Глава 1.3

— То есть… это история, знать которую дозволено только Императорскому роду?

— Да. Именно так. Впрочем, ничего уж такого особенного. Любой толковый инженер, наверное, и сам бы до этого додумался, да и историки, скорее всего, знают — пусть и не говорят вслух. Просто никто не считает нужным на это указывать. Почему? Потому что это никого не тревожит. Человечество прекрасно живёт с нынешними технологиями. Мир держится уже тысячу лет. Чего ещё желать… верно?

И это тоже было своего рода ответом.

Мелкие стычки и пиратские налёты случались, но за тысячу лет с тех пор, как Императорский дом взял власть в свои руки, не произошло ни одного конфликта такого масштаба, чтобы он привёл к упадку цивилизации. Было ли это случайностью или же заслугой политического мастерства Императорского рода — вопрос отдельный, но сам факт оставался фактом: царил мир.

— Я скажу тебе только одну правду. Та варп-технология, которой мы пользуемся… исходя из соображений безопасности, мы ограничиваем её десятью или двадцатью световыми годами. Но на самом деле она способна прыгать и дальше чем на сотню.

Если свести всё, о чём шла речь до этого, в одно, то такая правда уже не казалась чем-то по-настоящему неожиданным.

Если существовали истории об «утраченных технологиях», нетрудно было предположить, что и такое возможно.

Если подумать, даже в её прошлой жизни скорость технического развития выглядела ненормальной. Быть может, за теми подозрительно резкими скачками в дальности варпа как раз и скрывались подобные причины.

— Ваше превосходительство, вы хотите сказать, что нынешняя варп-технология тоже способна на прыжки в сотни световых лет?

— Даже триста световых лет, пожалуй, не составили бы труда. Варп-двигатели, которыми мы пользуемся сейчас, — это восстановленные копии. И всё же они полностью работоспособны, а десять световых лет сами по себе — уже колоссальная дистанция. Просто дальше мы не идём из-за энергетической отдачи. Если стабилизировать этот вопрос, дальность варпа возрастёт ещё куда сильнее. Короче говоря, Лиллиан, я хочу, чтобы ты по крайней мере знала одно: если немного перегрузить систему, «Тиберий» вполне мог без труда варпнуть примерно на триста световых лет.

Случайно это произошло или по чьему-то замыслу — факт оставался фактом: «Тиберий» действительно был способен уйти варпом в сторону туманности Конская Голова.

Это, безусловно, было первым шагом к истине.

Но одной этой детали загадка вовсе не исчерпывалась. Напротив, всё оставалось слишком расплывчатым.

— Ваше превосходительство, правду о варп-двигателях и величии прошлых технологий я понимаю. Но это всё? При всём уважении, мне кажется, любой человек с кое-какими знаниями способен докопаться и до такого.

— Вот именно, Лиллиан-сан. Когда ты сказала мне, что авария могла быть преднамеренной — что, возможно, имелся шпион, — я подумал: «Ну и забавная шутка». Но когда я начал копать, обнаружил кое-что довольно… занимательное.

Похоже, у Зенона была привычка говорить нарочито многозначительно.

На его лице вновь появилась эта дерзкая, насмешливая полуулыбка.

Лиллиан хотелось, чтобы он уже просто выложил ответ.

— Я ведь говорил тебе, что в варп-двигателе «Тиберия» не нашли ничего подозрительного. Что его никто не запускал. И всё же факт остаётся фактом: «Тиберий» совершил варп-переход.

Сказав это, Зенон сухо, устало усмехнулся.

— Не было ничего подозрительного? Да быть того не может. И всё же Имперская армия дала именно такой ответ. Заявили, что без специальных знаний дальше разобраться будет трудно. Раз уж инженеры, «аттестованные» самой Имперской армией, поставили под этим свою печать, даже я не могу продвинуться дальше.

Зенон покачал головой, будто говоря: «Ну и дела».

— Пока что я продолжу расследование, но многого не жди. У меня не так уж много фигур, которыми я могу двигать. Похоже, они держат оборону очень крепко.

— Если вы так это формулируете… выходит, Империя — нет, сам Императорский дом — что-то знает?

— А разве это не очевидно? Я из боковой ветви, так что подробностей не знаю, но они определённо что-то скрывают. И высшее военное руководство тоже. А поскольку я хочу это узнать, для них я — помеха. Если начну слишком давить, меня, скорее всего, снимут с поста коменданта этой Лунной базы.

В этот момент Зенон и правда выглядел обеспокоенным.

— Я не знаю, кто это сделал. Вполне возможно, что даже высшее руководство в действительности не знает, кто именно шпион. И всё же они явно что-то прячут. Нечто… решающее.

— То есть?

— Факты, неудобные для Империи… к примеру, возможно, высшее командование на самом деле уже знает, кто наш враг. Мы называем их «пришельцами», но вдруг это потомки людей, которые когда-то, в ту утраченную эпоху, ушли в дальний космос… впрочем, пожалуй, это уже слишком смелый прыжок мысли.

Похоже, Зенон и сам понял, что его теория звучит натянуто, и потому не говорил об этом с полной серьёзностью.

— Раз у нас есть утраченные технологии и утраченная история, не было бы ничего странного в существовании и таких существ. Доказательств, конечно, нет, да и звучит это довольно абсурдно.

И Зенон был прав. Доказательств не было никаких.

— Да и в первую очередь — как бы они вообще заслали к нам шпиона? Хотя раз уж он существует, значит, это возможно. А значит, технологии врага на несколько уровней превосходят наши. Настолько, что для них не составит труда перепрыгнуть триста световых лет.

