В последний раз заглянуть домой

Перелёт с председателем прошёл в гнетущей тишине. Никто не осмеливался сказать ни слова — в воздухе висело ощущение, что малейший звук способен вызвать бурю.

— У тебя где‑то здесь была яхта? — спросила председатель.

— Верно. Поплывём на ней?

— Да. Вернуться я смогу сама.

— Хина, что насчёт провизии и топлива? Погрузчики закончили?

— Да, ещё час назад сообщили, что всё готово.

Они погрузились на яхту и отправились в путь. Исчезающая за горизонтом земля теперь внушала не свободу, а тревогу. С каждым ударом сердца приближение к Тихим водам ощущалось как шаг к неминуемой тайне.
Вскоре председатель подошла к Луне:

— Как только заметишь туман — скажи мне. Но ни в коем случае не заплывай туда сама.
Луна кивнула. Спустя время на горизонте и впрямь показался туман — тот самый, предвещавший границу Тихих вод.

— Председатель Мидзухо… я его вижу.

— Хорошо. Смотри.
Она подняла руку, над яхтой вспыхнул магический круг и опустился, пройдя сквозь судно. В тот миг туман растворился, и перед их глазами открылся причал, а за ним — целый город.

— Хина, ты тоже это видишь?

— Вижу… но поверить не могу.

— Председатель Мидзухо, что это значит?

— Я расскажу постепенно. Для начала — знайте: туман всего лишь иллюзия. А то, что вы видите сейчас, можно назвать отдельным континентом. Когда‑то здесь существовала великая и развитая страна. И вы понимаете, если хоть кто‑то узнает о том, что вы увидели…

— Нам нет дела до разглашения, — твёрдо ответила Луна. — Мы здесь ради поисков.

— Вот и славно. Пришвартовывайся здесь, рядом мой автомобиль.
Причалив, они ощутили жуткую пустоту. Дома стояли мёртвыми, окна — выбитыми, машины заржавели, хотя сами модели были совсем недавними, не старше трёх лет. Лишь одна деталь оживляла этот город‑призрак: повсюду цвели алые цветы. Они пробивались сквозь асфальт, оплетали стены зданий и крыши, словно именно они стали единственными жителями этого места.

Председатель достала ключи и разблокировала авто, стоящее неподалёку.

— Вездеход, весьма практично.

— Садясь в автомобиль, председатель добавила: — Больше чем практично. Эта машина сделана по специальному заказу. Только здесь ты увидишь работающий навигатор, подключённый к единственному спутнику, что показывает реальную картину континента. Ладно, ставь метку на Астольф.

— Астольф, верно? — уточнила Луна.

— Да, это столица страны Каэларн.

Звук ревущего мотора ознаменовал начало нового путешествия. По мере отдаления от города Луна заметила, что цветов становится всё меньше.
— Что это за цветы? Никогда не видела таких раньше.
Следя за дорогой, председатель спокойно ответила: — Эти цветы — некогда жившие здесь люди.
— Что вы имеете в виду?
— Ровно то, что сказала. Хотя сейчас, наверное, это просто глупые цветы, не более.

Остаток пути прошёл в тишине. Луна понимала: у неё здесь своя цель, а расспросами она может лишиться единственного шанса добраться до неё. Но вдруг она заметила, как Хина нервно сжимает пальцы рук. Луна уже хотела спросить, в чём дело, как впереди показалось огромное сооружение. Тут не нужно было гадать, что это: несмотря на разрушенную верхушку, очертания полностью совпадали с рисунком. Та самая башня действительно существовала.

Хина сжала руки в кулак, пытаясь сдержаться, но слёзы, скользящие по щекам, выдали её. Луна положила ладонь ей на плечо и тихо спросила:

— Эй, что случилось?
— Мисс Луна, вы были правы… не все воспоминания стоит возвращать.
— К тебе вернулась память?
— Да. В конце концов, это ведь мой дом.
В разговор вмешалась председатель: — О, так ты из Астольфа? Неплохие, значит, у тебя способности, раз здесь жила.
— Причём здесь способности и место жительства? — спросила Луна.
— Каэларн считалась самой развитой страной в магическом мире. Даже настолько, что магия здесь решала всё — статус, работу, место жительства. Обычные люди жили в поселках, но даже они знали о существовании магии и её значении.

