Недоспаситель

На следующее утро в главном зале академии состоялось собрание сереброзвёздных. Наария Вейн, оборотница, выступала первой. Её доклад касался последнего задержанного подконтрольного мага.

— Их становится больше, — подметила она, глядя в пустоту.

Рей молча сидел за столом. Аурель и Кассель, несмотря на его присутствие, намеренно избегали взгляда. Илирис всё это время смотрела в стол, не решаясь даже поднять голову — вина всё ещё держала её в тени. Наария же, напротив, слегка улыбалась, наблюдая за происходящим с почти театральным интересом. Для неё это был ход, часть игры. Её план сработал.

Только маги Света, Защиты, Камня и Огня обменивались недоумёнными взглядами, не до конца понимая, что происходит, но явно решив не впутываться — по крайней мере, пока.

Но Гарстен Рогн, маг Камня, всё же не выдержал. Он шумно отодвинул стул и встал.

— Что здесь происходит? — его голос прозвучал резко, отчётливо нарушая молчаливое напряжение в зале.

Аурель не дрогнул. Он спокойно повернулся к нему и сказал:

— Не понимаю, о чём вы.

— Как раз вы и понимаете, — ответил Гарстен, но голос его уже был менее твёрдым.

Аурель по-прежнему спокоен:

— Время от времени между людьми случаются разногласия. — Или вы всерьёз намерены вмешиваться в мои личные дела? — Аурель поднял бровь, его тон остался вежливым, но в нём звучал отчётливый холод. — Думаю, вы понимаете, насколько это непрофессионально. Кроме того, вы же понимаете: личная жизнь должна быть отдельно от работы.

После этих слов Гарстен резко успокоился. Он отвёл взгляд, кивнул и, извинившись, сел на своё место.

Ответ Ауреля был адресован не только ему, но и всем, кто косвенно наблюдал за происходящим. Он, как всегда, сумел одной фразой увести разговор от опасной темы и сохранить порядок и видимость спокойствия.

После собрания Рей вернулся в свой кабинет, чтобы забрать несколько личных вещей и разобрать накопившиеся отчёты. Он был измождён, но старался держать лицо, чтобы никто не заметил, насколько сильно всё внутри него дрожит.

Только он начал открывать ящики, как дверь мягко скрипнула, и в комнату вошла Наария Вейн. Она выглядела, как всегда, безупречно собранной, но в её походке чувствовалась особенная лёгкость — как будто она пришла неофициально.

— Все так холодны с тобой, — сказала она, будто между прочим, подходя ближе. — А я вот даже в такие моменты готова тебя поддержать. Что бы ты ни сделал, Рей... у тебя всегда найдётся союзник. В моём лице.

Рей поднял на неё уставший, но твёрдый взгляд.

— Мне не нужен союзник, — ответил он тихо, но резко. — Я сам заслужил это.

Он выдержал короткую паузу, а затем добавил:

— А ты разве не слышала, что сказал Аурель?

— Слышала, — спокойно ответила Наария, — но как это может меня не касаться, если я вижу тебя таким?

Рей отвёл взгляд, его голос стал ещё ниже:

— А должно.

Он решительно закрыл ящик с вещами. Вдруг понял, что брать их с собой — значит оставить повод для Наарии последовать за ним. Он взял лишь несколько отчётов и прошёл мимо неё, не сказав больше ни слова, будто торопясь завершить этот разговор прежде, чем он уйдёт в опасную сторону.

Шли дни. Аурель всё так же навещал Луну по вечерам. Она больше не кричала, разве что изредка приходили короткие приступы. Всё остальное время она просто сидела, глядя в пустоту. Ни слов, ни эмоций, ни реакции.

Рей заметил, что по ночам её тело будто окутывает тонкая тень. Он не понимал, что это — защита, проявление её магии или реакция на стресс. Но это работало. Под этим покрывалом из Тьмы она становилась тише, спокойнее. Порой даже дышала ровнее.

Иногда ей удавалось среагировать на движение или звук. Казалось, что она по чуть-чуть, капля за каплей, начинает воспринимать внешний мир. Но Рэя она всё так же не замечала.

