Глава 3.4

Движения флота Лиллиан и Стеллы выглядели странно, но в них ясно чувствовался замысел.

Арес и не думал безрассудно идти в лобовую атаку. Бессмысленного отступления не бывает. Разумеется, он подозревал ловушку. И всё же движения противника не походили на попытку заманить его.

Если уж на то пошло, их построение было самым базовым оборонительным — плотный строй с повышенной насыщенностью кораблей щитового прикрытия.

Но и у такого построения были слабости. Вечно оно не продержится. Щиты рано или поздно начнут проседать.

Способы компенсировать это существовали, и самый простой из них — синхронизировать и усиливать электромагнитные поля между кораблями щитового прикрытия.

Метод был незамысловатый, но чрезвычайно действенный. При достаточном количестве таких кораблей можно было выдержать даже ядерный взрыв или сотни прямых попаданий тяжёлочастичных пушек.

И всё же неуязвимыми они от этого не становились. Поддержание подобного строя требовало непрерывного расхода энергии.

Уж это-то они наверняка понимали.

— Неужели они хотят понемногу сточить наши щиты огнём дальнобойной артиллерии? Нет, не может быть. У них недостаточно орудий. Пары залпов не хватит, чтобы пробить оборону, — наши щиты успеют восстановиться раньше, чем они выстрелят снова. Тогда чего они добиваются?

За каждым непонятным манёвром скрывался какой-то мотив. Выяснить его было необходимо, но при таком скудном объёме данных ясного ответа пока не находилось.

— Делан, что делает вражеский флот?

Палубные эскадрильи Делана, завершив первый заход, уже начали возвращаться. Эта атака одновременно служила и разведкой — целью было не уничтожить корабли противника, а посмотреть, как именно они отреагируют.

— Наглухо окопались. Противовоздушная оборона у них просто чёртова крепость. Троих я потерял. Какая досада.

Ворча, Делан всё же передал подробные данные о вражеском построении.

— Обычная учебниковая оборонительная формация, так?

— Ага, ничего подозрительного. Тогда в чём их игра?

— Как ты истолкуешь тот факт, что по моим авианосцам с самого начала ведётся сосредоточенный огонь?

И Арес, и Делан давно заметили, что вражеский флот ведёт огонь артиллерийскими кораблями именно по авианосцам.

Однако на такой дистанции выстрелы слишком сильно теряли мощность — едва ли хватило бы хотя бы поцарапать их щиты.

— Наверное, они пытаются определить, где твой флагман. Если считают его особо важной целью, могли решить, что ты усилишь его защиту.

Флот Ареса и Делана был разделён на три соединения: правое крыло авианосцев под командованием флагмана Делана и линкор Ареса, стоявший в центре.

И всё же Арес обеспечил всем соединениям сбалансированную защиту, не оставив явных слабых мест.

Делан действовал схожим образом, увязывая вылеты своих истребителей с левым крылом флота, которое в основном работало под автоматическим управлением.

— Делан… знаю, тебе не хочется об этом говорить, но как именно ты проиграл Стелле?

— ……Совершенно наоборот тому, что происходит сейчас. Она рассыпала свой флот, словно паутину. Орудия каждого эсминца и каждого крейсера были расставлены с идеальными интервалами — достаточно близко, чтобы прикрывать друг друга, и в то же время достаточно далеко, чтобы стрельба в полную мощность не вызывала взаимных помех. Моих истребителей один за другим сбивали, как мух, попавших в сеть. Конечно, я пытался контратаковать. Каждое её подсоединение было небольшим, так что я пошёл на сосредоточенные бомбардировки, чтобы разорвать их строй и открыть себе надёжное окно для удара.

Космические бомбардировщики несли тяжёлые противокорабельные торпеды. Медлительные, но обладающие чудовищной огневой мощью, при умелом применении они могли покалечить целый флот.

Но их низкая скорость и стала роковой.

— А потом? Её главные силы на линкорах просто смели их односторонним залпом. Это было жутко. Куда бы я ни ударил, она отвечала безупречно — будто читала мои мысли.

Пока Делан говорил, его лицо заметно побледнело, а в голосе появилась непривычная напряжённость.

Описать это было легко, но, не увидев всё собственными глазами, трудно было по-настоящему понять, насколько это страшно.

Даже Аресу в такое верилось с трудом — «Делан, гений авианосной тактики, был полностью переигран?» — само по себе звучало почти невероятно.

Если в бою участвовали авиакрылья Делана, меньшие силы противника обычно превращались для него в игрушку и сминались в считаные минуты. Услышав, что он не смог этого сделать, оставалось лишь одно: «Да быть такого не может».

Но настоящая проблема была не в этом.

Проблема заключалась в том, что опыт Делана в этом бою мало чем помогал.

Их противник сражался иначе.

— Любопытно… но сейчас не время для подобных размышлений.

Бой только начался. Обе стороны пока прощупывали друг друга.

Тот, кто поторопится, проиграет. Пока им следовало сохранять терпение и наблюдать.

— Делан, готовь следующую ударную волну.

— Да и без тебя собирался. Ну так… по кому бьём первым? Я бы поставил на Лиллиан.

По предыдущей атаке Делан уже определил, какой флот кому принадлежит.