— И всё это исчезло?

— Да. Твоя подруга наверняка слышала о проекте «Энергоманы» — он был на слуху в столице.

Хина сквозь слёзы, обрывающимся голосом, начала рассказ: — Идея проекта заключалась в том, чтобы любой человек мог пользоваться маной и заклинаниями, покупая их за определённую цену. Считалось, что это сильно поможет людям в быту и не только. Маги напитывали бы генератор маной, а люди получали готовое заклинание, доступное к применению.

— Затея звучит неплохо, вот только магов не хватило бы, чтобы питать её в промышленных масштабах.

— Верно. Эта башня была научным центром, здесь работали самые гениальные умы со всего мира. Идею нового генератора разрабатывали именно на её вершине: он должен был поглощать ману из окружения, не отнимая её у жителей.

— Судя по разрушенной верхушке, эксперимент сорвался.

— Эксперимент отменили: поглощаемая мана оказалась слишком непредсказуема. Но, вероятно, кого‑то не устроил такой расклад.

— То есть кто‑то всё же запустил генератор, что привело к взрыву и всплеску накопленной энергии?

— Я не знаю таких подробностей, потому что в тот момент была на совещании далеко отсюда. Твоя подруга, кстати, тоже не находилась на материке, поэтому и выжила.

— Я занималась изучением спектра разложения луча магии света в академии Астанрио. В один день я не смогла связаться ни с роднёй, ни с друзьями. И последнее, что помню до потери памяти, — как в новостях показывали кадры со спутника и камер наблюдения: пустые города, полностью укрытые цветами.

Председатель продолжила рассказ: — При расследовании правда о проекте «Энергоманы» всплыла с новыми деталями. Всплеск маны, перемешанной из разных стихий, слился в заклинание, что обратило всех людей на этом маленьком континенте в красные цветы.

— И вы скрыли правду, чтобы сберечь эти цветы, а заодно и магов от ненависти и преследований.

— Я не хотела, чтобы кто‑то осквернял это место. К тому же это дало мне пространство для изучения этих цветов. Но, к сожалению, способа вернуть их человеческий облик я так и не нашла.

Когда они прибыли в центр столицы, прямо к основанию башни, все вышли из машины. Председатель посмотрела серьёзным взглядом в глаза Луны, как никогда раньше.

— Ну что ж, теперь ты знаешь всё. Станешь ли ненавидеть меня за сокрытие континента?

Луна ни мгновения не колебалась: — Я уже вас ненавижу. Но причина моей ненависти кроется в другом.

— Что ж, хороший ответ. Найди то, за чем пришла, и сразу возвращайся. Если хоть подумаешь ослушаться, или у меня появится малейшее подозрение не доверять тебе — без головы останется сначала твоя подруга, а потом и ты.

— У меня цель одна, и отвлекаться от неё я не собираюсь.

— Только поэтому я и решила тебя впустить. И не забудь про свою часть уговора, Луна. До встречи, — сказала председатель и направилась в башню.

Хина, ты как? Сможешь продолжать путь?

— Мисс Луна, я хочу в последний раз заглянуть домой, а после — никогда больше не видеть эту башню.

— Тогда веди меня. Где твой дом?

Они углублялись всё дальше в город, улицы которого становились похожи на свалки разбитых автомобилей.

— Видимо, дорогу по пути сюда расчистила председатель, — пробормотала Луна. Но ответа не последовало: Хина, словно одержимая, пробиралась сквозь груды машин, пока не остановилась перед знакомой дверью.

