Глава 1.2

— О, а вышло ведь весьма недурно. Как думаешь, можно рассчитывать на хорошие продажи?

Кабинет коменданта лунной базы был обставлен довольно скромно. Два чахлых декоративных растения, столик для приёма посетителей со стульями да рабочий стол генерал-майора Зенона.

За армированным стеклом раскинулся купольный Лунный город, где беспрерывно сновали корабли. В основном это были транспортники, туристические суда и скоростные малые аппараты для спорта. Говорили, что в некоторых секторах там даже можно выйти в открытый космос на прогулку.

На фоне огней города генерал-майор Зенон просматривал несколько фотографий.

На них Лиллиан в безукоризненно сидящей форме позировала как подобает настоящему капитану корабля.

— Вы надо мной издеваетесь, ваше превосходительство.

Лиллиан не скрывала откровенного недовольства, но продолжала стоять по стойке смирно, не нарушая осанки.

Сейчас в комнате были только Лиллиан и Зенон. Даже секретарь вышел.

— А Арес и в профиль смотрится недурно. Жду не дождусь увидеть готовую версию рекламы.

Вдоволь посмеявшись, Зенон положил снимки на стол. Всё так же улыбаясь, он опёрся локтями о столешницу, сплёл пальцы и уложил на них подбородок.

— А теперь перейдём сразу к делу. Насчёт «Тиберия» я тоже кое-что разузнал по своим каналам.

В тот же миг Лиллиан показалось, будто температура в комнате упала на несколько градусов.

Зенон по-прежнему сохранял свою смелую улыбку, и тон его не изменился. Со стороны он выглядел легкомысленным красавцем — благородным «смазливым юнцом», совсем не похожим на военного, — но стоило оказаться перед ним лицом к лицу, и становилось ясно:

этот человек весьма опасен как стратег.

Пусть с виду он и казался декоративным командующим лунной базой, у него, похоже, имелись подчинённые, которыми он мог свободно распоряжаться.

То ли потому, что в нём текла кровь Императора — пусть и по боковой ветви, — то ли благодаря его собственной силе, Лиллиан не знала.

Пока она ещё плохо его понимала.

— В процессе постройки корабля ничего подозрительного обнаружено не было. Что до варп-двигателя, мне доложили, что никаких следов особого вмешательства в нём не нашли — за исключением того ремонта, который провели уже вы сами.

В прошлой жизни Лиллиан никак не пересекалась с Зеноном, но в этой эпохе именно он первым протянул к ней руку.

После возвращения «Тиберия», когда решалось распределение по назначениям, Зенон переговорил с Пигнаром и убедил его, что, если Лиллиан будет служить на лунной базе, её не отправят на передовую. Отец с радостью доверил дочь Зенону.

Скорее всего, и у Пигнара были свои расчёты: установить связь с человеком, имеющим отношение к Императорскому дому.

Кроме того, Лунный город был экономическим центром — идеальным местом, чтобы превратить её в идола.

Разумеется, Зенон и правда заставлял Лиллиан играть роль идола, но взамен подготовил для неё достойную награду.

И этой наградой стало расследование инцидента с «Тиберием».

Причём заговорил об этом именно сам Зенон.

— Конечно, я не могу полностью исключить, что кто-то использовал ремонт как прикрытие, чтобы замести следы… но мне всё же хочется верить, что это не так. Иначе всё выглядело бы уж слишком очевидно.

Он говорил так, словно постепенно выманивал нужные сведения.

— Само по себе уже жутковато, когда в этой истории нет никакой «неправильности» до такой степени, что это кажется неестественным, но…

Однако это было не главным, о чём он хотел поговорить.

— Кстати, ты знаешь, когда на самом деле началась история кораблей нашего славного Имперского космического флота?

Вопрос прозвучал неожиданно, но ответить на него было нетрудно. Это проходили в школе.

— Если отвечать по учебнику… то в первый год Земного календаря.

— Верно. И всё же наш Земной календарь длится уже четыре тысячи лет. Как думаешь, характеристики наших космических кораблей непрерывно развивались всё это время, начиная с первого года?

После короткой паузы Лиллиан ответила:

— …Нет, ваше превосходительство.

Она поняла, к чему ведёт Зенон.

— Мы, люди… однажды уже полностью утратили свою цивилизацию.

Именно поэтому она и смогла так ответить.

Услышав её слова, Зенон тихо пробормотал:

— Ого.

— Почему ты так думаешь?

— …Это слух, ваше превосходительство. Можно даже сказать — городская легенда.

— Вот как. Но сказала ты это уверенно.

Лиллиан уловила в его взгляде определённый умысел.

— А, хотя если подумать, твой отец ведь начальник штаба. Он доверенное лицо главнокомандующего… Понятно. Тогда всё сходится.

Похоже, Зенон сам пришёл к какому-то выводу.

(Неужели он решил, что мой обожающий меня отец слил дочери секретную информацию?)

На деле же Лиллиан в прошлой жизни носила звание контр-адмирала — пусть и номинально, — так что знала довольно многое.