Письма продолжали приходить — от Асу, Рики, Эйва, даже от Лорена. Они складывались в стопку на тумбочке, аккуратно развернутые и прочитанные вслух. Но ни один не получил ответа.

Комната наполнялась голосами тех, кто ждал. Но в ней всё ещё царило молчание.

Сам Рей всё это время продолжал пытаться говорить с Луной. Он рассказывал ей о друзьях, о том, как все скучают, как Асу жалуется, что холм без неё кажется пустым. Но сам он был на грани истощения — нервы, бессонные ночи, страх и чувство вины изматывали его.

И вот однажды Асу всё же уговорила профессора Рэя — просто позволить Луне хотя бы показаться в окно. «Они перестают верить, что эти письма кто-то вообще читает», — сказала она с отчаянной прямотой.

Наступил тот самый день. Под башней собрались Асу, Рика, Эйв и Лорен. Все немного нервничали, переминались с ноги на ногу, переглядывались. Но на их лицах — улыбки, настоящие. Радость от самой мысли, что вот-вот они увидят Луну, хоть и издали.

Рей предупредил их заранее: она истощена и в плохом состоянии. Но это не остановило их. Они всё равно пришли.

И вот — наступил момент. В окне на верхнем этаже показалась Луна. Тихая, хрупкая, бледная. Её волосы спутаны, взгляд затуманен... но она смотрела. Вниз. На них.

Снизу раздалось:

— Мы ждём тебя, Луна! Выздоравливай!

Эти слова донеслись до неё, и в следующую секунду на её лице, почти незаметно, промелькнула мимолётная улыбка. На долю секунды что-то в её взгляде прояснилось.

Это было впервые, когда она отреагировала на человека. Кажется, Луна начинала возвращаться.

— Она нас слышала... — прошептал Лорен, и в его голосе прозвучала надежда.

Наверху, рядом с Луной, Рей стоял, не двигаясь. Он смотрел на это крохотное движение уголков её губ — и в его груди что-то сдвинулось. Сердце, кажется, вновь напомнило о себе. Он не проронил ни слова. Просто положил ей руку на плечо — мягко, осторожно, как будто боялся спугнуть этот крохотный проблеск света. Его прикосновение было тихим, как дыхание, и в нём не было ничего, кроме тёплого напоминания: «Ты не одна».

Внезапно Луна резко повернулась. Она смахнула его руку с плеча с неожиданной силой.

Рей сначала замер — в глазах вспыхнула надежда. Она… увидела его?

Но уже в следующую секунду он понял, что радоваться рано. В её взгляде не было облегчения. Только пустота, смешанная со злостью. Такой он её ещё не видел. Луна в принципе никогда ни на кого не злилась — она всегда предпочитала отступить, уйти в себя, молчать. Но сейчас... в её глазах жила злость. И это было страшнее любого безмолвия. Она смотрела на него — прямо, но будто сквозь, как будто он был чем-то чужим, враждебным.

— Что... ты... делаешь? — выговорила она, агрессивно, отделяя каждое слово, как удар.

Рей не сразу нашёл, что ответить. Но всё же, с трудом подбирая слова, произнёс:

— Я лишь хотел дать знать, что я рядом. Что мы все рядом. Что ты больше не…

— Ты рядом? — перебила его Луна, саркастически усмехнувшись. Её голос был уверен, чёткий, в каждом слове слышалась злость, которой Рей никогда не слышал от неё раньше. — А где ты был, когда я нуждалась в тебе?

Рей опустил глаза, сжал губы, но заговорил всё же:

— Я знаю, что сделал. И знаю, что прощения мне нет...

— Это уже не важно, — снова перебила его Луна. В её голосе уже не было истерики — только холодное, выверенное разочарование. — Ты просто оказался таким же, как все. Таким же, как те, кто отворачивался. Кто молчал. Кто уходил.

Она прищурилась, словно оценивая его.

— Не утруждай себя. Не надо играть героя-спасителя. Не трать моё время.

Рей тяжело вздохнул. Его голос стал тише, но твёрже:

— Я не прошу простить меня. Дай мне просто быть рядом.

Луна не ответила. Она подняла руку — и со всей силы дала ему пощёчину. Звук удара разлетелся по комнате.