Тот, кто почти предугадал их движения и заранее подстроил под них свои орудия, — это наверняка Стелла. Именно поэтому он сознательно сместил большую часть ударных сил в сторону второго флота.

— Ну… если мы и будем где-то проламывать, то именно там.

Арес вновь перевёл взгляд на главный монитор.

— Слушай, тебе не кажется… что тут что-то не так?

— Хочешь сказать, всё это не похоже на Лиллиан?

— Ты тоже заметил?

— Мы с ней учились в одном классе, на одном курсе. Это не в её духе. Эта дурёха обычно несётся напролом, как бык. Но сейчас — совсем не то. Честно говоря… на миг мне даже показалось, что я перепутал их. Да и сейчас часть меня всё ещё сомневается: а вдруг тот флот, который я считаю флотом Лиллиан, на самом деле принадлежит Стелле?

— Что будем делать? Придержим атаку и посмотрим, как они дальше двинутся?

— Нет. От этого у меня дурное предчувствие. Расшатаем их бомбардировщиками. Мне всё равно нужно больше данных — …А?

Раздался сигнал тревоги.

Вражеский флот не отступал — он двигался вперёд, медленно, но неуклонно.

И всё же формация не менялась.

Они шли вперёд, сохраняя оборонительный строй. Их атаки были однообразны и едва-едва обдирали щиты.

— Что они задумали? Прут на нас одной массой или всё-таки рассыплются?

Оба варианта были допустимы. Неважно, подойдёт ли вражеский флот в плотном строю или разойдётся в стороны — на любой случай у них была стратегия, как его раздавить. Они разделили флот на три части не только потому, что у них было три авианосца. Показывая противнику флот, разделённый на три соединения, они тем самым демонстрировали ему возможность окружения сразу с трёх сторон.

(Что же они выберут? Сосредоточенный удар по одному флангу? Тогда мы охватим их и утопим под насыщенным огнём. Если они разделят флот, то тоже разобьются на две или три части, как и мы. Им нужно равенство по числу соединений — четыре части растянут их слишком тонко.)

Бомбардировщики Делана поднялись в воздух под прикрытием истребителей.

Противник не проявлял ни малейших признаков того, что собирается выпускать перехватчики.

Строй сохранялся.

Постепенно ударная группа Делана сближалась.

— Арес, противник двигается. Похоже, делится на две части.

Глаз у Делана был острый. Для большинства эти движения были бы почти незаметны — космические корабли всё-таки слишком огромны.

Но для командира флота упустить даже малейший сдвиг было недопустимо.

— Насколько близко бомбардировщики?

— Ещё не в зоне поражения, но уже скоро. Торпеды можно будет пускать совсем скоро. Каков приказ? Если скорректировать углы стрельбы, можем отрезать им путь к отходу.

— Делай.

Ну и как они теперь ответят?

Арес не сводил глаз с монитора.

(Они делятся по вертикали?)

В космосе понятия «верх» и «низ» были условностью.

И всё же люди — а вместе с ними и их корабли — жили с искусственной гравитацией, так что чувство ориентации у них всё равно существовало.

В конечном счёте представления о верхе и низе всё равно возникали у членов флота, исходя из положения флагмана. Мостик всегда считался «верхом», и флот подстраивался под это.

Поэтому, если противник, судя по всему, занимал позиции над ними и под ними, это означало вертикальное разделение.

В ответ Арес намеренно расширил построение своего флота.

Если враг хочет растянуться, он просто затянет сеть плотнее.

— Всем кораблям: дальнобойные торпеды к пуску. Тяжёлочастичные пушки — в готовность. Приготовиться к уклонению.

— Бомбардировщики вот-вот вступят в бой. Пуск торпед.

Решение было верным.

Более того, именно так и следовало поступить. Ни Арес, ни Делан не ожидали, что этим ходом решат исход боя, — просто ситуация на поле боя переходила в новую фазу.

В лучшем случае они рассчитывали нанести хоть какой-то урон. Космические корабли были недостаточно хрупкими, чтобы тонуть так легко.

И расстояние всё ещё оставалось значительным — едва-едва в пределах досягаемости крейсерской артиллерии. Времени перегруппироваться было предостаточно.

Именно поэтому ни Арес, ни Делан не смогли понять, что произошло дальше.

— Какого—?!

Сигналы тревоги. Индикаторы повреждений. Капсулу симулятора затрясло от имитации попаданий.

Прямое попадание?

Невозможно. Откуда?

Арес бросил взгляд на радар.

И то, что он увидел, заставило его усомниться в собственных глазах.

— …Что это такое…?

Метки противника накладывались на позиции их собственного флота.

Такого не должно было быть.

— Они внутри нашего строя!

В тот миг, когда он выкрикнул это —

капсулу симулятора затопил белый свет.

Немногим ранее.

Пока Арес и Делан совещались, на борту флота Лиллиан и Стеллы происходил тихий разговор.

— Скорее всего, следующим Делан выпустит бомбардировщики. Он попытается продавить наши щиты одной лишь грубой огневой мощью. Но уничтожать нас он сейчас не собирается — он сейчас слишком осторожен, и именно это притупляет его обычную агрессивность.

— Потому что ты уже побеждала его раньше?

— Да.

Когда Стелла была в чём-то уверена, отвечала она без малейших колебаний.

Она сама сказала, что почти не знает Лиллиан, — и это чувство было взаимным.