Глава 50.0

Утро было мирным. Она спала крепко, без сновидений, и хотя Кине пришлось потрудиться, чтобы ее разбудить, это был первый по-настоящему глубокий сон за долгое время.

Взглянув в зеркало, Сериниэль увидела, что вчерашние припухлости сошли, и глаза выглядят как обычно. Это ее порадовало.

Пока служанка расчесывала ей волосы, Сериниэль бережно сжимала в руках карманные часы отца и задумчиво вертела их в пальцах.

От внимательного взгляда горничной это не укрылось. Заметив часы, Кина округлила глаза и удивленно воскликнула:

— Это же тот самый подарок, который вы преподнесли господину графу! Еще когда были совсем маленькой.

— Да.

— Где же вы их взяли?

Она прекрасно помнила: граф дорожил этими часами и всегда носил их при себе, словно часть самого себя. Оттого это и казалось странным. Тела четы графов так и не были найдены, так откуда же взялась эта вещь?

— Герцог Лексион… он нашел их. Сказал, что обнаружил во время расследования.

— Что?..

— Теперь отцовские часы у меня. А еще он предложил… на следующий день рождения отца подарить ему новые часы. Сказал, что знает одного искусного мастера.

От этих слов глаза Кины увлажнились.

— Знаете, в последнее время мне ужасно совестно перед герцогом, — пробормотала она дрожащим голосом. — Слухи о нем ходили… дурные. И большинство людей верили им. Я и сама не была исключением.

Именно поэтому она вчера так всполошилась и ощетинилась — она ни капли не доверяла Лексиону Розенвестеру.

— Это послужит мне уроком: нельзя судить о человеке, пока не узнаешь его лично. Его светлость кажется очень достойным человеком.

Сериниэль промолчала, раздумывая о Лексионе и о словах горничной. Она понимала Кину. По-другому и быть не могло. Лексион был бастардом, но он все же сумел прибрать к рукам род и провел годы на полях сражений, вечно залитый кровью — все это было чистой правдой. Однако тот Лексион, которого узнала она, не имел ничего общего с чудовищем из слухов.

Он порой неуклюжий, но искренний и теплый. Внимательный и добрый. Особенно по отношению ко мне.

— …Да, — наконец кивнула Сериниэль. — Я тоже так думаю.

— Такой замечательный господин ждет вас, так что нужно поскорее закончить с приготовлениями.

Кина весело улыбнулась, продолжая расчесывать волосы госпожи, а Сериниэль положила часы на туалетный столик. Она смотрела на них с едва заметной нежной улыбкой.

⚜ ⚜ ⚜

Лексион ждал ее за столиком на террасе.

— Доброе утро, герцог.

Когда он взглянул на приветствующую его девушку, на его губах заиграла легкая улыбка. Он немного волновался, но Сериниэль выглядела вполне бодрой. В ее облике не осталось вчерашней печали, и глаза больше не были опухшими. Тем не менее ему хотелось окончательно развеять ее грусть какими-нибудь новыми впечатлениями. К тому же, после того памятного переезда в поместье Розенвестеров прошло уже несколько дней. Казалось, теперь вполне можно выйти в свет. Конечно, косых взглядов не избежать, но в его сопровождении это не должно стать проблемой.

— Ты говорила, что хочешь посетить храм.

Сериниэль, как раз в этот момент пившая воду, широко раскрыла глаза и посмотрела на него.

— Я подумал, не съездить ли нам туда сегодня вместе. Ты не против?

— Разумеется, — поспешно ответила она, закивав головой.

…Если она попадет в храм. Возможно, ей удастся найти ключ к разгадке того странного сна. Особенно если верховный жрец, о котором говорил Лексион — тот самый человек, с которым он беседовал в ее видении.

— Тогда отправимся сразу после завтрака.

— …Снова на лошади? — с легкой тревогой спросила она, на что он усмехнулся.

— Нет, сегодня поедем в карете, так что об этом можешь не беспокоиться. И еще… — Лексион выдержал паузу, достал какой-то документ и протянул его Сериниэль. — Должен сообщить тебе благую весть.

Что это еще?

Она приняла бумаги, и на ее лице отразилась целая гамма чувств.

— Прислали сегодня утром. Проверь. Впрочем, уверен, там все в порядке.

В руках у Сериниэль был документ, официально подтверждающий завершение бракоразводного процесса с Каллианом Хелкаром.

Судя по всему, виконт не высказал никаких возражений и покорно принял развод. В каком-то смысле это было ожидаемо — вина целиком лежала на нем. К тому же, вмешательство Лерайе наверняка сыграло свою роль.

