие тексты, которые не имеют никакого смысла. Я сама их не видела, но королева говорила, что так ничего и не поняла, даже перечитывая по нескольку раз. Так что и не пытайся вдумываться — просто подписывай».

Оливия не могла не согласиться, разглядывая разложенные перед ней документы. Все они были написаны на древнем языке, которому было явно несколько столетий, а строки располагались так тесно, что разобрать что-либо было почти невозможно. И вдобавок…

— Вот здесь. Здесь. Тут. И вот тут, отлично, — суровый и властный король Герода стоял рядом, с пугающей скоростью указывая места для подписи. У девушки не оставалось иного выхода, кроме как торопливо выводить свой новый росчерк, лишь бы не отставать.

И компанию ей составлял не только Леонард: королева, два принца и даже принцесса тоже столпились вокруг, наблюдая, как она подписывает бумаги. Люси с каждой подписью подбиралась все ближе к девушке, пока Ноа наконец не оттянул сестру за плечо.

Когда все бумаги были подписаны, Леонард разразился гулким смехом, словно ждал этого момента целую вечность. В его глазах так оно и было.

— Добро пожаловать в семью, Оливия! — воскликнул он.

Люси, взволнованная не меньше, едва не свесилась через край стола и радостно завизжала:

— Добро пожаловать, Лив!

Оливия, все еще ошеломленная, оглядела короля, принцессу и остальных членов семьи, а потом ответила:

— Благодарю за теплый прием.

Королева и наследный принц, похожие как две капли воды, улыбнулись мягко и тепло. Потом ее взгляд скользнули к Ноа. Они смотрели друг другу в глаза — в его теплом взгляде цвета осенней листвы мелькнула легкая улыбка.

⚜ ⚜ ⚜

Бесконечные подписи были лишь началом долгого и тяжелого брачного процесса. Бесчисленные люди, занятые подготовкой к свадьбе, пытались убедить Леонарда, что пожениться за неделю — нелепо, но король и слушать не стал. К моменту, когда Ноа и Оливия прибыли в Герод, приготовления были завершены лишь наполовину.

Беатрикс представила Оливии женщину средних лет — няню принцессы Люси, мадам Реманн.

— Оливия, это графиня Реманн, — сказала королева.

Женщина склонила голову с доброй улыбкой.

— Джулия Реманн, миледи. Можете звать меня мадам Реманн.

— Здравствуйте, мадам Реманн, — вежливо откликнулась Оливия.

Беатрикс, наблюдавшая за ее ответом с ястребиной внимательностью, удовлетворенно кивнула.

— Мадам Реманн на время станет твоей наставницей по дворцовому этикету. Она была учительницей Люси, так что можешь довериться ей.

— Да, Ваше Величество.

— Я буду сопровождать тебя при подготовке к свадьбе, когда смогу, но если не получится — ее место займет мадам Реманн.

Оливия слушала внимательно, затем слегка кивнула и обратилась к графине:

— Для меня будет честью, мадам, — сказала она, и в каждом ее слове, в каждом движении звучала благородная изысканность.

Королева обменялась взглядами с мадам Реманн, а потом с улыбкой повернулась к невестке.

— Я также пригласила на свадьбу мадам Уинфред. Она останется во дворце до самого торжества, но встретиться с ней будет непросто — ты будешь слишком занята.

Затем Беатрикс положила руку на плечо Оливии и мягко развернула ее вправо. Там ждал длинный и изысканный белый свадебный наряд, а рядом стояла Джейн Эмброуз — та самая женщина, что два года назад сшила для нее голубое бальное платье.

— А теперь поторопимся и снимем мерки для твоего платья, — сказала королева.