Внезапная атака

С тех пор как они потопили вражеский эсминец, прошло уже три полных дня. Чтобы никто не терял счёт времени, на корабле подстроили освещение под земной цикл дня и ночи. Когда наступал вечер, свет становился приглушённым, а по утрам — снова ярчал под музыку.

Всего три дня. И всё же даже этого короткого срока хватило, чтобы немного ослабить напряжение и дать людям перевести дух. Само по себе это было не так уж плохо. Умеренное напряжение, конечно, необходимо, но человек по природе своей тянется к покою. Да и с точки зрения эффективности так было даже лучше.

К тому же Вельталь полностью открыл доступ к зонам отдыха. В свободное время студенты могли играть в симуляторы, заниматься спортом, тренироваться — или даже изящно пить чай.

Это и впрямь заметно снизило уровень стресса.

Но при этом никто не забывал, что они всё ещё находятся в опасности. Многие студенты отчаянно старались выполнять свои обязанности. В прошлой жизни Лиллиан ничем от них не отличалась. Её тогда тоже снедали собственные позорные чувства — горечь оттого, что все юношеские усилия ничего не дали, зависть к Стелле и давящий груз дворянского происхождения, — и в итоге это толкнуло её на безрассудный побег в захваченной спасательной капсуле.

— Леди Лиллиан! Прошу, сделайте что-нибудь! Если так пойдёт и дальше, нас ждут неприятности!

Но как бы все ни старались, проблемы всё равно возникали. По большей части пустяковые, но если оставить их без внимания, они вполне могли вырасти во что-то серьёзное.

Поэтому кандидатам в командиры тоже приходилось выслушивать подобные жалобы.

И так уж вышло, что все девичьи претензии в итоге оседали на Лиллиан. В прошлой жизни с ней случалось нечто похожее, но теперь разница была в том, что на неё стали полагаться куда чаще.

Оставим в стороне победу в учебном бою — слухи о её действиях в сражении с эсминцем каким-то образом уже разошлись по всему кораблю. Восхищение, зависть, подозрение — на Лиллиан смотрели самыми разными глазами. И вот теперь, словно проверяя её на прочность, к ней один за другим потянулись потоки жалоб и неприятностей от девушек.

На этот раз к ней явилась целая компания так называемых «прилипал».

— Успокойтесь. Если будете только пыхтеть и возмущаться, я ничего не пойму. Говорите конкретно.

Шестеро дворянок подошли к Лиллиан, когда та уже слегка запоздало завтракала в столовой. Все они были барышнями из достойных семей — и в некотором смысле составляли её свиту.

Именно «составляли», потому что держались рядом с ней вовсе не из восхищения. Скорее, они видели в ней дочь семьи Лузор, глава которой занимал пост начальника штаба, а значит — удобную фигуру, к которой стоило примкнуть ради собственной выгоды.

Но теперь, похоже, всё было иначе. Сейчас они выглядели по-настоящему взволнованными.

— Что случилось? У вас у всех лица красные.

Хотя девушки влетели к ней чуть ли не в гневе, спокойный тон Лиллиан мигом сбил их с шага: они замялись, вспыхнули ещё сильнее и начали путаться в словах.

(В последнее время ко мне всё время прибегают именно такие девушки...)

Лиллиан невольно задумалась, неужели юные девицы и правда так легко краснеют.

Одна из них нервно огляделась по сторонам, а затем наклонилась к ней поближе.

— Произошло нечто совершенно недопустимое!

— И что с того? Я примерно догадываюсь, о чём речь.

— В комнате отдыха какие-то мальчишки с похотливыми глазами... п-пялились...

— На порнографию, да?

— Да! Тайком! Да ещё и толпой! Фу, отвратительно! Одной мысли о том, что такие звери находятся с нами на одном корабле, уже достаточно, чтобы мне стало дурно! Их нужно немедленно наказать! Разве вы не согласны?!

Прихлёбывая утренний чай, Лиллиан подняла из памяти старые воспоминания.

Ах да. Такое и правда уже было.

И тогда жаловалась как раз она сама.

Правда, самих мальчишек за просмотром она тогда не застала — точно так же, как и сейчас, всё началось с того, что девушки подняли шум.

— Эй! Не выставляйте это так, будто мы творили что-то ужасное! Мы же прятались! Не на показ ведь смотрели!

И как по заказу в столовую ввалились сами обвиняемые.

Во главе этой компании — если его вообще можно было назвать главарём — стоял не кто иной, как Коуэн. Нужно было обладать особым даром, чтобы с таким бесстыдством заявиться сюда в подобной ситуации.