— Ты всё ещё не понимаешь, недоспаситель, — произнесла она с холодной уверенностью. — Отвали. Надо было тогда быть рядом. Сейчас я в этом больше не нуждаюсь.

Рей отступил на шаг назад. Его глаза дрожали от осознания того, кого он создал, а сердце сжималось от ощущения полной беспомощности. Он не смог её спасти. И теперь не мог даже быть рядом.

Он не сказал ни слова. Просто повернулся и вышел из комнаты, медленно закрыв за собой дверь.

Оказавшись в коридоре, он всё ещё стоял неподвижно, пытаясь осознать произошедшее. Всё, что Луна сказала, отдалось внутри, словно камни, летящие в гладь воды — один за другим.

Он ждал. Через несколько минут должен был прийти Аурель. И, как будто по расписанию, в коридоре показалась его фигура.

— Почему ты здесь? — удивлённо спросил Аурель.

— Она пришла в себя, — ответил Рей.

Аурель приподнял брови, в его голосе прозвучала искренняя заинтересованность:

— О, это как раз кстати. Хотя, признаюсь, я удивлён... Восстановиться после такого — само по себе уже почти подвиг.

Он на секунду замолчал, затем стал серьёзнее:

— Я хотел тебе сказать, что больше не могу тянуть с её «болезнью». Через несколько дней ей нужно будет вернуться. Академия ждёт объяснений.

Рей медленно кивнул, не поднимая глаз:

— Кажется, она ещё не готова выйти.

— Раз ты здесь, и она пришла в себя, значит, она выгнала тебя, — спокойно заметил Аурель.

Рей ничего не ответил, только отвёл взгляд.

Аурель продолжил:

— В любом случае, если она не выйдет на учёбу, ею всерьёз заинтересуются сереброзвёздные. И ты это прекрасно понимаешь.

Он выдохнул и сделал шаг к двери:

— А теперь мне надо проверить её.

Рей отступил в сторону, пропуская его.

Аурель вошёл в комнату. На этот раз Луна действительно отреагировала на его появление:

— Добрый день, декан Аурель Вальтер, — произнесла она с вежливой улыбкой.

Но взгляд её оставался пустым. Это бросалось в глаза сразу, как диссонанс между тоном и содержанием.

— Добрый день, Луна Хацуки, — ответил Аурель, прищурившись. — Вы себя уже чувствуете лучше?

— Да, вполне.

— Я должен сообщить вам несколько вещей. Во-первых, никто не должен знать, что произошло. Для всех вы просто тяжело болели.

Он на мгновение задумался, но всё же продолжил:

— И во-вторых... через несколько дней вам нужно будет вернуться к учёбе.

— Я всё понимаю, — кивнула Луна. — Но к занятиям я могу вернуться уже завтра. Думаю, нет больше смысла отсиживаться здесь.

Аурель поднял бровь, но не стал спорить:

— Если вы так считаете, я допущу вас. И... поздравляю, мисс Луна. Вы прошли испытательный срок.

Он задержался, словно собирался уйти, но всё же добавил:

— Однако в связи с последними событиями, если вы хоть немного почувствуете себя плохо — обращайтесь непосредственно ко мне. Я помогу, чем смогу.

Он взглянул на неё чуть пристальнее:

— И напомню, на всякий случай: никто, кроме профессора Рэя Эйшера и меня, не должен знать, что произошло.

— Не переживайте, — ответила Луна. — Я всё поняла. Спасибо за поддержку. Но я и сама со всем теперь справлюсь.

Взгляд Ауреля стал сосредоточенным. Через мгновение на его лице заиграла его спокойная, величественная улыбка.

— Ну, мисс Луна, тогда с завтрашнего дня жду вас в Академии.

Он кивнул и направился к выходу, а его лицо вновь обрело прежнюю сосредоточенность.

Уже за дверью он пробормотал:

— Вот как, Рей... она теперь окончательно во всех разочаровалась. Похоже, она больше никому не верит.

Не дожидаясь ответа, он добавил:

— Открой тоннель.

— Да.

Через мгновение в стене распахнулся теневой проход, и в его тени исчез силуэт декана.