Теди

Иногда воспоминания возвращаются не словами, а снами. И хуже всего те, в которых ты снова — юн, зол и слишком уверен в своей правоте.

Рей давно старался не думать о том дне. Но сны не спрашивают разрешения.

— Сайрен, ты что наделал?! — крикнул Рей в школьной форме, стоя посреди мерцающей лаборатории.

— Выслушай меня, я… я всего лишь хотел помочь, — голос мага дрожал, но он старался держаться.

— Так ты, значит, вот так "помогаешь"?! — голос Рэя срывался.

Аурель вмешался, голос был глухой, будто сквозь сон:

— Дай ему высказаться…

— Тебе что, наплевать на неё?... — прошептал Рей, но не услышал ответа.

Рей резко открыл глаза. Комната была погружена в полумрак. Его грудь тяжело вздымалась, лоб был мокрым от пота. Сон. Снова этот сон.

Он сел на край кровати, провёл рукой по лицу. Внутри — та же боль. Та же вина, что не отпускала его уже много лет.

Внезапно, тихий звук. Пришло сообщение смартфон. Он взял его в руки и увидел сообщение от Луны:

"Привет. Как ты? Выздоравливаешь? Я тут подумала... может, на следующей неделе сходим в кафе Теди? Будет здорово посидеть, просто поговорить. И... может, позовём декана Ауреля? Хочу его поблагодарить. Он многое сделал."

Он долго смотрел на экран. Лёгкая улыбка тронула его губы. Сон начал тускнеть в памяти, как затухающая тень. И лишь тепло в груди осталось.

— Теди... — тихо прошептал он. — Почему бы и нет.

Академия вернулась к привычному ритму: лекции, тренировки, оживлённые коридоры и спешащие студенты. Рей видел Луну мельком пару раз — она казалась спокойнее. Возвращение к занятиям явно помогло. Иногда он ловил себя на том, что ищет её в толпе, сам того не замечая.

Но несмотря на внешнее спокойствие, внутри Луны не было прежней легкости. Хоть она и старалась улыбаться и вести себя, как раньше, её окружение изменилось. Эйв, Асу и Лорен больше не смеялись с ней в столовой, не звали на вечерние прогулки, не ждали её после тренировок. Они не говорили ни словом, но молчание было красноречивее обвинений.

Луна не знала, что сказать. Что сделать, чтобы всё вернулось. Чтобы они снова смотрели на неё, как на подругу, а не как на чужую.

Однажды, ближе к вечеру, она поднялась на холм — то самое место, где они обычно собирались раньше. Она шла медленно, будто опасаясь нарушить тишину. На поляне уже сидели Асу, Эйв и Лорен. Но как только они увидели Луну, их лица померкли. Никто не сказал ни слова. Они просто встали и, не оглядываясь, ушли.

Луна осталась стоять. Грудь сдавило, будто внутри что-то ломалось.

Но на удивление… Рика осталась.

Она сидела у дерева, обхватив колени, и просто смотрела вдаль. Луна подошла к ней и медленно присела рядом, не зная, что сказать. Рика не прогнала её.

— Прости, — наконец заговорила Луна. — На этот раз я и вправду наговорила обидных вещей. Таких, на которые нельзя просто закрыть глаза.

Рика, словно проигнорировав её слова, тихо ответила:

— Знаешь, мы не слепые. Ты не была такой. По крайней мере — до больничного. Наверное, Асуку злят не столько твои слова, сколько то, что ты не доверяешь нам, друзьям. Ты ничего не рассказала, Луна. Просто молчишь, как будто нас нет.

Луна посмотрела на закат. Небо окрашивалось в багрово-золотые тона, словно отражая её внутреннее смятение.

— Я не могла рассказать… Иначе бы у меня не было возможности оставаться здесь. С вами. Я не могу рассказать, что случилось тогда. Но… я могу объяснить, почему сказала то, что сказала.

Она замолчала на мгновение, потом добавила:

— Раньше у меня не было настоящих друзей. Те, кто улыбались мне — за спиной ненавидели. И я это всегда знала.

— Откуда ты знала, что они говорили за спиной? — спросила Рика, всё ещё не глядя на неё.

— Я просто слышала, — вздохнула Луна. — Что я странная, что я не такая, как все… или что ревнуют. Причины были разные. Но где бы я ни была, с кем бы ни сдружилась — в итоге всегда оставалась одна.

Она на мгновение замолчала, опуская взгляд.

— Знаешь… сейчас я, наверное, не против, что ты осталась. Просто передай Асу и остальным… Мне жаль, что я такое наговорила. Они этого не заслуживали. Я не прошу прощения… Просто даже не знаю, как это объяснить.

Она слабо улыбнулась и добавила:

— Спасибо, что выслушала меня.

Рика немного помолчала. Потом медленно произнесла:

— Я не буду ничего передавать. Скажешь сама, когда почувствуешь, что готова. А пока… — она посмотрела на Луну впервые за весь разговор, — просто сиди. Закат сегодня красивый. И ты всё ещё не одна.

На утро понедельника Аурель собрал преподавательский состав в малом зале заседаний. Воздух был натянут, как струна. Он стоял у кафедры, руки сцеплены за спиной.

— Коллеги, — начал он, — как вы знаете, мы продолжаем расследование инцидентов последнего месяца. У нас есть новый доклад. — Он кивнул в сторону свитка на столе. — Методы захвата изменились. Мы больше не имеем дело с физическим повреждением или разрушением магических каналов.