— Да. Но корабли, с которыми мы столкнулись…

— Мне удалось ознакомиться с боевыми данными. Если смотреть только на простые различия в характеристиках, они не так уж сильно отличаются от наших… Делать выводы пока рано, но если бы их навигационные возможности действительно превосходили наши настолько сильно, вы бы вообще не смогли вернуться на Землю. Чем больше находится ответов, тем больше возникает новых вопросов. Стоит появиться одному, как его место тут же занимает следующий.

Похоже, Зенон и сам ломал над этим голову; выражение у него было мрачным.

Однако Лиллиан уловила одно явное расхождение между догадками Зенона и воспоминаниями из своей прошлой жизни.

(Враг — потомки людей, когда-то покинувших Землю?.. Нет, не так. Потому что в будущем мы это узнаём. У жителей туманности Конская Голова фиолетовая кожа и зелёная кровь… они были самыми настоящими пришельцами, с биологией, отличной от человеческой.)

Перед её мысленным взором всплыл облик вражеского пленника, которого она видела лишь однажды в прошлом. По форме тела они были гуманоидны, но при этом решительно отличались от людей.

Тогда что же — люди, покинувшие Землю и ушедшие к туманности Конская Голова, за тысячи лет прошли через какую-то особую эволюцию и стали фиолетовыми?

Но если бы всё зависело от адаптации к иной среде, то и люди на колониальных планетах тоже должны были бы претерпеть какие-то биологические изменения.

Однако, хотя различия в росте, объёмах груди или загаре и существовали, в человеческой биологии как таковой ничего принципиально не менялось.

Даже если жители туманности Конская Голова и были потомками человечества, чтобы их кожа стала фиолетовой, потребовалась бы уже генетическая модификация. Но можно ли после таких изменений всё ещё называть их «людьми»?

(О жителях туманности Конская Голова я, по сути, не знаю ничего… Но интересно, знала ли та девушка?)

Лиллиан вспомнила будущую Стеллу.

(Эта девушка стала гранд-маршалом, Верховным главнокомандующим. Если так, то узнала ли она всё до конца? И о чём думала, когда сражалась?)

Ненависть ко мне? Отчаяние из-за потери возлюбленного? Или что-то ещё?

По крайней мере, вряд ли это были светлые чувства.

(Это я ответственна за то, что отняла у них юность.)

И прежде всего важнее всего было избежать того безрадостного будущего — ради выживания самого человечества.

Думать приходилось о многом, но решать проблемы можно было только по одной.

Был ли враг человеком или пришельцем, в сущности, не имело значения. Если они собираются напасть, нельзя просто сидеть и ждать, пока тебя убьют.

Кроме того, если не считать идольской деятельности, работа капитана и без того была загруженной. Повсюду требовались отчёты, нужно было проверять донесения подчинённых, следить за состоянием экипажа и корабля.

Вот почему Лиллиан так хотелось избежать лишних проблем и нежелательной идольской работы.

Однако это был первый отпуск, который ей дали с тех пор, как она сошла с корабля. На лунную базу уже прибыл другой эсминец для ротации. Как только передача дел завершится, экипаж — включая её саму — наконец сможет перевести дух.

Была даже возможность вернуться на Землю. Военная сила Империи, при всём вопросе к её качеству, всё же держалась на численности.

А значит, резервного персонала хватало, и если не случалось ничего по-настоящему чрезвычайного, можно было получить и полноценный отпуск.

— Состояние технического обслуживания «Сенеки» я понял. Впрочем, мы ведь всего лишь патрулировали лунное пространство, так что отсутствие поломок вполне естественно. Как только проверка завершится, техобслуживающий состав будут отпускать поочерёдно. Остальное возьмёт на себя база. Как у нас с пополнением бытовых запасов?

— Можно считать, что процентов на восемьдесят всё уже завершено. Кроме того, закупка припасов к следующей патрульной миссии окончена. Говорят, к следующему разу раздобудут хорошие чайные листья.

Вице-капитан Ван тоже помогал с бумагами.

— Приятно слышать. Сильная сторона Империи в том, что у нас нет недостатка в еде и питье.

— По крайней мере, с голоду не умрём. И это одна из тех вещей, из-за которых я рад, что пошёл в армию.

То, что даже патрульные корабли были снабжены почти годовым запасом консервированных продуктов, и впрямь заслуживало всяческих похвал.

Даже если такая история и родилась из эгоистичного желания есть «еду, приготовленную поваром, даже во время флотской службы».

Но какова бы ни была подоплёка, в армии питание почти не различалось между дворянами и простолюдинами. Уже одно это помогало поддерживать боевой дух имперских солдат на стабильном уровне.

И одновременно служило ещё одной причиной повышать набор.

— Кстати, капитан, могу я спросить одну вещь?

Не прекращая работать с документами, Ван вдруг заговорил.

Этот немолодой вице-капитан, о существовании которого Лиллиан даже не знала в своей прошлой жизни, не смотрел свысока на таких молодых солдат, как она. Он держался немного в тени и оказывал поддержку тогда, когда это было нужно. Настоящее воплощение «незаметного героя».

— Что такое?

— Да так, просто хотел уточнить ваши планы на отпуск.

Имперская армия всё же оставалась армией. Даже отправляясь в отпуск, нужно было указывать, куда именно направляешься и на сколько дней. Особенно если собираешься домой, в семейное поместье, — тогда приходилось расписывать всё довольно подробно, вплоть до даты окончания отпуска. С этим было немного проще, если человек просто оставался в служебных квартирах базы или собирался выбраться в соседние городские районы.