Стоило ему появиться, как девушки театрально взвизгнули и сбились за правым плечом Лиллиан в кучку.

— Это он! Посмотрите только, как он на нас смотрит!

— Да ладно вам! Я просто пытался немного поднять дух страдающей молодёжи!

Коуэн встал слева от Лиллиан, и спор вокруг неё вспыхнул с новой силой.

— Не могли найти место получше? Это просто нелепо.

— Да кому ты вообще нужен?!

— Какая пошлость!

— Это ещё кто бы говорил — у самой голова одним и тем же забита!

К тому же очень скоро даже посторонние начали делиться по половому признаку и подливать масла в огонь.

(Ну и шумная же компания.)

Но с другой стороны, подобная крупная перепалка тоже могла служить неплохим способом снять напряжение — если, конечно, не дать ей зайти слишком далеко. Столкновение эмоций тоже бывает своего рода общением.

Вот только позволять всему этому раскручиваться у себя под носом Лиллиан уже начинало утомлять.

Она молча допила чай и поднялась.

Постепенно оба спорящих лагеря затихли.

— Раз у вас столько лишних сил, почему бы не устроить марафон по всему кораблю? При желании я даже могу согласовать это с капитаном — ради порядка и дисциплины.

С этими словами она раздвинула толпу и направилась возвращать поднос.

— Хотя... смотреть такое в общественном месте недопустимо. Если уж собираетесь — делайте это в своих каютах.

И, бросив напоследок эту фразу, Лиллиан ушла.

Но проблема, конечно, не была из тех, что можно просто так отмахнуть в сторону.

Лиллиан свела всё к шутке лишь затем, чтобы не дать спору разгореться ещё сильнее. Разумеется, она ясно дала понять: смотреть подобное на людях недопустимо. Это и так диктовал здравый смысл. Однако одного этого было мало.

Прожив семьдесят девять лет, она прекрасно понимала и мужские желания — и женские, если уж на то пошло, — даже если в романтике никогда особенно не блистала.

— Какой же это всё-таки пошлый разговор.

Скрестив руки на груди, Арес выплюнул эти слова с нескрываемым презрением.

В зале совещаний собрались кандидаты в командиры и лидеры отрядов.

Это было уже второе оперативное собрание с тех пор, как Вельталь ввёл подобные встречи для обсуждения дальнейших планов и текущей обстановки.

И темой обсуждения, как ни странно, был именно тот самый вопрос, с которым Лиллиан только что разобралась.

— Нужно просто запретить. Полностью. Непристойно.

Арес сразу отмёл всё целиком и бросил тяжёлый взгляд прямо на Коуэна как на главного виновника.

Тот под его взглядом заметно поёжился, но спорить не стал — видимо, и сам понимал, что в этой истории на нём лежит часть ответственности.

— А вам не кажется, что жёсткий запрет только всё ухудшит?

На защиту Коуэна неожиданно встал огромный мужчина — Сао, начальник технической службы. Несмотря на тонкие конечности и лицо, словно высеченное из камня, телосложение у него было по-настоящему мощным: широкая грудь, плотные руки, сплошные мышцы.

— Подавление — это как набивать водой воздушный шар. Пока немного — он держится, но если переборщить, то... хлоп!

— Согласен. Те, кто относится к боевым специальностям, могут выпустить пар через симуляторы и тренировки, но... в общем, такие, как Коуэн, тоже существуют.

Альберо, командир группы истребителей, кивнул в знак согласия.

Хотя он скорее склонялся к позиции Ареса, фанатиком тот не был.

— Да какая разница, если они смотрят это тайком? Меня больше интересует, как их вообще спалили?

Совершенно не проявляя интереса к сути темы, вмешался Делан.

— Н-ну... если что, днём мы этим точно не занимаемся! Только глубокой ночью! Мы тогда собираемся вместе, и... нет, погодите, а что они сами делали в комнате отдыха посреди ночи?!

Под «они» он, разумеется, имел в виду девушек.

— Может, на тайное свидание пришли? Принцип тот же, исполнение другое.

Дебонэйр, уже вполне оправившаяся за эти три дня, поддела его с усмешкой. И рядом с ней Мирэй тут же вспыхнула.

— Т-тайное свидание ночью?!

Куда более невинная, чем можно было ожидать, Мирэй мгновенно залилась краской.

— Да ладно вам, у всех ведь есть кто-то, кто нравится. А в такой ситуации чувства только сильнее распаляются, разве нет?

— Я... я не понимаю... Мы вообще-то в положении, где речь идёт о жизни и смерти!

— Именно поэтому и опасно. Если кто-то перестанет себя контролировать, начнутся проблемы.