Он замолчал, давая вес словам. Затем продолжил:

— Последние цели... они не погибли. Но каждый раз, когда кто-то пытался взять их под контроль, наши маги перехватывали сигнал. И тогда я лично накладывал принудительное усыпление. Раньше такие жертвы просыпались спустя два-три дня, как только воздействие прекращалось. Но сейчас... они спят до сих пор. Что-то изменилось. Мы больше не видим попыток ухода — захват продолжается. И до тех пор, пока он длится — пробуждение невозможно.

В зале послышался напряжённый ропот.

— Их сознания защищены, но мы не знаем, сколько продержится блок. Это новая тактика. Тонкая, незаметная. И если бы наши не успевали вовремя — последствия были бы необратимы.

Аурель обвёл взглядом собравшихся.

— Мы должны принять меры. Усилить охрану, ограничить перемещения студентов без сопровождения. Пересмотреть списки разрешённых ритуалов. И установить наблюдение за всеми, кто был связан с ментальными школами магии.

Он замолчал.

— Вопросы?

Несколько секунд царила тишина, но затем один из преподавателей поднял руку:

— Это снова он? Что он на этот раз хочет?

Аурель кивнул медленно:

— По-видимому, да. Но я не знаю. Его мотивы по-прежнему туманны. Пока он не может взять под контроль магов — у нас есть шанс. Нужно действовать, пока мы в относительной безопасности.

— Но мы даже не знаем, где он, — подал голос кто-то с краю зала.

Аурель кивнул:

— Именно поэтому я поручаю магам Печати расшифровать источник сигнала заклинания. Это становится первостепенной задачей. Мы должны найти его — или хотя бы место, откуда он работает.

Он сделал паузу, а затем добавил:

— Также я хочу ввести в программу обучения раздел, посвящённый действиям при захвате сознания. Студенты должны знать, как реагировать, как вести себя, и как отличить контролируемого от обычного. У нас нет права на ошибку.

Среди тишины раздался чёткий голос — Лисария Флеймхарт, преподавательница по стратегии и обороне, поднялась со своего места:

— Я правильно понимаю, декан Аурель? Вы хотите подготовить студентов к войне. К такой же, как пять лет назад. Вы делаете то же самое — но ждёте другого результата?

Аурель молчал несколько секунд. В его взгляде промелькнуло утомление — и память. Когда он заговорил, голос был тихим, но твёрдым:

— Я не жду другого результата, Лисария. Я надеюсь, что он возможен. На этот раз враг владеет запретной магией. Мы не знаем всей её природы, но знаем точно — права на ошибку у нас нет.

Он перевёл взгляд на собравшихся:

— Пять лет назад мы допустили ошибку. Мы не подготовили тех, кто нуждался в защите. Мы действовали в последний момент — когда терять уже было нечего. Сейчас мы не допустим этого снова. Я не готов бросить студентов в бой. Я готов научить их выжить, если бой придёт к ним.

Лисария не опустила взгляда.

— Да, вы верно подметили: враг стал сильнее. Но методы — всё те же. Мы вновь готовимся к войне. Только теперь называем это защитой. Вы правда верите, что победите, повторяя старое?

Аурель выпрямился. В его голосе появилась жёсткость:

— На этот раз мы не будем ждать его следующего шага. На этот раз мы сами подготовим нападение.

Зал взорвался гулом голосов. Кто-то вскочил, кто-то заговорил одновременно. В воздухе висело напряжение и страх. Слово "нападение" пронеслось по залу, как удар.

— Снова война? — шепнул кто-то.

— Мы не можем!.. — воскликнул другой. — Это академия, а не армейский штаб!

— Мы должны защищать студентов, а не втягивать их в бой!

Никто не хотел произносить это вслух, но все чувствовали: если они действительно начнут первыми — дороги назад уже не будет.

Аурель поднял руку, призывая к тишине. Его голос прозвучал твёрдо, без колебаний:

— Я знаю, этого никто не хочет. Ни один из нас. Но если мы ничего не предпримем — катастрофа неизбежна. Я беру всю и целиком ответственность на себя.

Он сделал шаг вперёд, словно бросая вызов самой тени страха:

— Я сделаю всё возможное и невозможное, чтобы ни один из вас не пал в бою. Мы не бросим студентов. Мы не бросим друг друга. Но мы не станем ждать, пока этот кошмар постучит в наши двери. Мы встретим его на пороге.

Комната постепенно стихла. В голосе Ауреля не было пафоса — только усталость и решимость. Это был голос человека, который уже потерял слишком много, чтобы позволить повториться прошлому.

Никто больше не возразил.

Аурель, завершив собрание, выглядел измотанным. Он остановился в коридоре и обернулся к Севальду:

— Что у нас на сегодня?

— Сначала обход больных, затем разбор докладов. Также нужно проверить состояние подконтрольных. В 16:00 — встреча с Золотыми Звёздами. Рей сказал, как обычно, сопроводит вас. И ещё — подготовка распоряжений на завтрашний день. Не забудьте обдумать итоги собрания и план действий после определения источника сигнала.

Севальд замолчал на секунду, потом добавил:

— Ах да, Рей Эйшер передал, что Луна Хацуки хочет пригласить вас в выходные в кафе, в знак благодарности.

Аурель с удивлением посмотрел на него, задумался.

— Хорошо… тогда напиши Рею: пусть заберёт меня в это воскресенье к обеду.

Он тяжело выдохнул, провёл ладонью по лицу.

— А пока… займусь текущими делами.

Оставшаяся неделя текла медленно, как вода в зимнем ручье. Луна старалась не терять надежду. После разговора с Рикой стало чуть легче, но лед между ней и остальными всё ещё не тронулся. Она начала чаще появляться в местах, где обычно собирались студенты: библиотека, внутренний дворик, зал медитации. Никто не прогонял её — но и не звал. Только Рика иногда сидела рядом молча, делая вид, что просто отдыхает.