Она выхватила меч и разрубила преграду. Поднявшись на нужный этаж, вошла в квартиру. Её шаги замедлились, взгляд цеплялся за каждую мелочь: фотографию в рамке, где она бежит ребёнком по полю; грамоту на холодильнике с её именем и стикером «Наша гордость»; засохшие цветы у вазы, которые отец всегда менял на свежие; дурацкий стол, о который она вечно цеплялась, но за которым вся семья собиралась на ужин.

Хина направилась на кухню, но, не дойдя, оцепенела и рухнула на колени. Слёзы хлынули, вырвались вслух. Луна подошла и увидела два алых цветка, пробившихся сквозь плитку пола. Она сразу всё поняла. Не сказав ни слова, вышла на балкон и заперлась там, оставив Хине возможность выплеснуть горе.

На балконе Луна задумалась о своих родителях, о том, как помочь Хине пережить эту боль. Но, вспомнив обрывки сна, где теряла всех дорогих ей людей, не нашла ответа. Когда плач стих, Луна вернулась, села рядом с Хиной и погладила её по голове.

— Может, найти мага, который стер бы эти воспоминания?

— Нет, — покачала головой Хина. — Так я хотя бы знаю, что у меня была хорошая семья и что в тот день они были вместе.

— Они гордились бы тобой, какой ты сильной стала.

— Я такая только благодаря им.

Хина встала, подошла к тумбе и взяла со шкатулки цепочку с кулоном. Сжав её в ладони, произнесла: — На этот раз я заберу частичку вас с собой. Спасибо, мисс Луна, что позволили вернуться. Можем уходить.

— Ты уверена? Если хочешь, можем задержаться.

— Уверена, — ответила Хина и сорвала стикер с холодильника.

В тот миг Луна увидела в её глазах тот же взгляд, что когда‑то у Ауреля: взгляд принятой судьбы, которую придётся нести до конца. «Ни ты, ни Аурель не заслужили такой ноши, но почему‑то именно вам предначертано освещать путь другим», — подумала она.

— Давай продолжим наше путешествие, а затем вернёмся в академию, где нас ждут друзья.

— Верно. Благодаря вам я обрела тех, кто ждёт меня, и именно поэтому должна идти вперёд.

Девушки направились к автомобилю, заправили его, взяв несколько канистр топлива, и отправились в путь.

— Хорошо, что этот вездеход позволяет спокойно объезжать преграды по обочине и бездорожью.

— Кажется, с такими темпами доберёмся до метки послезавтра, верно?

— Да. С учётом перевала примерно так и выйдет.

Эти два дня пути были уже не такими весёлыми и красочными, как обычно в присутствии Хины. Что‑то в ней изменилось. Луна с пониманием приняла это и не сказала ни слова.

Вот и особняк показался вдали. В отличие от тех, что Луна видела раньше, этот возвышался на горе словно неприступный замок. Утро нового дня дарило надежду, освещая дорогу мягким светом восходящего солнца. Приехав, Луна заглушила двигатель и, не став будить спящую Хину, направилась внутрь.

В особняке она внимательно осматривала каждый угол, каждую страницу книг, что попадались под руку. Ничто не должно было ускользнуть от её взгляда. Шаг за шагом, комната за комнатой — и рос страх, что и здесь не найдётся ничего. Уже начав поднимать ковры, Луна наконец заметила печать в полу. К этому времени Хина проснулась и нашла её.

Луна попыталась вложить ману в печать, но та не поддалась.

— Что‑то не так, мисс Луна?

— Видимо, эту печать может активировать только наследник клана.

— А как насчёт вашей поглощающей магии?

— Боюсь, в таком масштабе она разрушит всё, что под полом.

Задумавшись, Луна посмотрела на Хину. Вдруг её осенило.
— Хина, активируй меч.

— Хорошо. Но вряд ли я смогу разрубить им пол.

— Это и не потребуется. Ты же без труда рубишь теневую магию — попробуй разрубить печать.

— О… и вправду! Похоже, это сработало.

Печать распалась, и тут же открылся проход в подвальный архив. Луна облегчённо выдохнула: — И снова старый пыльный архив… Надеюсь, хоть здесь что‑то.