Конечно, вряд ли он так же безропотно расстанется с правами на рудник. Споров не миновать, но сейчас Сериниэль чувствовала, что и этого пока достаточно.

Но все же…

[Разумеется, я не стану тебя торопить. Я подожду, пока твой развод не будет окончательно оформлен.]

[Наш брак, как я и говорил, будет заключен только после того, как все формальности с твоим разводом будут улажены.]

…Значит, скоро свадьба. С герцогом Лексионом.

Теперь к ее имени будет прибавлена фамилия Розенвестер — она больше не будет ни Верделет, ни Хелкар.

И, как ни странно, это ее совсем не пугало.

Удивительно.

— Госпожа, на обратном пути нам обязательно нужно купить торт, — многозначительно вставила Кина, расставляя на столе аппетитные блюда. — Раз вы наконец покончили с этим несносным виконтом, это нужно отпраздновать.

— Согласен, — коротко бросил Лексион. — Нужно купить самый большой торт. Кира, а ты какой любишь?

— Меня зовут Кина, герцог. Не знаю, сколько раз мне еще придется вам это повторить…

— Так что ты любишь, Кина?

— Если честно, я сейчас так счастлива, что с радостью съела бы даже торт из камней.

— Поразительно, — серьезно пробормотал Лексион. — У тебя невероятная горничная. Я бывал во многих переделках, но человека с таким крепким желудком еще не встречал.

Сериниэль рассмеялась над его шуткой. Кина тоже не смогла сдержать улыбки.

⚜ ⚜ ⚜

Позавтракав с Лексионом, Сериниэль вместе с ним отправилась в город в карете. Кина проводила их до ворот.

Первым делом он отвез ее в лавку Поля.

Это было заведение, соответствовавшее статусу аристократии, так что Поль наверняка справился бы с заказом и без лишних наставлений. Однако герцог раз за разом повторял свои пожелания: какой должна быть отделка, какие камни следует инкрустировать. При этом он постоянно спрашивал мнение самой Сериниэль.

Только после того, как Поль раз пять повторил: «Я все понял, прошу вас, не беспокойтесь», Лексион наконец оставил его в покое.

Но на этом трудности для мастера не закончились.

— Я хотел бы получить заказ уже на следующей неделе.

— Простите?

У Поля был такой вид, будто его огрели чем-то тяжелым по голове. Какое-то время он стоял с ошеломленным лицом, а затем заговорил — куда быстрее и решительнее, чем раньше:

— Ваша Светлость, даже для меня изготовить столь трудоемкую вещь в такие сроки практически невозможно. К тому же не одну, а сразу две…

Лексион даже не удостоил его ответом. Вместо этого он просто выложил перед ним увесистый кошель. Он был набит золотыми монетами.

— Будет в два раза сложнее, но я приложу все усилия. Не извольте беспокоиться!

Сумма была слишком велика, чтобы от нее отказываться.

Распрощавшись с Полем, они снова сели в карету и вскоре прибыли к храму.

— Осторожно, — Лексион, как и всегда, помог Сериниэль выйти из кареты. А затем посмотрел на нее, предлагая взять его под руку. — Мы на людях. Нужно хоть немного подыграть слухам, не так ли?

В его словах была доля истины, поэтому она взяла его под руку. Хотя поначалу это было немного непривычно.

— Боже мой, это же герцог Лексион…

— А бывшая виконтесса прямо-таки расцвела. Или теперь ее следует называть герцогиней?

— Конечно. Наконец-то она избавилась от этого бессовестного Каллиана, за душой у которого ни гроша.

Перешептывания не смолкали. В основном люди делились на два лагеря: одни поражались тому, что «герцог Лексион впервые так улыбается», другие же твердили, что «глазам своим не верят».

Впрочем, Сериниэль было все равно.

К счастью, в храме сегодня было немноголюдно. Миновав ряды изящных статуй, они вошли в величественное здание.

Внутри храма было пусто, и на лице Сериниэль отразилось легкое замешательство. Но длилось оно недолго.

— Герцог Лексион, — из-за спины раздался чей-то голос. — Давно не виделись. Весьма неожиданно. Не думал, что человек, не верящий в богов, почтит нас своим визитом.

И этот голос был в точности таким же, как тот, что она слышала в своем сне. Голос человека, беседовавшего с Лексионом.

Сериниэль медленно обернулась и увидела мужчину, который с улыбкой смотрел на нее и герцога.