Какова бы ни была причина, она чувствовала: от неё ждут ответа о подлинной исторической правде.

Судя по его реакции, её ответ оказался проходным.

(Пусть генерал-майор Зенон и из боковой ветви, он всё же принадлежит к императорскому роду. Если так, он наверняка знает вещи, недоступные нам. Вот почему он отреагировал именно так.)

История Империи Земли была длинной.

Наша эра завершилась в 2348 году, и этот же год стал первым годом Земного календаря.

С тех пор Земной календарь продолжался уже более четырёх тысяч лет.

Если считать от нашей эры, человеческое общество просуществовало поразительные шесть тысяч лет.

А внутри этого периода имперская система началась примерно тысячу лет назад.

Разразилась Война за объединение Солнечной системы, и нынешний Императорский дом возглавил её, одержав победу.

В прошлой жизни Лиллиан не было нужды вникать в такие исторические подробности, да она и не пыталась.

Она лишь мельком просматривала ту информацию, что сама попадала к ней в руки.

И среди этой информации встречались фрагменты исторической правды.

Именно поэтому Лиллиан и могла с уверенностью сказать, что цивилизация была однажды «утрачена».

А Зенон собирался рассказать ей один из таких фрагментов.

— Говорят, это произошло примерно около 1000 года Земного календаря. Космические технологии той эпохи, по всей видимости, были поразительными. Это стоило бы назвать Золотым веком космоса. Да, основа линкоров, которыми мы пользуемся сейчас, действительно восходит к первому году Земного календаря. Но та цивилизация была однажды утрачена в результате крупномасштабной войны.

Да, человечество однажды потеряло свою цивилизацию.

Чрезмерно разросшиеся технологии, соединённые с человеческим сознанием, которое так и не научилось с ними справляться, привели к обострению конфликтов из-за государственных интересов и идеологий.

Разразилась война, и в итоге цивилизация деградировала.

И уже после этого Императорский дом объединил Землю.

— Ты только представь: наши предки бороздили космос, а потом в одно мгновение из-за войны лишились своей механической цивилизации и стали жить почти как в средневековье Старого века.

Это была история эпохи, которую иногда называли Тёмными веками.

— Говорят, тогда даже обменялись запретным оружием, способным уничтожать целые планеты. Жутко, правда? Есть даже истории, будто это были торпеды, настолько миниатюрные, что их можно было загрузить в один-единственный линкор.

Услышав слова Зенона, Лиллиан внезапно почувствовала лёгкую головную боль.

— Уничтожать… планеты…

Невольно она повторила эти слова вслух.

(Оружие, способное уничтожить даже планету… почему? Почему эти слова звучат для меня так странно?)

Будто она забывала нечто чрезвычайно важное. Лицо Лиллиан само собой напряглось.

Заметив это, Зенон обеспокоенно спросил:

— Хм? Ты в порядке?

— Да… Просто меня немного ошеломила история о таком чудовищном оружии.

Так она объяснилась и вернула разговор в прежнее русло.

Разумеется, она не могла сказать: «Вообще-то в будущем я была контр-адмиралом, так что кое-что об этом знаю».

— Вот как. Что ж, это неудивительно. Всё-таки речь идёт не о той информации, которую называют обычной.

Зенон, похоже, чуть сильнее заинтересовался, но продолжил рассказ:

— Однако человечество упрямо. Наши предки всё же сумели воссоздать остатки уцелевших технологий и начать восстановление. То, чем мы пользуемся сегодня, — лишь та часть, которую нам удалось понять. Благодаря этому мы снова вступили в космическую эпоху, но до высот Золотого века так и не дотянулись. Эту правду не открывают каждому солдату. Узнать её можно, только если дослужиться хотя бы до генерал-майора. Или стать близким помощником человека такого ранга.

В Имперской армии ходил шёпотом один слух: нынешняя цивилизация — это «вторая попытка».

И этот слух в каком-то смысле был правдой.

Когда Лиллиан впервые услышала об этом в прошлой жизни, ей это показалось историей дурного пошиба.

Нет, даже те, кто знал правду или хотя бы ощущал её тень, всё равно понимали: слух остаётся всего лишь слухом.

Поэтому они знали лишь, что «в далёком прошлом существовали великие технологии», но конкретный уровень этих технологий оставался за пределами их воображения.

Говорили, что истину открывают, когда становишься генерал-майором, но, похоже, и это ещё далеко не всё.

То, о чём сейчас говорил Зенон, без сомнения лежало ещё глубже.

— Ваше превосходительство. Судя по тому, что вы сейчас сказали, у вас есть сведения, выходящие за пределы того, что обычно знает генерал-майор.

Когда Лиллиан указала на это, Зенон удовлетворённо улыбнулся.

— Ты способна сделать даже такой вывод? Ты ещё более выдающаяся, чем я думал. Я знаю более глубокую историю. Или, вернее сказать, я находился в таком положении, что мог её узнать?

Почему Зенон мог это знать —

ответ он, по сути, уже сам озвучил.