Пока спор продолжался, Лиллиан перебирала в памяти старые воспоминания.

Если она правильно помнила, одна из тех самых девиц из её свиты случайно наткнулась на тайный просмотр Коуэна, когда сама крадучись шла на встречу с парнем из снабжения.

Так что догадка Дебонэйр попала прямо в цель.

— Лично я не вижу ничего страшного в том, что кто-то смотрит порнографию. До тех пор, пока это не происходит прилюдно, конечно.

Лиллиан высказалась, хорошенько обдумав ситуацию.

— Надо же, неожиданно. Я думала, ты как раз из тех, кто поднял бы из-за такого шум.

Дебонэйр чуть расширила глаза.

— Ну, определённое мнение у меня, конечно, есть. Но это всё же биология, разве нет? Тут мало что поделаешь. По-моему, куда лучше оставить людей в покое, чем лезть к ним и делать всем неловко. Главное — не выставлять это напоказ.

— Необязательно повторять дважды! Я понял, понял, виноват!

— Что до порнографии или парочек, которые по ночам становятся слишком оживлёнными, мне, в общем-то, тоже всё равно, но...

— Эй, не игнорируй меня!

— ...но чувство меры необходимо. К счастью, наши формы ведь могут отслеживать местоположение? Как и планшеты с личными устройствами.

Изначально всё это предназначалось для того, чтобы в случае экстренной ситуации можно было быстро найти человека.

Хотя с точки зрения приватности меры, конечно, были довольно спорными.

— Если ситуация выйдет из-под контроля, придётся выставить наблюдателей. С точки зрения личного пространства я бы этого предпочла избежать, но как крайняя мера — возможно. И всё же, если говорить о решении текущей проблемы, стоит хотя бы рассмотреть вполне прямолинейное наказание. Ну, скажем... выдать им кислорода на один час и отправить в открытый космос на наружные работы, оставив только страховочный трос.

На одно короткое мгновение Коуэн по-настоящему побледнел.

— Разумно. Я за.

Ровным голосом заявил Арес.

— Да вы что, это уже перебор!

Даже Делан отреагировал так, будто наказание и впрямь было чрезмерным.

Остальные тоже разделились почти поровну.

— Лиллиан, а нельзя ли... как-нибудь помягче?

Наверное, почувствовав, что это всё-таки слишком, осторожно подал голос Ричард. Лиллиан лишь едва заметно улыбнулась.

— Ой, да я пошутила. На деле это были бы обычные наружные работы — обслуживание внешней обшивки, визуальный осмотр дрейфующих обломков и всё в таком духе. Болтаться в одном скафандре на тросе, да ещё и в нынешней обстановке? Вполне себе наказание. Но для чего-то подобного, пожалуй, хватит и полного марафона по кораблю.

Она предложила компромисс.

— ...Хорошо! Я возьму на себя ответственность! Я это сделаю!

Собравшись с духом, Коуэн кивнул и поднялся.

— Тьфу, уборка в открытом космосе... Ладно, я согласен. Эту ответственность я на себя возьму. Только остальных не трогайте.

— О?

Кажется, Вельталя слегка заинтересовала эта неожиданно мужественная решимость.

— Хороший настрой, Коуэн. Чувство ответственности у тебя, похоже, есть. Но выполнять ты будешь именно марафон. На текущем этапе «Тиберий» всё ещё нельзя назвать полностью безопасным местом. Разумеется... если ситуация выйдет из-под контроля окончательно — это уже другой разговор. Но пока всё остаётся в пределах того, над чем ещё можно посмеяться. Подробности наказаний обсудим позже, а пока — старший артиллерист Коуэн, немедленно начинаете полный марафон по кораблю. Всё ясно?

— ЕСТЬ, СЭР!

Коуэн резко отдал честь и бодрым шагом отправился исполнять приказ.

Наблюдая за этой сценой, Лиллиан позволила себе едва заметную улыбку. Пока что такая мягкость была допустима.

Совсем скоро последует новая атака врага.

А вместе с ней — и новые проблемы.

За своей улыбкой Лиллиан уже прикидывала, как с ними справляться.

(Сражаться с врагом куда проще. Хотя вслух я такого, конечно, никогда не скажу.)

Она сама же усмехнулась этой мысли — почти пугающей.

Когда собрание уже подходило к концу...

— Ах да. Лузор, задержись на минуту.

Вельталь остановил её.

Прежняя Лиллиан наверняка бы растерялась, но раньше он никогда не проявлял к ней интереса и уж тем более не называл по имени.

Так что и это тоже было ещё одним знаком того, что всё постепенно меняется.